Последняя стрелка - Михаил Серегин

– Ты не отвезешь Антона в школу? – спросила Светлана, прервав размышления Полунина.

– Зачем? – Владимир удивленно посмотрел на нее.

Антон ходил в единственную в городе гимназию, располагавшуюся примерно в десяти минутах ходьбы от дома, где жили Полунины. Причем на той же стороне улицы. И Полунин никогда не отвозил туда сына.

Во-первых, не видел в этом необходимости. Во-вторых, хотел с самого раннего возраста приучить сына к самостоятельности. В-третьих, потому что Антон был смышленым и мог перейти дорогу самостоятельно.

К тому же Полунин не хотел, чтобы мальчик хвастался одноклассникам, мол, его привозят в гимназию на машине, словно премьер-министра. И сейчас Владимира удивил вопрос жены.

– Ну, я думала, раз ты никуда не торопишься, мог бы и порадовать ребенка, – пояснила Светлана. – Ему было бы приятно, если бы ты подвез его до гимназии.

– Мы уже обсуждали с тобой эту проблему. – Полунин развел руками. – Я объяснил тебе свою позицию, и ты согласилась с ней…

– Нет правил без исключений. – Светлана выглянула в коридор, где Антон уже надевал пальто, прислушиваясь к разговору взрослых. – По отношению к детям нельзя быть таким принципиальным!

– Слушай, Лучик, давай не будем об этом, пока Антон не ушел, – попросил Полунин.– Некорректно обсуждать свои взгляды на воспитание детей в их присутствии.

– Как скажешь, – пожала плечами Светлана и вышла из кухни.

Владимир с недоумением посмотрел ей вслед. Они никогда дважды не обсуждали одну и ту же проблему, если решение было уже принято. Списав все на женские прихоти, Полунин тут же забыл об этом их разговоре и отправился в кладовку искать материал для кормушки.

Кусок фанеры и несколько реечек Владимир нашел почти сразу. Чего нельзя сказать о мелких гвоздях. Но и это не стало проблемой. И минут через пять после ухода сына Полунин уже устраивался на кухне с ножовкой в руке, примериваясь к куску фанеры.

Едва Владимир начал выпиливать донышко для кормушки, как дверь в его квартиру неожиданно открылась. Полунин распрямился и удивленно посмотрел в коридор, недоумевая, кто мог войти к нему вот так, запросто открыв запертую дверь. Владимир уже решил выйти и посмотреть на нежданного гостя, но не успел. Он не сделал и двух шагов к двери в коридор, как услышал знакомый голос:

– Света, я пришел! Ты готова?

Полунин на секунду замер. Голос принадлежал Славке Болдину, его компаньону и закадычному другу! Это он пришел в дом, открыв дверь своим ключом. И, судя по вопросу, именно Славка звонил сегодня утром Светлане. Полунин усмехнулся и вышел в коридор, опередив жену.

– Привет, Иваныч! – Болдин растерянно уставился на него. – Не ожидал тебя увидеть.

– Я догадываюсь, – широко улыбнулся Владимир и обернулся к жене. – Так вот, значит, какая у тебя подружка?

– При чем здесь подружка? – Светлана посмотрела на мужа. – Подружка просила Славку заехать за нами. Ты что, Володя? Приревновал меня к нему, что ли?

– Иваныч, ты что? – поддержал Светлану Болдин.

– Ладно, проехали, – перебил его Полунин. – Вы куда-то собирались? Езжайте. Кстати, откуда у тебя ключ?

– Так ты же мне сам его дал! – Славка удивленно посмотрел на Владимира. – Сказал, чтобы я его у себя держал, на всякий случай. Не помнишь, что ли?

– Помню, – кивнул Полунин и, развернувшись, ушел на кухню.

Светлана и Славка уехали через десять минут. Болдин попытался о чем-то поговорить с Полуниным, но Владимир не стал его слушать. В душе у него царила сумятица. Полунин не понимал, что происходит.

Вроде бы ничего страшного не случилось. Владимир и сам во время своей борьбы с Томашевским доверял охрану своей тогда еще будущей жены Болдину. Он и потом не раз отправлял ее вместе со Славкой туда, куда сам не мог поехать по тем или иным причинам. Но сейчас все казалось Полунину каким-то неестественным и преступным.

Светлана никогда не врала ему. Одним из условий их союза была полная откровенность друг с другом. И у Полунина ни разу не было причин подозревать жену во лжи. Да и сейчас подозревать Светлану в обмане, а тем более в измене было бы глупо. Она действительно могла разговаривать по телефону с подружкой, а Славку «припахала» уже та. Но Полунину почему-то не очень верилось в это.

Владимир сам не мог понять, почему вдруг у него возникли подозрения. Он попытался выкинуть их из головы, но неприятный осадок остался. Полунин кое-как доделал кормушку, обещанную сыну, и стал собираться в аэропорт. Времени оставалось в обрез.

* * *

Встречали Александра Петровича Вольцева, заместителя министра топливной промышленности, с особой помпой. В город, где жил Полунин, шишки такого ранга залетали не часто, и мэр постарался сделать все, чтобы не ударить в грязь лицом перед столичным чиновником. Слава богу, что духовой оркестр не додумался пригласить! А может быть, просто не успел.

Заместитель министра сошел с трапа самолета прямо на алую ковровую дорожку, постеленную на тщательно очищенный от снега бетон взлетно-посадочной полосы. Всем своим видом он напоминал барина, прибывшего в свою отдаленную вотчину.

Довольно заулыбавшись при виде большой толпы собравшихся, чиновник помахал всем рукой и принял свежие цветы от подскочивших к трапу длинноногих красавиц в распахнутых, несмотря на мороз, шубах. Красавицы заметно посинели от холода на пронзительном ветру, однако улыбались. Улыбались так, словно только что испытали самый сильный в своей жизни оргазм. Полунин едва не сплюнул от такого раболепия.

Мэру, наоборот, все это безумно понравилось, и он, одобрительно кивнув своему секретарю, организовавшему такую встречу, поспешил к трапу. Заместитель министра небрежно пожал протянутую руку мэра и, перекинувшись с ним парой фраз, направился к группе встречающих. Полунин с легкой усмешкой наблюдал за ним.

Следом за мэром к заместителю министра полезли с приветствиями остальные чиновники городской администрации. К удивлению Полунина, столичный барин что-то спросил у мэра и, проигнорировав их, направился прямо к Владимиру. Полунин встретил его открытым взглядом.

– Здравствуйте, Владимир Иванович, – снисходительно улыбнулся Вольцев, подходя к Полунину. Однако в этой улыбке не было пренебрежения. Напротив, он обратился к Полунину, как равный к равному. Владимир с удивлением воззрился на чиновника.

– Рад познакомиться, – продолжил между тем замминистра. – Вы, вероятно, слышали о том, что в последний момент я изменил свой маршрут и повернул в ваш город, – слово «ваш» было произнесено таким тоном, будто город целиком, с потрохами, принадлежал Полунину. – Так вот, эти изменения были внесены именно из-за вас. А если быть более точным, из-за вашего предприятия.

– И чем я обязан такой чести? – с легкой усмешкой поинтересовался Владимир. – Не думаю, что наша деятельность соразмерна с масштабами, интересующими государство. Или государство при новом президенте стало интересоваться любыми объемами переработки нефти?