Разведывательно-диверсионная группа. Кэт - Андрей Негривода

– Ага, могли! Ум-м-ф!.. – простонал в ответ Ален, сжимая обеими руками свое «хозяйство». – А ты вот так просто взял и поверил, да? И не шмальнул бы на полрожка, и гранатку бы не кинул?!

– Обязательно шмальнул бы! А как иначе?!

– Фу-у-ф!!! Все яйца отбил! – прокомментировал Кондор свои ощущения. – Теперь все – «прощайте, девки, здравствуй, импотенция»!

– Дети есть?

– Ну?

– Тогда не страшно! – улыбнулся плененный.

– Ладно! Все!.. Ты кто такой, военный, и че так далеко от Родины делаешь?

– А вы?

– А по репе, да с оттягом? – приблизился Стар. – Совсем нюх потерял, братишка, или с мозгами поссорился?! Отвечай!

– «Братишка»? – Экс-дозорный был не на шутку ошарашен услышанным словом. – За Речкой бывали?! Где?! Когда?!

– Нет уж, дорогой, – это я тебя спрашиваю, пока командир в себя приходит! И не буди во мне «темную сторону» – озверею!..

– 85-й – 87-й. Газни, Калат...

Услышав эти слова, Кондор резко пришел в себя и приблизился к своему пленнику:

– Конкретнее!

– Старший прапорщик запаса Городецкий. «Аквариум», «водолаз», 116-й отряд[81]...

Стар и Кондор переглянулись с пониманием.

– Промахнулись... – сказал Андрей.

– Во как! А что ж ты, проф, себя спеленать позволил? – задал вопрос экс-майор.

– Вас ждал... А в чем промахнулись-то, а, пацаны?

– А мы прикидывали, что ты кадровый.

– А я и есть кадровый, – улыбнулся пленный. – Только полунедоофицер...

– Ясно... – произнес Кондор и посуровел лицом – сантименты «теплой встречи» откладывались. – Докладывай, «кусок»: че здесь толокся в «лежке» и кого ждал?

Старший прапор замялся на секунду:

– Ладно... Только... А если вы не «братишки», а левые «братки», каких сейчас немало? Не скажу ведь ничего, а?.. Хотя... «кусок», «лежка»... Вы кто, пацаны? Обозначились бы хоть, а то неудобно, в самом деле!..

Кондор взглянул на своего напарника и кивнул головой – они-то поняли уже вдвоем давно, что этот «дядя» такой же, как и они, заплутавший по жизни «гусь».

– Кхм... Майор запаса Старков. За Речкой старлей. 56-я гвардейская артбригада, нач. разведки дивизиона. Позывной – Жук.

– Слышали о тебе! Д-30? Джелалабад?

– Он...

– Ясно... А?..

– Капитан. Запаса, естественно... 6-й отряд специального назначения МО...

– «Витязь»? О-ого! Коллега... Но вы же там не стояли – так, наскоками «трудились». Хотя ваши наскоки... А где, когда?

– 88-й... Под вывод... Газни, Кандагар, Чаман... Потом назад... Позывной – Филин.

– А я и о тебе слышал, капитан.

– Тебя там уже не было, прапор, и слышать обо мне ты не мог!

– Слышал! Я тебе говорю! Со мной здесь еще один парится из наших, из «братишек». Тоже капитан. Он и порассказал немного о Филине... Из спецуры вэдэвэшной... Он про тебя не только про Афган рассказал, а про другие «походы» – ты личность известная...

– Как его зовут? – Кондор подался всем телом вперед.

– Клим.

– Клим Белоконь? «Задира»?!

– Точно... Знаешь его?

– Дела-а...

– А тебя-то самого как звать-величать? – Стар заметил смятение командира и решил разрядить обстановку.

– Павел.

– О как! Так ты тезка?! А в «Аквариуме»?

– Как и сейчас – Гром.

– Почему так?

– Штатный сапер-разведчик...

– Ясно! Громыхалкин, значит?!

– Пятнадцать лет уже...

– Где сейчас Задира, прапорщик? – «включился» Кондор. – И вообще! Давай-ка, выкладывай все по порядку, но в темпе! Кто, что, где, как?

– Есть! – совсем как в старые времена, ответил пленный. – Значит, так...

Павел задумался ненадолго и продолжил рассказ:

– Я у этих «революционеров» уже год. Попытался было в легион попасть к французам, но... Возрастные ограничения не пустили – тридцать пять – это предел... Дома, в Туле, никого не осталось, если не считать сестрички двоюродной... Так что делать мне там особо-то и нечего... А эти мартышки мне платят по три «косых» баксов в месяц. Инструктор я у них, видишь ли, по минно-взрывному делу...

– И на кой тебе столько денег, тезка? Вечеринки с местными мартышками устраивать?

– Если на местных «мартышек» все тратить, то нужно иметь полтора десятка фуев.

– Как это?

– А они здесь для «революционеров» все бесплатно делают. А уж если и всучишь пятерку баксов, то они за эти деньги для тебя с самой высокой пальмы спрыгнут не задумываясь – рабынями себя считают у очень доброго хозяина. Выпивка тоже «на шару» – местные очень уважают своих «партизан»...

– Ну и?

– Оставляю себе немного, так, на всякий случай, а две с половиной племяшкам отправляю... Своих-то детей у меня нет, там... Две куколки семилетние, близняшки... Тула – город хоть и небольшой и не слишком дорогой, но девчонок поднимать надо. Вот я их и поддерживаю, как умею...

– М-мда... Ясно... – произнес задумчиво Кондор. – А Задира?

– Клим здесь позже меня, всего полгода. Тоже инструктор, по организации спецопераций.

– Ну, это-то как раз и понятно. Как он?

– Хреново, Филин... Тоскует пацан, все друзей вспоминает. Тебя вот, еще Медведя какого-то, Горе, еще кого-то... Водку даже не жрет, как все, а так, очень понемногу. По «мартышкам» не бегает – они к нему сами в очередь становятся, а он их на фуй посылает! В общем... Впал кэп в глубокий депрессняк... Хотя инструктор он, конечно же, классный, что и говорить!

– Клим... Так! Это понятно... Кто мы и зачем здесь, понимаешь?

– Да уж немудрено... Спасательная операция? – Он посмотрел на Алена. – Только маловато вас будет...

– А нас не мало... Что скажешь по делу, прапор?

– Я был категорически против, за это и сижу здесь, на самом дальнем посту... В виде наказания...

– А Задира?

– Как и я! Только у него выбора не было – такая операция – его епархия... Вот он ее и соорудил так, чтобы люди, по возможности, не пострадали – эти черножопые вообще сначала собирались то «корыто» утопить, в назидание...