Великолепная пятерка - Сергей Гайдуков

Начальник СБ выскользнул из зала заседаний вслед за Сучуговым и шепнул:

— Я думал, будет хуже...

— Я тоже так думал, — признался Челюсть.

— О чем с тобой генерал шептался?

«О том, что, если я схвачу за руку кого-то из вице-президентов, быть мне на твоем месте, дурень».

— Просил показать видеоматериалы по Романову. И тот фильм...

— А-а-а, — удовлетворенно протянул начальник СБ. — Значит, ему идея понравилась.

«Ты не представляешь, насколько она ему понравилась».

— Ну, ты тогда прямо сегодня передай генералу эти материалы. Чтобы он не ждал... — И начальник, копируя жест генерала, похлопал Сучугова по плечу: — В целом — молодец, хорошо отбомбился!

Это Челюсть и сам прекрасно знал. У него был еще резерв — тот самый телефонный звонок с приглашением Романову зайти в СБ. Челюсть мог бы представить это как свидетельство своей блестящей интуиции или же как проявление непреходящей бдительности по отношению к Романову. И все же на совещании он не стал упоминать про звонок, потому что и без того все сложилось не худшим образом, а упоминание интуиции или непреходящей бдительности могло вызвать ехидные вопросы: «Что же это у вас интуиции хватило только на телефонный звонок, а чтобы просчитать побег Романова — не хватило?»

На самом деле тот звонок заставил Челюсть поверить в существование неких высших — выше генерала Стрыгина — сил, которые покровительствуют «Рославу». Не позвони он тогда Дарчиеву и не вызови Романова к себе — беглеца хватились бы в лучшем случае вечером, когда Романов успел бы подобрать жену и вместе со всей семьей двинул... Туда, куда собирался.

Но так не вышло, потому что в пятницу, двенадцатого октября, Челюсть еще раз прослушал кассету с записью своего доверительного разговора с Романовым. Он тогда предложил Романову по-дружески заглядывать в СБ и делиться информацией о внутренней жизни отдела. Прошло почти полгода, но Романов так ни разу и не зашел. Может, сказывались интеллигентские предрассудки насчет «стукачества», а может, парень просто не понял, что он может получить, если станет сотрудничать с СБ. Тогда разговор зашел о Дарчиеве, и Романов довольно эмоционально стал доказывать, что Владимир Ашотович ведет себя абсолютно нормально, не вызывает никаких подозрений... «Интересно, — подумал Челюсть. — А если бы Романов знал про Дарчиева все, что знаю я? Про Васю Задорожного, например. Как бы он относился к своему непосредственному начальнику? А главное, наведывался бы Романов в СБ, если бы знал наверняка: в случае компрометации и увольнения Дарчиева его место стопроцентно займет он, Романов Б. И.?» Челюсть подумал и решил, что тогда Романов был бы более разговорчив. И еще Челюсть подумал: «Может, это моя ошибка? Может, мне стоило тогда, в мае, четче расставить акценты? Назвать вещи своими именами? Может, парень плохо читает между строк? Значит, нужно ему помочь с чтением...»

И Челюсть позвонил Романову, но трубку никто не брал, пришлось переадресовать звонок Дарчиеву, что было довольно забавно. Челюсть попросил его передать Романову приглашение навестить Службу безопасности, и вечно вежливый Владимир Ашотович охотно согласился довести информацию до подчиненного, не подозревая, чем все это может обернуться для него самого.

Сучугов ждал звонка Романова до половины третьего, а потом снова позвонил в дарчиевский отдел, где у него состоялся весьма примечательный разговор:

— Владимир Ашотович...

— Да-да, это я...

— А где же ваш Романов? Вы передали ему мое приглашение?

— Хм... Вообще-то передал.

— Результата не видно. Где Романов, почему он до сих пор не у меня?

— Хм... Вообще-то его нет.

— Извините?

— Он еще не пришел после обеденного перерыва.

— Пора бы ему прийти. Как вы считаете? Или у вас в отделе такая дисциплина, что люди приходят и уходят, как им вздумается?