Капитаны судьбы - Игорь Леонидович Гринчевский

Впрочем, сама по себе беседа оказалась довольно короткой. Юнец не стал нас приветствовать, а порылся в кармане и выложив на стол склянку с каким-то настоем, толчком отправил её в мою сторону.

— И что это? — светски осведомился я, не прикасаясь, впрочем, к пузырьку.

— Модное лекарство для укрепления памяти! А то прошлый ответ вы забыли, не прошло и трёх лет. Так вот, мы вам повторяем, и очень надеемся, что в последний раз! — юнец старался говорить угрожающе, но мне было только смешно — К бакинской нефти мы вас не пустим! И не надейтесь! И милость Наместника тут ничего не изменит!

— Ну и, слава Богу! — широко улыбнувшись, воскликнул я. И демонстративно перекрестился. — Благодарю вас, добрые люди!

— Что? — переспросил юрист.

— Вы говорите, что не пустите меня к бакинской нефти? Повторяю — слава Богу! Вы заявили это в присутствии управляющего господина Наместника Кавказа, так что теперь мне на надо будет доказывать, что это не я ему отказал. А самому мне в эти хлопотные дела лезть вовсе и не хотелось, память у меня хорошая! — с этими словами я привстал, дотянулся до пузырька с лекарством и толчком отправил его назад к юнцу.

'…Как оказалось, этим своим «Слава Богу!» я встревожил не только управляющего Воронцовых-Дашковых, но и других людей. Прежде всего — Карена с зятем. Карен недавно выдал дочку за тифлисского армянина[56], мелкого фабриканта, промышлявшего нефтепереработкой. Когда я начал на всякий случай подбирать кандидатуру управляющего нашей нефтехимией в Батуме, его кандидатура обошла остальных. Разумеется, такие перспективы его сильно воодушевили. И тут — такой облом!

Расстроился и Николай Иванович. Ему турецких армян натаскивать надо, а охрана нефтяных терминалов и нефтехимического завода в Батуме позволила бы ему делать это не только бесплатно, но и с большими удобствами. Он потому и поучаствовал во встрече — Семецкий его предупредил, что от успеха переговоров зависят эти планы.

Но и юрист насторожился. Они-то действовали из предположения, что это я опять тяну руки к сладкой бакинской нефти, а Наместник всего лишь не стал мне отказывать. Но оказалось, что в этом деле коренной интерес есть у самого Наместника! А я, напротив, всячески отбивался. Сами понимаете, разница огромная — отказать большому чиновнику в хлопотах за своего человечка или отказать ему же в чем-то, в чем он заинтересован настолько, что и меня прессовал, лишь бы я участвовал.

Это он и постарался донести чуть позже до своего патрона. А на упрёк: «Зачем же мы тебя туда посылали? Хватку теряешь?!» он якобы ответил: «Вы посылали меня присмотреть, чтобы ваш молодой да горячий родственник глупостей не наделал! С этим я справился!»

Так что переговоры с Нобилями продолжались…'

— Так значит, покидаете нас Пётр Аркадьевич? Неожиданно, право слово! У вас как раз средства появились, с вашей энергией как раз бы взяться за строительство города и порта на Кольском заливе. Дело-то нужное!

Да, средства у кемского губернатора появились! Вернее, скоро должны были появиться. Подумав, я всё же решил согласиться на условия Витте. Дорогу до Мончегорска я и так в этом году планировал дотянуть. А англичане выразили готовность построить её от Мончегорска до самого Кольского залива. Под зачёт будущих поставок меди и никеля. А деньги… Уже в этом году должна была дать ток первая турбина Ондской ГЭС, а Маткожненская — выйти на полную мощность. Так что мы уже переваливали за двадцать миллионов дохода. В обрез, но хватит! А в будущем году доходы уже за тридцать миллионов перевалят.

А ГЭС мне и самому очень нужны! Планов на электричество у меня много, да и капитализировать эти электростанции получается лихо! Кризис заканчивался, вследствие чего спрос на медь и никель скоро снова начнёт бурно расти. А людей в тех краях по-прежнему не хватает! Так что только электрификация поможет нам быстро нарастить добычу! Поэтому Нивские ГЭС особенно нужны! Тем более, что и строителей для них мне подыскали! Буквально под носом! Профессор Тимонов подсказал! Оказывается, в Великом Княжестве Финляндском ГЭС уже вовсю строились! Пусть и не такие крупные, как запланированы у нас, но… Зато буквально в шаговой доступности! Ветку на Оулу должны были запустить уже в следующем месяце, так что добираться им будет всего несколько часов. Удобно, черт возьми!

В результате на руках у Наместника были ценные бумаги, которые даже в кризис можно было продать миллионов за сорок. А если подождать лета, — то и за все пятьдесят. Огромные деньжищи, если вдуматься! А его — р-раз — и отзывают!

— Ничего не поделаешь, дорогие мои! Сам привязался и к вам, и к губернии, но… Телеграмма из министерства однозначна! Придётся выезжать как можно быстрее, даже не сдавая дела. Меня ждёт Саратов[57]! Однако выражаю надежду, что наше с вами сотрудничество не прервётся, и вы живо поучаствуете в развитии Саратовской губернии! Этот край просто требует удобрений, механизации, мелиорации и электрификации. В общем, всего того, что вы и так продвигаете!

— Разумеется, Пётр Аркадьевич! Разумеется, мы сделаем всё возможное! Можете рассчитывать на нас!

'…На самом деле, на нас внезапно стали рассчитывать слишком многие. Англичане требовали как можно активнее осваивать месторождения Кольского полуострова, меди и никеля им отчаянно не хватало. Финны и шведы с нетерпением ждали достройки дороги до Оулу. У шведов большие планы на наши электростали, так что они уже добивались от финского Парламента разрешение на строительство прокатного производства непосредственно в Оулу. Мои металлурги тоже были заинтересованы, потому что у шведов было чему поучиться.