Возвращение экспедиционного корпуса - Георгий Лопатин

— Присаживайтесь… Николай.

Николаи, чуть усмехнувшись, присел на указанное место и высыпав на стоик шахматные фигурки стал расставлять их на доске.

Михаил тем временем налил в бокалы красного вина. Ближе к окну стояла вазочка с закусками из ветчины и сыров, коими так славилась Швейцария.

— С чем пожаловали?

— Для начала выразить вам благодарность, ибо благодаря вам я теперь снова старше вас по званию. Ну и наградами не обошли…

— Поздравляю, господин генерал-майор.

— Благодарю.

— Итак? Чего вы хотите?

— Поговорить… о будущем.

— А у нас с вами есть какое-то будущее?

— Не в этом смысле… Понятно, что моим агентом вы не станете ни при каких условиях. Я о будущем в более глобальном смысле. Кайзер считает, что вы один из тех, кто может претендовать на верховную власть в России и хочет предварительно поговорить об условиях мира.

— Не слишком ли спешит его величество, подтверждая свое прозвище? Я ведь даже еще не в России.

— Так он ничего не теряет, — усмехнулся Николаи. — А если окажется прав, то и потом спешить не придется.

— Тоже верно, — согласился Михаил. — Итак, какие ваши предложения?

— Предварительно предлагаем закрепить нынешние границы, кто что занял.

Климов мысленно поморщился. Многовато заняли немцы. Но это не проблема. Можно устроить партизанскую войну и немцы оттуда в итоге сами уйдут. Так же его недовольство распространялось на Галицию и прочие регионы юго-запада. Эти территории России и даром не нужны. Австрийцы там длительное время насаживал «украинство», ментально и религиозно опять же чужие. История уже показала, что это бомба замедленного действия которая обязательно рванет.

«Поменять бы их на что-нибудь, — подумал он. — Волынь за Стыром на Буковину и Тернопольщину дп Смрета. Надо же где-то поселить беженцев русинов. Лучше всего там, между западенцами и малороссией. Этих украинством не купишь…»

Вот так сходу Михаил ничего придумать и решить не мог. Не до того, откровенно говоря.

Климов чуть встряхнул головой.

— Давайте так, сами понимаете, вот так с бухты-барахты не владея всей полнотой информации я с вами никаких соглашений заключать не стану, могу только ответить, что предварительно согласен. Но платить никакие контрибуция я не стану.

— Никто и не говорит о контрибуциях. Нам достаточно будет торговли, продовольствие в обмен на промышленные товары.

— И станки. Минимум десять процентов стоимости пойдет станками.

— Это обсуждаемо…

— Остается проблема австрийцев. Не факт, что удастся пробиться через них с учетом того, что мне будут мешать союзники. А если и пробьюсь, то потери могут оказаться слишком велики, так что я стану для вас бесполезен.

— Мы это осознаем и я предприму необходимые меры, что австрийцы вам не препятствовали. Вам остается только разобраться с войсками союзников.

Михаил кивнул. Здесь пробоем тоже хватало. Главным образом непонятно как поведут себя итальянцы, слишком у они непредсказуемый народ. Обнадеживало лишь то, что на севере сильны позиции социалистов. Да и вообще северные регион Италии весьма прохладно относятся к южанам. По историческим меркам объединение произошло «вчера», сепаратистские настроения сильны, так что на этом можно попробовать сыграть.

А вообще Климов немного удивился, почему немцы обратились именно к нему с таким предложением? Полно ведь других претендентов, что уже в России находятся, только свистни и набегут кучей, только бы им помогли «сесть на трон». Но быстро понял, что по большому счету больше собственно вариантов у немцев нет. За прочими либо нет силы, либо они все под контролем англосаксов, либо не согласятся с условиями, ведь «белые», все эти колчаки с деникиными, а также юденичей с врангелями… как правило выступали за единую и неделимую и тем паче нерушимую верность союзникам, а тут придется оставить часть территорий, на что согласен Климов, просто потому что знал, что каши с ними не сварить, только изгадят все.

Так что, осознав этот нюанс, Михаил решил слегка понаглеть, сказав:

— Хочу лишь пару условий обозначить.

— Каких же? — явно удивился немецкий разведчик.

Ну да, Климов мягко говоря не в том положении, чтобы ставить условия.

— Первое — пленные. Нормальное обращение, питание и медицинское обеспечение. И повлиять на в этом плане на австрийцев, а то там совсем какой-то мрак… Мне плевать на всех этих поляков, литовцев с латышами и прочих эстонцев. Этих хоть на колбасу пустите или забрейте в свою армию. А то ведь в России тоже есть некоторое количество немецких солдат. К ним отношение пока нормальное…

— Хм-м… я вас понял. А второе условие?

— Военные преступники. Убийцы, что добивали раненых в госпиталях, насильники, любители пыток… все они должны быть сурово наказаны.

— Это будет сложно…

— Никто и не говорит, что будет легко. Но это нужно в первую очередь вам самим. Вырезать нагноение не дожидаясь гангрены и смерти всего организма.

— В смысле? — нахмурился Вальтер Николаи. — Поясните мысль, Михаил Антонович.

— Знаете, в чем опасность идеологи превращения противника в глазах своих сограждан в нелюдей? Недочеловеков?

— В чем?

— В том, что вы сами, не осознавая этого, превращаетесь в зверей, даже хуже — в бешеных собак. И начинаете вытворять подобные вещи, как сожжение, пытки, морят голодом… Но есть еще такой аспект, что вы развязываете руки этому противнику поступать с вами аналогично, по-звериному… Ведь вы же сами признали его животным. А это «животное» может подумать: ну, вы сами так решили, так получайте то, что ожидаете от нас — звериного поведения.

— Кхе-кхе… — закашлялся вдруг Николи, хотя в этот момент ничего не пил и не ел, и скосил взглядом на водную гладь Женевского озера.

— А у вас в Германии и особенно в Австрии расплодилось очень много подобных идеологов возвеличивания германцев, как высших существ — ариев. Ну да, приятно осознавать, что ты оказывается сверхчеловек. Греет душу. Вот только проблема в том, что в этом случае все прочие люди переводятся в разряд недочеловеков. Дальше — больше. Начнется борьба за чистоту арийской крови. Станут смотреть родословную с целью узнать, а нет ли в твоих предках этих недочеловеков? Вот у вас Вальтер, случайно нет в предках каких-нибудь славян или боже упаси — евреев? Вы когда вернетесь, хорошенько проверьте свое генеалогическое древо. Если вдруг окажется, что ваш пра-пра-прадедушка был скажем чехом, то вы опуститесь до уровня неполноценных со всеми вытекающими…

Николаи нахмурился еще сильнее, но ничего не сказал, а Михаил продолжил:

— А потом и вовсе всех прочих не арийцев низведут до уровня скота.