Бой капитанов - Александр Тамоников

Поднял голову:

– Что? Вызов?

Женщина успокоила его:

– Нет никакого вызова, просто ты уснул за столом. Да и немудрено, за вечер литр водки выпить, и без закуски. Ты хоть помнишь, кто я? Где ты? И что я делаю здесь?

Владимир тряхнул головой:

– Литр ерунда. А помню я все! Сама-то выспалась?

– Да!

– Ну и хорошо! Сейчас приведу себя в порядок, и поедем на кладбище. Как и договаривались.

Женщина взяла стакан, поставила его перед Полухаровым:

– Вот! Это поможет!

Но майор отказался:

– Не похмеляюсь. Убери спиртное. И сделай лучше крепкого кофе. Пожалуйста. А я – в душ.

Владимир встал, прошел в свою комнату, где ничего не изменилось с момента его убытия в недавнюю злополучную командировку. Снял с вешалки новый черный костюм, с полки соседнего отсека вытащил такую же черную водолазку, направился в ванную. Плескался под контрастным душем, пока не прошла головная боль, легкая тошнота, не отступила слабость. Обернувшись банным полотенцем, вернулся в комнату. Побрился. Взглянул на себя в зеркало. Вроде ничего. Глаза только мутные, но это пройдет. А вот с перегаром придется бороться химией. Он извлек из тумбочки специальную, боевую аптечку. Бросил в рот бордово-синюю капсулу. Обнаружил в кармане пиджака жвачку. Подушку жевательной резинки отправил в рот следом за специальным препаратом, уничтожающим любой запах. Причесался, вышел в гостиную. Увидел, как, сидя на диване, Татьяна заплетает волосы очень похожей на нее девочке лет шести. Ребенок на посторонний звук обернулся:

– Ой! Кто это, мама?

– Это дядя Володя, Ириша. Извини, я не сказала тебе о нем, забыла. Он сын бабы Клавы, вернулся из командировки.

Полухаров присел перед девочкой:

– Ну что, познакомимся, принцесса?

Девочка ответила:

– Я не принцесса. Они бывают только в сказках.

– Тогда кто же ты, прекрасное, юное создание?

– Ирина Манина.

– Ирина! Ира! А я, как уже сказала твоя мама, дядя Володя!

Ребенок неожиданно задал не детский вопрос:

– Теперь мы с мамой должны будем уехать в Сосновку?

Владимир погладил ее волосы:

– Нет, девочка. Вы не должны никуда уезжать. Будете жить здесь. Тебе тут нравится?

– Да!

– Ну, вот и хорошо!

– Значит, вы жених мамы?

Татьяна встрепенулась, слегка покраснев:

– Ну, что ты говоришь какую-то глупость? Дядя Володя просто разрешил жить нам здесь. И все!

– Просто так ничего не бывает!

Владимир улыбнулся:

– Бывает, Ира! В жизни все бывает, даже чудеса.

– А вы когда-нибудь видели чудо?

– Конечно. Например, сейчас, прямо перед собой!

Женщина повернула девочку к себе:

– Ну все, хватит разговоров. Стой смирно, иначе я не смогу заплести тебе косы.

Ирина вздохнула:

– Стою!

Владимир прошел к окну, взглянул на улицу. Машина стояла там, где он ее оставил.

Татьяна сказала:

– Ну вот и все! Идемте завтракать?

Все прошли на кухню. От яичницы майор отказался, ограничился двумя чашками крепкого, хорошо приготовленного кофе. Поблагодарив Татьяну, подмигнул Ирине, вернулся в гостиную. Переложил пистолет из отсека мебельной стенки, куда засунул его вчера, во внутренний карман. Тот явно выпирал. Полухаров подумал: надеть кобуру? А зачем? Зачем ему сегодня в принципе оружие? Вернул ствол на место, выщелкнув из рукоятки заряженный магазин.

В зал вошла Татьяна. Она была одета в темно-синий, подчеркивающий ее стройную фигуру, не первой свежести, но еще вполне приличный женский костюм. Волосы она уложила в пучок на затылке. Полухаров удивился:

– И когда ты только успела и дочь накормить, и одеться?

– Привыкла делать все быстро!

– Замечу, хорошо выглядишь. А главное, никакой косметики. Женщины обычно любят приукрашивать себя кремами, тушью, помадой.

– Мне это надо?

Полухаров согласился:

– Нет! Тебе это совершенно не надо!

– Ты, кстати, тоже смотришься неплохо. Если бы мне кто-нибудь сказал, что еще часов пять назад ты добил вторую бутылку водки, ни за что не поверила бы! Тебя что, вообще не мучает похмелье?

– Да мутит слегка, но быстро проходит.

– Надо же, даже перегара не осталось. Удивительно.

– В жизни много удивительного. А где Ириша?

– В прихожей! Я же за тобой зашла. Едем? Сегодня в метро, наверное, будет меньше народу. Хотя рынки…

Майор прервал ее:

– Нам метро не понадобится, я на машине!

– Вот как?

– Ну, ладно! Раз все в сборе, то в путь. Кстати, как у нас с продуктами?

– Если честно, плоховато. Все, что было, на стол, когда поминали Клавдию Николаевну, выставила, своих денег почти нет, мелочь. Думала работу искать. Так, чтобы Ирина была рядом.

– Ясно! На обратном пути таримся всякой вкуснятиной! А сейчас идем!

Полухаров, Татьяна и Ирина спустились во двор, вышли на улицу. Полухаров указал на «Фольксваген»:

– А вот и наша лайба!

– Хорошая, видно, машина. Импортная!

– Неплохая!

Майор отключил сигнализацию, распахнул дверки. Татьяна с Ириной сели на заднее сиденье. Полухаров, сняв пропуск, вывел «Пассат» на проезжую часть и, увеличивая скорость, повел его к Волгоградскому проспекту. Не заметил у дома опытный, боевой офицер-спецназовец, как его с женщиной и девочкой из старой беседки, заросшей акацией, проводила пара злых, ненавидящих глаз. Да он и не смотрел по сторонам.

А обладатель злых, ненавидящих глаз присел на скамейку. Достал из бокового кармана потертой джинсовой куртки чекушку водки. Сделал из горла пару глотков, прикурил сигарету, проговорив тихо:

– Вот оно, значит, как? Не успела из дома умыкнуть на похороны этой старой рухляди, так тут же хахаля, сука, подцепила. И кого? Вовку Полухарова. Офицеришку! Пса цепного! Наверное, блядина, всю ночь с ним трахалась? Ну, я устрою вам любовь с голубями, падлы! Порву, твари!

Допив водку и выбросив бутылку вместе с окурком под лавку, крепкий с вида мужчина в потертом костюме прошел к магазину. Достал дешевый, побитый, ворованный, но еще работающий сотовый телефон. Пальцем, под ногтем которого забилась полоска грязи, набрал номер: