Урановый диверсант - Валерий Рощин

Постояв без движения, поразмыслил, да другого решения не отыскал – надо пересекать сектор, за которым кто-то ведет наблюдение. Оставалась единственная надежда на позднюю ночь, на сонную усталость тюремщиков, на невнимательность.

Быстрый спурт позволил в секунду преодолеть опасное местечко; прижавшись к стене, Дорохов осторожно шагнул вверх… И увидел охранника в черной униформе, сидящего за столом – правым боком к нему и листающего журнал. На столе мерцала пара черно-белых мониторов; за спиной висел стеклянный шкафчик с ключами.

"Чего и следовало ожидать, – нагнулся Дорохов и мягко положил на пол кусок арматуры. – Пора браться за дело!"

Для начала он выудил из кармана горсть пластиковых контейнеров, с виду напоминавших обычные герметично упакованные иглы для одноразовых шприцев. Все десять контейнеров с виду были одинаковы; разница заключалась лишь в том, что сквозь полупрозрачные колпачки виднелись цветные шарики: в двух – бежевые, в трех – коричневые, а в пяти – красные.

Он выбрал бежевый, остальные рассортировал в карманы брюк – так, чтобы в следующий раз, не копаясь, выхватить нужный. Затем вытащил из-за спины полуметровую трубку; аккуратно снял с иглы колпачок – при этом шарик из бежевого поролона распрямился и увеличился в размерах. А следующим движением вогнал "снаряд" в отверстие трубки, и с готовым к применению оружием снова стал подниматься по ступеням…

Израильтянин изучал страницы журнала, изредка поднимая голову и посматривая на мониторы. Артур в последний раз окинул взором видимое пространство в поисках камер слежения. И, не найдя их, набрал в легкие побольше воздуха, обхватил конец трубки губами, прицелился…

Раздался глухой звук; игла молнией сверкнула в полете. Охранник подпрыгнул – то ли от испуга, то ли от боли и, схватившись за шею, осел.

Все – операции дан старт! Теперь дорога каждая секунда, ибо неизвестно, когда распластавшийся бедолага должен смениться. Что если его напарник уже в пути? Тогда все замыслы пойдут коту под хвост.

Подбежав, майор забрал пистолет, машинально проверил магазин. И пока служивый не оклемался, осмотрел дежурку. Сбоку (со ступеней ее не видно) имелась дверь; он прошмыгнул к ней, подняв оружие, приоткрыл…

Ничего интересного: бытовой закуток с микроволновкой, электрочайником и какими-то банками на полке. А дальше открытый настежь туалет. Странно. Какого черта тут устроен пост? Что здесь охранять?… Заглянув в мониторы, догадался: "Ага! Одна камера внизу – та, которую удалось удачно проскочить; вторая где-то выше".

Лестница и в самом деле вела наверх; первый же пролет посередине перегорожен решеткой из толстых вертикальных прутьев. И другого пути отсюда нет: либо обратно вниз – в канализацию, либо…

Тюремщик замычал и пошевелил рукой.

– Давай-давай, просыпайся! – поторопил Дорохов и встряхнул того за шиворот.

Стрелы с бежевым цветом шариков содержали самый слабый препарат, полностью отключавший взрослого мужчину на две-три минуты. Позже действие попавшего в кровь вещества слабело, и в течение минут пятнадцати лишь парализовало волю – жертва приходила в сознание, но становилась послушной и сговорчивой. Допрашивай, приказывай – сделает что угодно. "Хорошая штука", – удивлялись курсанты в Учебном центре, когда впервые знакомились с разработкой российской секретной лаборатории.

– Где сидит француз? На каком этаже? – спросил он по-английски.

Молодой мужчина смотрел сквозь него туманным взором…

– Этаж? Номер камеры? – повторил бывший спецназовец.

Бесполезно. Либо тот не понимал языка, либо все еще пребывал в прострации.

Лупить или повышать голос бессмысленно – боли наверняка не почувствует, крик не воспримет. Да и не поорешь здесь особо – услышат соседние посты и сбегутся как воры на приватизацию.

Секунду подумав, он наклонился и четко проговорил:

– Жан Франсуа Тирар.

В глазах мелькнуло подобие мысли. Он кое-как встал и неопределенно ткнул пальцем куда-то вверх.

– Умница, – кивнул Артур и, легонько подталкивая в спину, приказал: – Теперь веди меня туда.

Ростом израильтянин не вышел – от силы метр шестьдесят, тощий с обвисшей формой на угловатых плечах. Отходняк от препарата у такого будет длиться не менее получаса.

Он полез в шкафчик, снял с крючка небольшую связку ключей, отпер решетку и, покачиваясь на непослушных ногах, стал подниматься по ступеням…

Лестница вывела в холл следующего этажа: белые стены, подвесной потолок со встроенными лампами дневного света, выложенный плитками пол.

"Прям не тюрьма, а санаторий!" – удивлялся майор, готовясь к встрече со следующим сотрудником охраны. Пистолет с загнанным в ствол патроном и взведенным курком торчал за поясом; в металлической трубке уже сидела игла с коричневым поролоновым шариком. Этот снаряд в зависимости от комплекции и здоровья "цели" надежно отключал на два-три часа.

Из холла в противоположные стороны уходили коридоры. Охранник пошел по одному из них и шагов через сорок свернул влево, Дорохов же остановился и осторожно посмотрел за угол. Опять решетка, а за вертикальными прутьями пост – мужик в такой же черной униформе коротает дежурство за столом с мониторами.

Тот что-то сказал и, не взирая на странную неразговорчивость коллеги, поднялся и пошел навстречу; зазвенели ключи.

"Пусть откроет – меньше возиться и не подбирать ключ! – решил Артур, стоя в укрытии и держа обеими руками направленную вниз трубку.

Щелкнул замок, скрипнули петли.

"Пора!"

Он выскочил из-за угла и чуть не выругался с досады – коротышка с нижнего поста очень некстати закрыл собой цель. Пришлось резко стартовать почти вплотную к решетке.

Игла вонзилась под правую ключицу. Охранник попятился, замычал и… сполз по стене на пол.

Короткая задержка – второй пистолет за пояс. И вдогонку за прущим без остановок коротышкой.

И вдруг резко тормознул, ухватив того за шиворот:

– Стоп!

Шагах в пяти под самым потолком висит камера с направленным на ближайшие двери объективом.

– Ключ, – показал он на связку. И четко повторил: – Жан Франсуа Тирар. Ключ! Key! Понимаешь?

И тот понял – послушно вернулся ко второму посту, покопался в шкафчике и протянул ключ с биркой. На бирке значился номер "289".

– Молодец, – похвалил майор, стаскивая с лежащего без сознания мужика форменную куртку. Накинув ее, пихнул провожатого в плечо: – Теперь веди. Веди туда, где сидит Жан Франсуа Тирар!…

Сердце радостно стучало в предчувствии скорой встречи с попавшим в беду другом и удачного воплощения чертовски сложного и до безумия смелого замысла.

Они миновали камеру наблюдения, снова куда-то повернули. Долго шли длинным коридором мимо одинаковых дверей с глазками и плотно запечатанными крышками амбразур, через которые подают кормежку заключенным. Мимо проплывали номера, постепенно приближаясь к заветному: "232"… "240"… "255"… "Твою мать, да сколько же еще топать?!" – достал Дорохов второй контейнер с коричневым шариком. Впереди показалась решетка с очередным постом, и требовалось срочно перезарядить бесшумное оружие.