Десантный вариант - Александр Зубов

Вечерние огни Медельина, переполненные кафе и бары, музыка, доносившаяся из них, шум автомобилей, толпа, заполнявшая улицы, не смогли сбить четкий ритм мыслей Александра Орлова. Он ощущал себя совершенно чужим, инородным телом в этом южноамериканском городе. Нестерпимо, до боли ему хотелось в Россию: слышать русскую речь, видеть русские лица. Орлов прекрасно понимал, что вернуться надо не бывшим пленным душманов, а офицером ВДВ, который вырвался с боем и не уронил своей чести. И, чтобы найти того Иуду, который помог уничтожить их группу, надо сначала на «отлично» поработать здесь, в Колумбии. Иначе договор со Штромбергом, а теперь и с полковником ЦРУ теряет силу.

Александр попросил остановить такси за квартал от дома, где «отдыхал» с Куртом и Юзефом. Он посмотрел на часы и прикинул, что отсутствовал чуть больше трех часов. «Если шеф безопасности установил за домом наблюдение или уже встали мои коллеги по работе, то, как я объясню, почему покинул резиденцию и тем самым нарушил приказ? А если вдруг приехал сам Альмейдо? Надо ухо держать востро, иначе… хана», — размышлял Александр.

Он зашел в ближайший магазин и из всего разнообразия алкоголя выбрал стандартную бутылку американского виски. Оплатив покупку, Орлов тут же открутил пробку и сделал большой глоток. Выйдя на улицу, с отвращением сплюнул. «Ну, сивуха натуральная, рязанский самогон во сто крат лучше», — подумал он. Взяв бутылку за горлышко и держа ее на весу, Саня, пошатываясь, начал продвигаться сквозь вечернюю толпу, как ледокол. Прохожие шарахались от него, ругались или смеялись. Часто он слышал в спину одно и то же:

— Пьяный гринго![80]

«Девочки на „боевом посту“,» — отметил Саня про себя, увидев на углу разрозненную группу работающих проституток. Две путаны, жгучая брюнетка и ее крашенная в огненно-красный цвет подруга, оживленно беседовали, когда навстречу им вышел Орлов, размахивая бутылкой. Он глотнул пойло и предложил его накрашенным девицам. Они засмеялись и отказались от выпивки. Орлов, мешая английские и испанские слова, показывая на пальцах, попытался объяснить им, что ему нужны три девушки. Чернявая, как смоль, жрица любви покрутила пальцем у виска и, показывая то на бутылку, то на Александра, горячо затараторила по-испански: куда, мол, тебе, пьянчуге, справиться с тремя.

* * *

…Орлов бил кулаком по двери минут пять. Еще немного, и от грохота проснется вся улица. Спутницы Орлова начали недоуменно переглядываться друг с другом. Наконец дверь приоткрылась, и удивленный Юзеф мутным взором оглядел веселую троицу. Саня одновременно шлепнул ладонями по задницам путан и пригласил их в дом. Юзеф энергично запротестовал и по-русски выругал Орлова:

— Ты что, сдурел? Шеф узнает — будут проблемы. Дай им по двадцатке и пусть валят отсюда. — И, видя огорченное лицо Александра, добавил: — Да и мы не в форме.

Орлов, соглашаясь, пьяно мотнул головой и, пошарив по карманам, выдал жрицам любви по двадцать долларов. Извиняясь, он развел руками:

— I’m sorry.[81]

Хавьер, парнишка лет семнадцати, аккуратно занес в блокнот время ухода девиц: 22.15, устроился поудобнее на заднем сиденье старенького «Форда» и продолжил наблюдение.

* * *

Альмейдо появился в их «доме отдыха» утром следующего дня. Шеф безопасности, как всегда, был собран и деловит.

— Боевую сбрую наденете за городом. Сейчас возьмете только по пушке и все, — приказал он. — Что, тяжело? — усмехнулся шеф, увидев, с каким облегчением Курт выпил стакан кока-колы.

Орлов, быстро одеваясь, мельком посмотрел в окно. На заднем сиденье открытого «Лендровера», на котором приехал Альмейдо, он увидел мужчину крепкого телосложения в белом костюме, коричневой широкополой шляпе и солнцезащитных черных очках. «Игра в кошки-мышки началась», — отметил Саня про себя. Он незаметно для Юзефа и Курта залез в карман брюк и на ощупь нашел искомую кнопку на мини-рации. В следующую секунду радиомаяк, замаскированный под пачку сигарет «Мальборо», заработал. «Это разработка наших „яйцеголовых“ из Лэнгли[82]. Как только включишь радиомаяк, твое местонахождение будет известно с точностью до метра», — вспомнил Орлов инструктаж дяди-полковника.

* * *

— Шеф, есть сигнал! — закричал помощник резидента, вбегая в кабинет.

Илья Кириллович удовлетворенно потер ладони:

— О’кей, давай дальше по цепочке. Чтобы нигде не было осечки. Держи меня в курсе дел днем и ночью, — распорядился полковник и, закурив, уселся в кресло.

Отлично сработанные окна, огромные, почти во всю стену, не допускали в комнату шум механизмов. Из офиса советника по экономическим вопросам открывалась роскошная панорама промышленной добычи алмазов.

* * *

— Есть, сэр! — радист огромного самолета АВАКС[83], бороздящего небо на высоте 12 000 метров, показал командиру на загоревшийся зеленый индикатор.

Командир воздушного разведывательного корабля согласно кивнул головой и нажал несколько клавиш бортового компьютера. На мониторе появилась зеленая точка, движущаяся в системе координат. Под ней ежесекундно менялись цифры.

— Операция началась, передавай на «Эйзенхауэр», — приказал он радисту.

Светло-серый авианосец неподвижно стоял в штилевом Карибском море. Огромные лопасти винтов двух десантных вертолетов с грохотом разогнали прожаренный солнцем воздух и подняли боевые машины. Через несколько минут «вертушки» подлетали к заросшему манграми[84]побережью. В каждой машине сидела боевая группа «зеленых беретов» из 12 человек, экипированная и вооруженная до зубов. Командир первой группы придерживал на коленях черный стальной кейс, который должен был взорвать в случае захвата. Система самоликвидации срабатывала через три минуты после включения. Это был первый в мире боевой генератор психотропной обработки.