Солнечное сплетение - Сергей Зверев

– Если мы найдем с вами общий язык, то живые вы будете куда более полезны, чем мертвые, – благосклонно произнес эмир.

– Тогда развяжите мне руки.

Меня освободили от пут – при этом узлы были затянуты так туго, что веревку пришлось резать. Я размял пальцы. Потом подошел к лежащему на столе планшетнику. Быстро, заслонив ладонью, чтобы не видели, набрал на клавиатуре код.

– Дальше, – нетерпеливо потребовал Песчаный Лев, отступая мне за спину – он все-таки боялся взрыва.

– Дальше так дальше!

Я прижал большой палец к окошку сканера.

Внутри планшета щелкнуло. Он завибрировал, пискнув.

Я нервно прикрыл лицо ладонью…

А потом вспыхнуло Солнце…

Вот что умеют наши ученые – это сотворить нечто эдакое, простое, но до чего никто не допер. В корпус устройства была вделана световая «шутиха» – не знаю, как она работала, но планшет раскалывался на две части и вспыхивал так ярко, что в радиусе полусотни метров на некоторое время все были гарантированно ослеплены. Да и потом не один день будут зайчики в глазах… У некоторых. Которые выживут.

Главное, вовремя прикрыть глаза и спрятаться от вспышки. Тогда ты получаешь преимущество. Большое преимущество.

Я обернулся к Песчаному Льву, застывшему с открытым ртом. Рубанул ребром ладони по его шее – аккуратно, чтобы отключить, но не убить. Он рухнул как подкошенный.

В этот момент Бек стремительным и беспощадным движением кобры воткнул лезвие кинжала прямо в глаз Черного Хакима. Подобрал лежащий рядом с офисным столом, инкрустированный золотом автомат Калашникова.

Я выдернул из кобуры эмира здоровенный семнадцатиразрядный десятимиллиметровый пистолет «перфект». Мощная машина – то, что надо!

Князь сумел избавиться от пут – в его рукав было вшито моноволокно, чудо нанотехнологий, при определенной сноровке за секунду рассекает любые веревки. Освободился и Рад – кисти у него были настолько тонкие и гибкие, что он смог вытянуть их. Утес еще возился – это плохо, каждая секунда на счету.

На миг повисла тишина. А потом обрушились звуки.

Загрохотала автоматная очередь. Один из абреков нажал на спусковой крючок, но пули ушли выше голов.

Послышался дикий вопль:

– Я ослеп!

Но мы уже действовали, как единый организм.

Загавкал крупнокалиберный пистолет, больно отдаваясь в мою руку. Компьютер в моей голове работал четко. Выбрать наиболее опасную цель. Определить расстояние. Поразить одним выстрелом. Следующая цель. При этом быстро перемещаться. Расстояния внутри мечети не такие большие, пистолет в умелых руках сгодится не хуже автомата.

Одна фигура басмача сложилась от моего выстрела. Потом другая.

Князь свернул шею ближайшему к себе басмачу, захватил оружие и встрял в наш концерт. Утес, так и не освободившийся от пут, ударом ноги вырубил еще одного басмача. И Рад не отставал.

Все-таки это упоительное зрелище, когда работает слаженная команда.

Гарь, запах пороха, дым. Падают фигурки.

Считаные секунды. Цели быстро кончились. А мы, бойцы группы «Бриз», единственные в старой мечети остались на своих ногах.

– Рад, дверь! – крикнул я.

Рад кинулся к дверям. И вовремя. В проеме уже возникли силуэты боевиков, которым не терпелось узнать, что творится в мечети.

Мы ударили по дверному проему со всех стволов. Кто-то упал на проходе. Рад ногой вытолкнул безжизненное тело с порога, дернувшись, когда пуля поразила его плечо. Но он сумел закрыть тяжелую дверь, задвинуть мощный чугунный засов.

Градом забарабанили по двери пули, но толстое дерево пробить не смогли – вязли в вековой древесине.

– Темп, бойцы! – крикнул я. – Не зевай!

Мы с подраненным, но вполне боеспособным Радом и Утесом принялись добивать поверженных врагов. Контрольный выстрел – это святое. А Бек с Князем приподняли ковер у стены.

– Ничего! – крикнул Бек.

– Ищите! – заорал я в ответ, нагибаясь над женоподобным адъютантом эмира и выдергивая из мертвых пальцев кейс. – Время!

Они подняли ковер в другом месте. И Князь воскликнул:

– Здесь!

Он, сдирая кожу, попытался загнать пальцы в щель в полу. Но его толстые сардельки не влезали.

– Дай я! – Рад зацепил тонкими пальцами плиту и рванул с натугой.

Плита оторвалась от пола, поползла в сторону, открывая черный зев.

– Бери тварюгу! – кивнул я Князю.

Песчаный Лев начал шевелиться, но Князь со знанием дела надавил ему на биоактивную точку, отключив еще минимум минут на сорок. Без особого труда взвалил на плечо.

– Уходим! – кивнул я.

Вниз вели каменные, стертые веками ступеньки.

Песчаного Льва удалось втиснуть в проход с трудом. Но мы справились.

Басмачи палили по двери. Бесноваться они будут недолго. У кого-нибудь хватит ума сбегать за тротиловой шашкой или привязать к двери связку гранат. Всего-то для этого нужно – это собраться с мыслями.

Я спускался последним. Задвинул за собой люк. Пусть басмачи хотя бы несколько секунд попытаются сообразить, куда исчезли пленные. Потом они полезут за нами… Если у них хватит на это времени.

Мощный фонарь, который я подобрал за офисным столом, бил далеко, освещая прямой туннель. Казалось, каменные сухие стены уходят в бесконечность.

– Вперед, спецназ! – прикрикнул я. – Не растягиваться!..