Крысиная тропа - Василий Веденеев

— Здравствуй, Сереженька. Прости, наверное, я тебя отрываю от важных дел, но ты обещался позвонить Татьяне.

Сергей чертыхнулся про себя: нет, она его точно достанет со своей Трапезниковой! Честно говоря, он надеялся, что Лариса забудет об этом звонке, но просчитался. Теперь придется изворачиваться, как ужу под вилами.

— Работы много, — пробурчал он. — Ты не волнуйся, я позвоню. Непременно.

— Она сейчас дома и ждет, — проворковала Лариска. — Позвони, ладно? Я тебя прошу.

— Хорошо, — сдался Серов. — Напомни ее телефон.

Он ожидал, Лариска сейчас вспылит, наговорит колкостей за то, что незнамо куда задевал бумажку с номером телефона Трапезниковой. Но, к его удивлению, она спокойно продиктовала номер, напомнила, что Татьяна ждет звонка, и попрощалась.

Положив трубку, Сергей взглянул на Тура. Тот деликатно отвернулся к окну, но Серов знал: Володька ехидно усмехается — он узнал голос Ларисы, хотя она не часто звонила Сергею на службу.

Ладно, оставим лирику, а вот звонить Трапезниковой придется, это ясно как Божий день. Если он не сделает это сегодня, Лариса завтра вновь напомнит ему. Не лучше ли покончить с делом Татьяны поскорее? Да вот беда, одним телефонным звонком вряд ли отделаешься. Если все решать по уму, как положено, надо бы с ней встретиться и поговорить: может быть, действительно удастся хоть чем-нибудь помочь? Как лучше поступить — сначала позвонить Трапезниковой и поговорить с ней, а потом сходить к ребятам в розыскной отдел и выяснить, как у них с делом о ее пропавшем муже, или наоборот? Пожалуй, правильнее сначала поговорить с Татьяной, но для этого придется поехать к ней. Приглашать ее в Управление не хотелось: наверняка она и так вся изнервничалась, а тут, в казенной обстановке, может зажаться еще больше и ничего не сказать. Дома, в родной, привычной обстановке человек чувствует себя более раскованно, и разговаривать с ним не в пример легче.

Судя по номеру телефона, Трапезникова жила где-то на Юго-Западе. Не ближний свет, но вдруг повезет подскочить с кем-нибудь на машине?

— Володь! — окликнул Тура Серов. — Узнай, может, едет кто в Юго-Западный округ? А то наша тачанка на профилактике.

Тур связался с дежурным по Управлению, а Серов с другого аппарата набрал номер Трапезниковой.

— Алло? — настороженно сказала она.

— Здравствуйте. Это Сергей беспокоит, от Ларисы, — Серов решил: чем меньше официальности, тем лучше.

— Да, да! Вы знаете, какое у меня несчастье?

— Как раз об этом и хотелось поговорить. Мы сможем сегодня увидеться?

— Я должна подъехать к вам?

— Не обязательно. Если вы не против, я сам нанесу визит, и мы обо всем потолкуем.

— Очень хорошо, — в голосе Трапезниковой просквозило явное облегчение, и Серов подумал: он был прав, решив не приглашать ее к себе. — Записывайте адрес… Когда вас ждать?

— Примерно через полтора-два часа. До встречи.

Закончив разговор, Сергей вопросительно поглядел на Typa.

Тот сообщил:

— Ребята из отдела по борьбе с наркоманией едут туда. Могут тебя подбросить.

— Машина у центрального входа?

— Да. Белый «жигуль», номер 563.

— Прекрасно! Спасибо, Володя. Спокойного тебе дежурства.

— И тебе счастливо.

