Тебе конец, хапуга! - Кирилл Казанцев

Арсений Данилович опустился на сиденье. Помощник Бубнова уже поставил перед ним ноутбук, замерцал экран. Видеофайл назывался «Обращение похищенной дочери к отцу – зампредседателю госкомитета по электросвязи Мокрицкому А.Д.».

Мокрицкий затаил дыхание, когда началось воспроизведение. Ася сидела на фоне какой-то невыразительной стены, на спинке кресла белела небрежно брошенная мужская куртка. Из глаз молодой женщины текли слезы.

– Отец, – всхлипнув, произнесла Ася, – они похитили меня, держат в каком-то ужасном подвале. Если ты не заплатишь выкуп в полтора миллиона долларов, они убьют меня… – глаза дочери с мучительной мольбой смотрели в объектив камеры.

– Полтора миллиона? – вырвалось из груди Арсения Даниловича. – Откуда у меня такие деньги?

Бубнов положил ему руку на плечо, призывая к вниманию. После паузы с экрана ноутбука прозвучало.

– Они сказали, что все о тебе знают. Будто бы у тебя есть счет в Швейцарии, больше чем на три миллиона.

Чья-то рука подала Асе картонку, на которой маркером четко было выведено название банка и номер счета.

– Они свяжутся с тобой, скажут, как и где передать деньги.

Ася глянула в сторону, откуда ей наверняка давали подсказки.

– Еще они требуют, чтобы ни ФСБ, ни полиция не вмешивались. Папа, спаси меня!

Запись оборвалась.

– Кто это сделал? – прошептал Мокрицкий.

– Почти со стопроцентной уверенностью – ее похитил Граеров. Вам знакома эта фамилия? Вы знаете этого человека? – Бубнов показал Арсению Даниловичу фотографию.

– Мы были знакомы в девяностые, – не слишком охотно признался Мокрицкий.

– А в последнее время вы не встречались? Меня не интересуют ваши отношения. Это нужно знать, чтобы мы могли спасти вашу дочь.

– Он пару раз приходил ко мне после того, как вернулся из-за границы. Просил помочь ему с новым бизнесом, – еще менее охотно сделал признание Арсений Данилович. – Но почему вы решили, что это он?

– Мы обнаружили машину, на которой он похитил вашу дочь. В салоне отпечатки пальцев Граерова. Свидетели похищения тоже показывают на него. А одет он был в ту самую светлую куртку, которая по его недосмотру попала в поле зрения камеры вместе с вашей дочерью. – Бубнов кивнул на монитор. – Убедительных доказательств достаточно. Мы уже поставили все ваши телефоны на прослушку. Он обязательно позвонит вам.

– Но почему он выложил видео в Ю-туб?

– Усложняет задачу выйти на него, – прищурившись, произнес Бубнов. – У вас есть требуемая сумма?

Ответить Мокрицкий не успел. Запиликал его мобильник на столе.

– Номер вам знаком? – Бубнов уже заглядывал на экранчик.

– В памяти трубки этого номера нет, – испуганно ответил Арсений Данилович.

– Пробей номер, – бросил седой спецслужбист своему помощнику. – А вы отвечайте, только громкую связь включите.

Мокрицкий взял телефон и упавшим голосом вымолвил.

– Слушаю.

– И правильно делаешь, что слушаешь, – донеслось из наушника. – По тону твоему ясно, ты уже знаешь. Так вот…

Бубнов одними губами беззвучно произнес фамилию:

– Граеров?

Мокрицкий кивнул, он узнал голос уголовника. Техники-умельцы из организации, созданной Дугиным, умели делать и не такие фокусы. Голос Ларина, пропущенный через компьютер, звучал очень похоже на голос Граерова. А со скидкой на телефонные искажения заподозрить обман было практически невозможно.

– …Сними деньги наличкой так, чтобы номера купюр не шли подряд… – звучало из трубки классическое. – И чтобы никаких ментов, никаких спецслужб. Иначе твоей доченьке – конец…

Помощник Бубнова шептал в прихожей в трубку мобильника:

– Значит, со стационарного аппарата звонит?.. Из квартиры?.. Срочно по адресу высылайте группу захвата… понял, что уже выслали, молодцы. Мы тоже выезжаем…

Ларин стоял у окна. С высоты девятого этажа отлично просматривался двор и дом напротив. Внизу вокруг круглой клумбы стояли кольцом плотно припаркованные машины.

– …И еще раз, Арсений, – проговорил Андрей, – чтобы никаких ментов и близко не было. Иначе и ты, и они сильно пожалеют, ты меня знаешь. Я все сказал, сам тебя найду.

Ларин вдавил кнопку, отключая связь, и повернулся к Маше.

– Поверил? – спросила Шарапова.

– На все сто.

– А у него в самом деле счет в этом банке на три миллиона?

– Откуда я знаю? – пожал плечами Ларин. – Но деньги у него точно есть. Приготовь-ка кофе. У меня во рту пересохло.