Парижский десант Посейдона - Дмитрий Черкасов

– Ах, это вы, Нешер, – произнес он с откровенной досадой. – Как, кстати, вас зовут на самом деле? Никогда не любил этой идиотской привычки к звучным псевдонимам.

– Может быть, прикажете вашим людям убрать оружие?

– Только на паритетных началах.

– Ребята, – распорядился командир, обращаясь к моссадовцам, – опустите стволы. Мы с господином фон Кирстовом старинные знакомые.

Намер и Баз перевели дыхание, а Цефа не смогла скрыть радости.

– Черт побери, Код-код! Мы тут уже решили, что лягушатники накачивают вас психотропами...

– Кишка тонка. Трусливая публика. Разрешили сделать звонок, и наши быстро прижали им хвост...

Обстановка немного разрядилась, хотя деваться от боевых потерь было некуда, и немцы явно жаждали отмщения.

– Посмотрите, Нешер, что натворили ваши головорезы!

Тот сухо сплюнул:

– Скажите спасибо, Фридрих, что до сих пор живы. Откровенно говоря, я никак не пойму, почему. Это наша территория, и вас сюда никто не звал.

– Код-код, они увезли Валентино, – вмешался Намер.

Нешер нахмурился:

– Вот даже как? Фридрих, доктора придется вернуть. Мы все равно его достанем – давайте обойдемся без кровопролития.

Самообладание стоило фон Кирстову немалых усилий, но в итоге он сумел совладать с собой и проявить благоразумие:

– Слушайте, Нешер. Мы знаем друг друга давно, и мы оба профессионалы. На сей раз ваша взяла, я не собираюсь это оспаривать. Вам придется поверить мне на слово: я понятия не имею, где находится Валентино. Я даже не успел на него взглянуть.

Баз нехотя кивнул:

– Это верно, Код-код. Мы оставили его скрученным на площадке, чтобы не задело раньше времени.

– Я скажу больше, – продолжил Фридрих. – Вместе с Валентино исчез мой сотрудник, акустик. Молодой парень. Он представлялся надежным, но теперь у меня возникли сильные сомнения.

– Можно все объяснить проще, – холодно ответил Нешер. – Вы поручили ему забрать этого гада, а теперь напускаете туману, вешаете на него собак.

– Ваши молодцы уже вошли в квартиру, – возразил тот. – Спросите у них, они подтвердят, что никто никому ничего не приказывал. Как я мог приказать, если вообще не знал, с кем или с чем вы явитесь?

– Да, командир, он сразу укрылся, контактов не было, – подал голос Баз. – Я сам в него четыре пули пустил, вон дырки, – он указал на четыре аккуратных отверстия в шкафу красного дерева.

Фон Кирстов чуть покраснел – в тон дерева. Больше от гнева, чем от неловкости.

– И что с того? Ваш сотрудник мог сработать на свой страх и риск.

Тот покачал головой:

– У нас строгая дисциплина. Никто не предпринял бы подобных действий без моего приказа. Послушайте, Нешер, у нас с вами общая проблема. Валентино нужен нам обоим – это раз. И у нас с вами общий неприятель – это два. Можно сказать, что даже два неприятеля.

– Неужели? Кто же второй?

– Тот, что доставил вам неприятности на набережной Анатоля Франса. Я буду с вами откровенен. Мы взяли в оборот не только вашу, но и русскую базу. Надеюсь, что там наши действия оказались более успешными – ваши люди не дали мне возможности выйти на связь со своими и узнать о положении дел. Надеюсь, что нам удалось получить от русских то, что может представлять интерес и для вас, и для нас.

– Вы намекаете на биологические материалы?

Фон Кирстов кивнул:

– В том числе. Но это маловероятно. Наши с вами страны крайне заинтересованы в них.

– И что вы имеете предложить?

– Я предлагаю сотрудничество, – сказал Фридрих. – Хотя бы временное. Тактическое, не стратегическое. Я закрою глаза на убийство моих людей. Вместе мы будем сильнее; порознь нас легче перебить – как русским, так и нацистам. Нам нужно разыскать Валентино, а также получить доступ к его архивам. Ну и биологические материалы – тут уж кому больше повезет.

Нешер подумал:

– Я ценю вашу инициативу, Фридрих. Вы понимаете, что сам я не вправе принимать такого рода решения. Это не мой уровень.

Цефу передернуло. Она хорошо помнила, как с ней обошлись, и ей претила мысль о союзничестве с этими мерзавцами. Ответный и несоразмерный урон, нанесенный германцам, ее не смущал.

Но она была дисциплинированным сотрудником и промолчала.

Нешер прошелся по комнате, развернулся на пятках, впился взглядом в лицо фон Кирстова.

– Свяжитесь с вашими людьми и выясните, что происходит с русскими.

– С удовольствием. Надеюсь, что ваши снайперы не побили аппаратуру...

Фридрих вызвал на связь Герхарда Миллера и получил мгновенный ответ: «Обеспокоен вашим молчанием, поставил в известность Центр. Русские нейтрализованы, документация у нас. Среди наших потерь нет, у противной стороны – один человек. Жду дальнейших указаний».

– Они ликвидировали кого-то из русских, – сообщил фон Кирстов окружающим.

– Ну все, – это вдруг прорезался голос у одного из его бойцов, до сих пор не вмешивавшихся в разговор.

На него никто не обратил внимания.

– Продолжайте наблюдение и ничего не предпринимайте, – распорядился командир и дословно пересказал Нешеру сообщение Миллера.

Это решило дело.

– Я все равно проконсультируюсь с руководством, – пообещал Код-код. – Но готов с вами согласиться: худой мир лучше доброй ссоры. Давайте объединим усилия. Так, пожалуй, будет лучше для всех.

– И хуже для некоторых, – кивнул фон Кирстов.