Серов открыл сейф, вынул из него наплечную кобуру с пистолетом и надел на себя. Поправил ремни, накинул куртку и, помахав рукой Туру, вышел из насквозь прокуренного кабинета…

В длинном и низком полуподвальном помещении, тесно заставленном ящиками с полными и пустыми бутылками, душно пахло прокисшим вином и мокрым деревом. В закутке между штабелей ящиков стоял облезлый письменный стол, за которым сидел темноволосый плотный человек средних лет. Лениво покуривая сигарету, он медленно перелистывал толстый иллюстрированный журнал, разглядывая фотографии полуобнаженных красоток, застывших у роскошных автомобилей. Где-то далеко, около входа на склад, слышались неясные голоса и звяканье посуды.

Телефонный аппарат на краю стола призывно затрещал. Темноволосый человек не спеша отложил журнал, протянул длинную руку и снял трубку.

— Слушаю, — с чуть заметным южным акцентом сказал он.

— Это ты? — спросили на том конце провода.

— Я, — темноволосый рассмеялся. — Ты же знаешь, куда звонишь.

— К Таньке едет мент с Петровки. Понятно?

— Вполне.

— Я перезвоню. Когда лучше, часа через два?

— Через три.

— Договорились.

Темноволосый положил трубку, высунулся в проход между штабелями и зычно крикнул:

— Самвел! Ты где? Иди сюда, дело есть!..

Белые «жигули» Сергей отыскал быстро, но выехать удалось лишь через полчаса — пришлось ждать Женьку Воробьева, который в самый последний момент кинулся подписывать у начальства срочные бумаги. Наконец он прибежал, запыхавшийся, потный. Плюхнулся на сиденье рядом с водителем. Тот лихо вырулил со стоянки. Недовольный задержкой, Серов бросил взгляд на часы и постарался утешиться тем, что, даже потеряв полчаса, он все равно доберется на машине быстрее, чем на метро.

Дорогой болтали о всякой ерунде, обсуждали бесконечно циркулировавшие в среде оперативников слухи о возможных перестановках в руководстве и долгожданном повышении зарплаты. Потом кто-то рассказал новый анекдот на эту тему.

Сергея высадили неподалеку от станции метро, и Серов отправился отыскивать нужную улицу. На его счастье, она оказалась совсем рядом — длинная, широкая, с одинаковыми стандартными девятиэтажными домами, застывшими, как солдаты в строю. От проезжей части их отделяли газоны с буйной порослью кустов и деревьев. Посмотрев на номер ближайшего дома, Сергей слегка присвистнул: придется идти почти до конца улицы. Впрочем, прогуляться по свежему воздуху даже приятно — здесь нет ревущего стада автомобилей, заполонивших практически весь город удушающих пешеходов выхлопными газами. Что делать, за блага цивилизации приходится платить, в том числе отсутствием свежего воздуха.

Размеренно шагая, Сергей прикидывал: с чего лучше начать разговор с Татьяной? Наверное, для начала стоит выслушать ее, дать ей выговориться, излить душу благодарному, не перебивающему слушателю — нередко этот нехитрый прием позволял достичь многого, поскольку среди словесной шелухи, охов и ахов скрывались ценные факты, на которые раньше могли не обратить внимания. Конечно, это потребует времени и адского терпения, особенно когда предстоит говорить с исстрадавшейся женщиной, готовой в любой момент зарыдать или пуститься в пространные воспоминания, но надо умело и ненавязчиво направлять беседу в нужное русло.

Может статься, что испытанный прием не сработает, но никто не застрахован от неудач. И ни в коем случае нельзя давать Татьяне никаких обещаний. Единственное, что он может твердо обещать, — это навести справки, как продвигается розыск ее мужа. Не более того! Искать его самому у Серова нет ни времени, ни возможностей да и, честно говоря, никакого желания. В принципе с человеком могло случиться все что угодно: от несчастного случая и убийства до преднамеренного, заранее хитроумно запланированного исчезновения. С подобным Сергею уже приходилось сталкиваться. Иногда разыгрывались целые спектакли, когда родственники заявляли об исчезновении мужа, брата или отца, а тот спокойненько пересиживал в укромном местечке, выжидая, пока уймутся ненасытные кредиторы или успокоится наехавшая на него криминальная группировка. Впрочем, зачем гадать?