За пригоршню баксов - Владимир Гриньков

Это был лист, вырванный Юшкиным из регистрационной книги.

– Марецкий, – прочитал милиционер. – Китайгородцев…

– Вот! Из-за них это все! – рыдал Юшкин и косил взглядом на беснующегося рядом пса. – Прикончить меня хотели! А я не дался!

* * *

Рано утром Китайгородцев вышел в коридор. Охранник из «Барбакана», сидевший за столом, приветливо ему кивнул.

– Как обстановка? – спросил Китайгородцев.

– Клиент у себя. В три тридцать утра заселились еще два человека, мужчины. Номер двадцать восемь. Постоялец из двадцать шестого пятнадцать минут назад куда-то вышел.

– Хорошо, я понял. Через час тебя сменят.

Китайгородцев спустился на первый этаж. Женщина-администратор колдовала над своим лицом, пытаясь избавиться от следов ночной борьбы со сном.

– Доброе утро, – сказал Китайгородцев.

– Доброе утро.

– У нас новые постояльцы?

– Из Москвы ребята.

– Вы не будете возражать, если я на их фамилии взгляну?

– Вот, пожалуйста.

Раскрыла журнал на нужной странице, придвинула к собеседнику. Китайгородцев переписал фамилии, спрятал блокнот в карман.

– А вы из милиции, да? – спросила женщина, заговорщицки понижая голос.

Китайгородцев приложил палец к губам.

– Я поняла! – округлила глаза женщина.

Китайгородцев вышел на улицу. У входа стоял нестарый еще, лет под пятьдесят, мужчина. Заслышав шаги, обернулся. Бледное, без следов загара, лицо. Редкие светлые волосы зачесаны назад. Постоялец из двадцать шестого.

– Доброе утро, – первым поздоровался Китайгородцев.

– Доброе утро.

– Прохладно сегодня.

– Тут все-таки лес, – ответил светловолосый. – Сейчас вот солнце поднимется – увидите, какой будет день. Вы надолго сюда?

– Нет.

– Ну, может быть, у вас все-таки будет время пройтись по лесу. Не пожалеете.

– Тут есть на что посмотреть?

– Лес, – коротко ответил собеседник.

Одного этого ему уже казалось достаточно.

– Вам эти места знакомы? – спросил Китайгородцев.

– Да.

– Живете где-то недалеко?

– В общем, да.

– А здесь по делам?

– Отдыхаю.

– Это вместо Канарских островов? – улыбнулся Китайгородцев.

– Здесь лучше. Я Канары видел. С нашим лесом не сравнить. Это сначала, когда только появляется возможность выезжать за границу, рвешься туда и тебе там все нравится. Потом успокаиваешься. Гораздо приятней просто идти по лесу, искать грибы и знать, что не наткнешься на забор и табличку с надписью «Не входить. Частная собственность».

– А вы вообще по бизнесу?

– Да.

– Что за профиль? Может, мы друг другу будем полезны?

– А вы тоже – по бизнесу?

– Тоже, – кивнул Китайгородцев. – Консалтинговые услуги.

– Это для меня слишком сложно. Если бы вы, к примеру, картофель выращивали…

– Зачем же именно картофель?

– Я чипсами занимаюсь.

– Чипсы производите?

– Да.

– А где?

– Недалеко тут.

– У меня брат чипсами занимается, – сказал Китайгородцев. – Только он их не производит, а продает. В Москве. Сто двадцать магазинов.

– Сто двадцать магазинов ему принадлежат?

– Нет, он в них продукцию поставляет. Привозит в Москву чипсы и продает.

– А откуда привозит?

– Из Питера, – сказал Китайгородцев. – А от вас бы ближе получалось. Может, вы мне координаты свои дадите? А я ему передам.

– Хорошо.

Собеседник Китайгородцева извлек из кармана бумажник, перебрал содержимое всех отделений, разыскивая визитку. Не нашел.

– В номере, – сказал он. – Я потом туда поднимусь и вам свою визитку дам.

– Заранее спасибо.

– А теперь прогуляюсь, – сказал светловолосый. – В лесу сыровато еще, конечно. Но это мое любимое время. Дымка между деревьями плавает. Фантастическая картина.

Когда он ушел, Китайгородцев направился к припаркованным на стоянке автомобилям. В машине, где был установлен спутниковый телефон, дежурил охранник из «Барбакана».

– Привет! – сказал ему Китайгородцев. – Хамза не звонил?

– Нет пока.

– Набери-ка мне его.

Над близким лесом поднималось солнце. Деревья в тени казались черными. Из той черноты выплывала утренняя сырость.

– Хамза на проводе, – сказал охранник.

Китайгородцев взял трубку.

– Доброе утро, это Китайгородцев. Вы извините, что я так рано. По нашему вчерашнему запросу о постояльце этом, бизнесмене, есть что-нибудь? Я вас прошу – ускорьте. Да нет, ничего особенного. Просто я сейчас случайно содержимое его бумажника увидел. Там среди наших рублей еще и дойчмарки высветились. А я сейчас на все, что с Германией связано, очень нервно реагирую. Так что жду информацию. У нас постоянно один человек у аппарата дежурит.

Китайгородцев отключил телефон, повернулся к охраннику.

– Ты хоть немного поспал?

– Подремал, – ответил тот. – Неудобно тут. Все-таки не кровать. И ночью кто проедет – сразу реагируешь. Тут ребята приехали под утро…

– Да, я знаю, – кивнул Китайгородцев. – В общем, как только Хамза позвонит – ты сразу ко мне.

– Понял.

Китайгородцев, прежде чем вернуться в мотель, подошел к машине тех ребят, что прибыли ночью. «Форд». Довольно потрепанный. Номера московские.

* * *

Хамза позвонил через два часа.

– Толик! – сказал он Китайгородцеву. – Собрали мы данные по вашему «чипсовому бизнесмену». Итак, Юшкин Игорь Степанович, пятьдесят шестого года рождения, уроженец города Москвы, ранее не судим, холост. По поводу чипсов – врет он все, никаких сомнений. С девяносто второго по девяносто четвертый год работал брокером на товарно-сырьевой бирже, продавал и покупал все, что можно. Фирма называлась «Дельта-Виста». Юшкин уволился оттуда в девяносто четвертом, а фирма закрылась в девяносто шестом. Он контакты с ней не поддерживал, потому что с девяносто четвертого работал по недвижимости. Фирма «Кантри Истэйт». Он и там не был ни владельцем, ни менеджером. В девяносто шестом его уволили. В девяносто седьмом Юшкин учреждает собственную фирму по торговле недвижимостью. Фирму назвал без затей: «Юшис». Юшкин Игорь Степанович. Пытался раскрутиться, используя связи, наработанные еще в бытность его агентом по недвижимости в фирме «Кантри Истэйт». Не преуспел. Но за несколько месяцев самостоятельной работы разыскал людей, готовых войти с ним в долю. Якобы предполагалась работа по схеме «его связи – их деньги». Деньги они дали…