Ангелы сирийского неба - Александр Тамоников

Боевик, лежавший на топчане, открыл рот от удивления. Шаханов не понял, как этот дядечка не слышал работу капитана. Объяснялось все просто. Боевик имел при себе плеер и наушники, поэтому, кроме музыки, не слышал ничего. Он тут же получил точно в переносицу девятимиллиметровую пулю, выпущенную из «Винтореза», которым был вооружен капитан Тушин.

Шаханов уничтожил охранника, дежурившего на втором этаже, и бросил в эфир:

– Внимание всем! Штурм!

Он рванулся в торцевую комнату.

Медсестра вскочила и испуганно вскрикнула по-русски:

– Ой! Кто вы?

Шаханов взглянул на очнувшегося майора и спросил:

– Как дела, Павел Сергеевич?

– Спецназ? – Летчик сразу все понял.

– Он самый!

– Не ждал.

– А напрасно. Кому, как не тебе, должно быть известно, что мы своих не бросаем.

– Но как вы нашли меня?

– Это долгая история. Ты в порядке? Эвакуацию выдержишь?

– Да я теперь!.. – Пестов закашлялся, скрывая слезы, навернувшиеся вдруг на глаза.

– Вижу, выдержишь. Полежи пока, мы еще не закончили. – Подполковник повернулся к медсестре, забившейся в угол и волчицей смотревшей оттуда на него: – Ну и что, искательница приключений? Как тебе тут живется? Свой дом, любящий муж, много денег, дети, море?

– Будьте вы прокляты!

– Вот как? С чего в тебе такая злость?

– Вы мне жизнь сломали.

– А тебя, кстати, никто не собирается трогать и принуждать к чему-либо. Нравится здесь – оставайся. Но один совет тебе, женщина: никогда не возвращайся в Россию. То же самое передай тем идиотам, которые ушли к террористам с тобой или отдельно. В России вам гарантирован длительный срок. Здесь ты тоже долго не протянешь, но хотя бы подохнешь не в камере. На пол!

От грозного окрика медсестра рухнула навзничь. Из ее кармана выпал российский загранпаспорт.

Шаханов открыл его.

– Урганова Тамара Васильевна, двадцать два года, место рождения Москва. Да, конечно, здесь гораздо лучше. Паспорт я забираю. Руки за спину!

Женщина подчинилась.

Шаханов крепко связал бечевкой ее запястья и заявил:

– Вот так и лежи, мерзавка, пока тебя не заберут отсюда местные женихи.

Внизу атака тоже развивалась стремительно. Майор Воропаев выбил калитку и, не целясь, всадил две пули в голову охранника, курившего коноплю на топчане. Последовал бросок к дому. Двери навылет.

Большую комнату тут же заполнил крик голой женщины. Хадид не успел ничего сделать, как он и его партнерша оказались связанными.

Полевой командир ИГИЛ непонимающе посмотрел на спецназовцев и спросил:

– Вы русские?

– Догадливый.

– Но откуда?..

– От верблюда. Поднимайся и давай без дураков. Приказа брать тебя живым у меня нет.

– Тогда убей!

– Это решат другие люди. – Майор посмотрел на турчанку и распорядился: – Ты падай на пол и сопи в две дырки. Хадид – тихо встал и пошел на выход!

– Стреляй, я никуда не пойду, гяур проклятый!

– Да без проблем. Но учти, что сначала я отстрелю тебе ласты, затем – мужское достоинство, после этого дам пистолет твоей бабе, и она прикончит тебя. Все это появится в Интернете. А это такой позор для настоящего воина, борца за торжество истинной веры!

– Будь ты проклят!

– Сколько проклятий мы уже слышали от вас, но ничего, живем. Так мне стрелять или пойдешь?

Хадид начал медленно подниматься.

В женской половине возник переполох. Тетки завизжали, когда появился капитан Саленко и повел Дулаима на улицу. Там Белал на мгновение остался без контроля и рванулся к воротам. Грянул выстрел, и хозяин дома влетел черепом в створки.

К нему бросились жены, подняли вой. Саленко быстро успокоил их и заставил под стволом автомата втащить тело Дулаима в женскую половину. Там они могли орать сколько влезет.

Морпехи проверили две «Тойоты» и подогнали их к воротам. Они передвинули станины пулеметов к корме кузова и закрепили страховочные тросы.

Шаханов вызвал Камоева:

– Пятый, ответь Первому!

– На связи!

– Что улица?

– Тихо.

– Подожди. – Командир группы переключился на специалиста по электронике: – Шестой!

– Я!

– Здесь Первый! Что в селении?

– Эти трое засуетились.

– Готовятся прибыть сюда?

– Пока нет. Сгруппировались возле машины, пытаются выйти с кем-то на связь. Я не могу установить помехи, их станция работает в режиме защиты.

– Значит, пойдут за нами, причем не одни! – Шаханов отдал приказ: – Врачей с носилками на второй этаж. Вынести Пестова, уложить в салон передней машины. Хадида во вторую. Рассредоточиться в пикапах по установленному расчету, оставшуюся технику уничтожить, медиков не трогать. Через десять минут отход! Начали! Без спешки, но быстро!

Ровно через десять минут врачи открыли ворота, и из усадьбы выскочили два пикапа с пулеметами, смотрящими в тыл.

Камоев запрыгнул в салон второй машины на ходу.

Шаханов вызвал командира взвода сирийского спецназа капитана Фариха Рамада:

– Евфрат, ответь Набату!

– Да, Набат!

– Начали движение к вам, возможно преследование.

– Принял. Выслать навстречу БМП?

– Пока рано, дальше посмотрим. У нас, в принципе, есть и куда более грозное оружие. – Подполковник переключился на командира «Ми-24»: – Гарпун, здесь Набат!

– На связи!

– Отходим, не исключено преследование. Нам может потребоваться поддержка.

– Я готов подняться в любую минуту. Вы только не дожидайтесь, чтобы преследователи сблизились с вами. Иначе нам сложно будет работать.

– Само собой. До связи. – Шаханов вызвал полковника Викулова: – Первый! Набат!

– Слушаю!

– Операцию в Эль-Хале провели успешно. Пестов у нас, Хадида взяли живым. Отходим к сирийцам, ожидаю преследования. К отражению нападения с тыла готов. Пока все, до связи!

– Удачи тебе, Набат!

– Прорвемся!

Лаганов практически тут же сообщил, что из крайней усадьбы вышел пикап. Пулемет закреплен спереди.

– Началось преследование. Хорошо, если эти ребята помощь из Эр-Ракки не вызвали, – проговорил Шаханов.

– Уйдем, – ответил водитель.

Подполковник отдал приказ пулеметчику ведомой машины: