Десантный вариант - Александр Зубов

— Хватит, босс, — Юзеф попытался остановить Альмейдо. — А то он мертвый вряд ли что расскажет.

— Хорошо, — Альмейдо еле сдерживал себя. — Я сам допрошу! — Он надавил концом длинного ножа на горло еле живого пленника. — Ты, кусок дерьма, говори, кто напал на нас? Как вы узнали место нашей базы? Цель нападения? Говори или сдохнешь в страшных муках.

Ривейра готов был рассказать все, чтобы только его не били больше.

— К нам пришли индейцы из деревни под Ярумальо и рассказали, что к ним нагрянули двое вооруженных белых и изнасиловали двух девушек. Командир отряда послал группу на перехват. Им устроили засаду, ранили обоих и взяли в плен. Потом они рассказали про ваш лагерь. Командир решил атаковать вашу базу: нужен кокаин, нужны деньги, оружие…

— Как выглядели эти белые? — спросил Альмейдо, закуривая сигарету. Гримаса гнева пропала с его лица. Он снова стал невозмутим и отрешен от мира.

Ривейра вытер кровь с подбородка и умоляюще посмотрел на Альмейдо. У повстанца мелькнула искорка надежды, что он останется жить. Ривейра продолжал:

— Я видел этих белых. Один чернявый такой, кучерявый, худой. Другой — толстый, с коротким белым волосом.

— Где они теперь? — заинтересовался Юзеф.

— Их расстреляли… — испуганно ответил Ривейра.

Сплюнув с досады себе под ноги, американец пояснил Альмейдо:

— Это Давид и Бешеный Майк. Они были в секрете у дальней деревни.

— Отлично! — бесстрастно подвел итог допроса шеф безопасности. — Кончайте с этим… партизаном. — Он ножом показал на Ривейру.

«Дикие гуси» переглянулись. Американец ухмыльнулся:

— Александр, он — твой. Ты же сам говорил. Давай!

Орлову была противна сама мысль казнить этого избитого, окровавленного пленника. «Одно дело — убить врага в бою, — подумал он, — другое — вот так… пленного. Но делать нечего. Сам сказал — он мой. За Долорес надо отомстить». Не размышляя больше ни секунды, он схватил сзади за волосы убийцу Долорес, чтобы не видеть его полные страха глаза, и полоснул ножом по горлу. Кровь за кровь.

* * *

Когда Альмейдо закончил свой рассказ, дон Карлос по привычке долго тер тыльной стороной ладони подбородок. Наркобарон думал.

— Ну что ж, — наконец проговорил он, — мы долго не замечали эти мелкие шайки повстанцев разных так называемых народных движений. Но теперь они стали нам поперек дороги. Надо кончать с ними. — Дон Карлос с чувством ударил кулаком по резному из черного дерева столу.

— Дон, — четко выговаривая каждое слово, как давно продуманное, отчеканил Альмейдо, — у нас мало сил. Надо поднять все картели. И всем вместе, одновременно, нанести удар.

— Это долго. И не все могут согласиться. Многие поддерживают этих партизан, — возразил помощнику Карлос.

— Надо собрать баронов и убедить их. Сегодня беда у нас, завтра может быть у них. Насчет поддержки партизан, тут проще. В бизнесе друзей не бывает. Или партнеры, или враги-конкуренты. Третьего не дано, — гнул свое Альмейдо.

— Что ж, в твоих словах есть зерно истины, — согласился наркобарон. — Где ты их хочешь собрать?

Альмейдо подошел к карте Колумбии и, взяв авторучку, показал барону:

— Вот здесь. Милое местечко, дикое. Сегодня же пошлю связных во все картели и назначу время. Пусть берут минимум охраны. Два-три человека, я думаю, достаточно.

— Незачем излишне засвечиваться. — Дон Карлос налил виски в два высоких стакана, подвинул один Альмейдо. — Что ж, действуй, Луис. Кто поедет с нами из охраны, ты тоже подумал? — В глазах барона мелькнула веселая искорка.

— Да, конечно, — Луис Альмейдо сделал несколько глотков виски. — Моя троица.

— А… Проверенные парни. Юзеф, Александр и Курт.

* * *

— Prosit![78]— пьяный Курт поднял бокал с джином.

— Prosit! — поддержали его Юзеф и Александр.

Троица второй день пьянствовала в одном из тихих одноэтажных домов на окраине Медельина. Приказ Альмейдо был прост, как маисовая лепешка: сидеть в доме и не высовывать носа до особого распоряжения.

Сегодня днем он заехал, поглядел на веселую компанию и на несколько минут отозвал Юзефа. Когда шеф безопасности уехал, американец вернулся к приятелям расстроенный, выругался.

— В чем дело, Юзеф? Чем тебя шеф так озадачил? — спросил его Орлов.

— Шеф приказал нам с завтрашнего дня завязывать с пьянкой, — буркнул американец. Он обвел приятелей пьяным мутным взором и продолжил: — Мы втроем будем охранять самого барона. На очень важной встрече. Где, когда — не сказал. Шеф безопасности, одним словом.

Курт моргал остекленевшими от пьянки глазами, не понимая. Пришлось Юзефу повторить по-английски. Немец, соглашаясь, кивнул головой, разлил джин в фужеры и крикнул: «Prosit!»

— А что, он прав! — засмеялся Юзеф, беря бокал. — Завтра — это завтра, а сегодня добьем до конца.

Два дня пьянки убьют и слона. К шести часам вечера троица лежала пластом. Орлов с трудом поднялся, посмотрел на спящих товарищей и, тяжело волоча ноги, направился в ванную. Залезая под струю холодной воды, он внутренне содрогнулся. Через несколько минут мокрый и слегка посвежевший, Саня прошлепал на кухню, зажег газовую плиту, поставил турку с водой на огонь, открыл холодильник. Давясь, съел без сахара огромный лимон. В голове перестали стучать молотки. Саня сполоснул огромную чашку, засыпал ее до половины чаем и залил кипятком из турки. Накрыв чашку тарелкой, он сидел несколько минут с закрытыми глазами.

«Вперед, десантник!» — приказал себе Орлов и глотнул обжигающую коричневую муть чифиря. С трудом допив его и почувствовав себя человеком, он посмотрел на стенные часы. Те показывали 19:00. «Отлично! — подумал Орлов и начал одеваться. Перед уходом он посмотрел на спящих товарищей. — Спят, как богатыри. В запасе минимум часа три есть».

* * *

В баре «Серебряная звезда» ничего не изменилось: та же полусумрачная обстановка, та же богатая публика, та же негромкая музыка.

«Как будто и не уходил отсюда, — подумал Александр, закурив сигарету. — Только нет Долорес и никогда уже не будет…»

Внимательно оглядев официантов, он не обнаружил своего связного. Орлов сделал скромный заказ. «Что делать? Буду ждать, — решил он. — Больше ничего не остается».

Стайка прилично одетых проституток впорхнула в бар и, оживленно щебеча, принялась попивать пиво за стойкой. Но и за этим безобидным занятием они продолжали выполнять свой профессиональный долг, выглядывая в посетителях потенциальных клиентов. То одна, то другая из представительниц древнейшей профессии покидала свою веселую компанию, а через некоторое время вновь присоединялась к ней. «Плохой клев», — усмехнулся про себя Саня, наблюдая за девицами.