Бой после победы - Александр Тамоников

Николай присел на табурет, поставив автомат между ног. Приказал:

— Продолжай, Байзед!

Байзед взглянул на Николая:

— А вот третье ваше требование, к сожалению, невыполнимо. Незаметно вынести пленника из лагеря не удастся, даже с моей помощью. Охрана на входе проинструктирована лично Мурзой. Согласно инструкциям, никто, кроме Башаева, не может разрешить перемещение Доронина, даже я!

— А часовые постоянно наблюдают отсек!

— Да!

— Ясно! Следовательно, придется работать шумно!

Станция Горшкова издала вибрационный сигнал вызова. Он вышел в коридор, ответил:

— Высота слушает!

— Я — Первый. Ты где?

— Только что закончил беседу с Байзедом, который, связанный и безоружный, лежит на своем топчане в главном бункере. Запиши адреса в Грозном и Ачхой-Мартане, где может находиться Шамиль.

— Байзед назвал их?

— Ты думал, не расколю бандюка?

— Честно говоря, считал, что комендант просто скажет, что не имеет подобной информации, но, видимо, ты чем-то сильно испугал его!

— Да нет! Всего делов-то — показал нож, которым якобы разделал Теймураза, описал, как это было, и предупредил, что сделаю с Байзедом то же самое, если он не будет со мной предельно откровенен!

Шах рассмеялся:

— Теперь мне все понятно! Шакал Шамиль в Грозном!

— Это предполагает и Байзед!

— Правильно мыслит комендант! В Ачхой-Мартане главаря банды уже повязали бы! И без нас!

Николай согласился:

— Точно! — И спросил: — Сам-то как?

— Нормально! Игру начнем одновременно! Отбой!

Николай, отключив рацию, подозвал Ветрова:

— Я передам приказ Шаха разведчикам с Гольдиным об отсрочке акции и буду находиться с Байзедом. Ты же наблюдай за выходом!

— Ясно! Тогда я пошел к бункеру!

— Давай!

Предупредив бойцов, находившихся на наблюдательной позиции, об изменениях в порядке проведения операции, Николай прошел в отсек к Байзеду.

Костя занял позицию за бревенчатой перегородкой, отделяющей коридор подземелья от бункера, где находилось помещение, в котором содержался Доронин.

Шах же после сеанса связи с Горшковым вызвал начальника штаба отряда, оставшегося на главной базе «Удара»:

— Гроза! Я — Первый, ответь!

Майор Сергушин ответил немедленно, словно не спал:

— На связи, Первый!

— Как обстановка вокруг нашей базы?

— Все по-прежнему. Спокойно.

— Пасут, как пасли?

— Да!

— Слушай меня внимательно, Паша! Сейчас спустись в подвал к Рамазану. В определенное время он должен будет сделать следующее.

Расанов, проинструктировав заместителя, продолжил:

— Готовь десантников для выхода в город через коллекторы и снятия постов вражеского наблюдения, затем с группой Топаева блокируй район города в квадрате, а конкретней дом № 16 по улице, примыкающей к проспекту! Юнусу — готовность к вылету к лесной базе! Но все действия по моему личному приказу!

Сергушин ответил:

— Понял тебя, Шах!

— Вертолеты Зайцева к вылету готовы?

— Готовы!

— Отлично! Тогда жди команды!

Не успел Шах уложить станцию связи с отрядом, как раздался сигнал вызова спутникового аппарата. Звонил Шевелев.

— Вопрос с артиллерией решен! На позиции ведения огня, в тридцати километрах от лесной базы, брошен десант. Он обеспечит развертывание двух систем залпового огня «Ураган». Артиллеристы заверили, что «Ураганы» смогут нанести удар не позднее 5 часов утра.

Расанов ответил:

— Информацию принял! Корректирую действия подразделения «Удар»!

— Давай, Шах! Надеюсь, ты все предусмотрел и к завтраку я получу хорошие новости!

— Сделаю все, что в моих силах!

— Каждый человек, Шах, может сделать то, что в его силах, а ты не каждый, а посему обязан обработать задачу вне зависимости от каких бы то ни было обстоятельств. Выше предела собственных возможностей! На то ты и Шах, командир отряда спецназа!

— Я вас понял, Аркадий Наумович!

— Работай, Шах! Конец связи!

Отключив аппарат, Расанов вновь взял в руки станцию связи с подразделениями отряда. Первым он вызвал Горшкова:

— Высота! Ответь!

Тут же голос Коляна в динамике:

— На связи, Первый!

— Обстановка?

— Спокойная. Жду команды!

— Сейчас 1.28. Предварительно время начала операции 4.30!

Колян воскликнул:

— Ничего себе! Еще три часа париться в этом блиндаже?

— Ничего не поделаешь, раньше системы залпового огня не смогут выйти на позиции. Дальность их стрельбы не превышает тридцати пяти километров. Все зависит от того, когда «Ураганы» займут рубеж применения. А это время!

Николай вздохнул:

— Ладно! Ждать так ждать!

— Байзед ведет себя спокойно?

— Нервно! Но с участью смирился. Сейчас его больше всего волнует собственная судьба, а не лагерь с Шамилем и Мурзой, вместе взятых!

Отключившись от Горшкова, Шах оповестил начальника штаба о планируемом времени начала действий.

Наступило тяжкое время ожидания.

Но не всегда обстановка на войне складывается так, как планируется не только в штабах, но и на передовой. Так произошло и на этот раз — один нелепый случай резко и кардинально изменил обстановку и заставил отряд «Удар» начать действовать преждевременно.

А произошло следующее.

В 2.40 в отсек плененного коменданта ворвался Константин. Николай кемарил за столом. Но сразу же очнулся при появлении друга. Ветров воскликнул:

— Колян, похоже, мы попали!

— Что случилось?

— К охране блиндажа подошли двое наемников, на ломаном русском языке объяснили, что видели людей в лесу, как раз там, где находится позиция нашего прикрытия.

Николай сплюнул на пол:

— Черт! Наверняка Гольдин засветился! И что за петух этот Миша? Чего подошедшие хотят?

— Просят пропустить их к нему, — Константин кивнул на Байзеда, — надо, говорят, проверить «зеленку», а для этого получить разрешение у коменданта.

Николай еще раз сплюнул на пол:

— Тьфу, твою мать! Давай за шкаф, я разберусь с Байзедом, и к стене. Встретим непрошеных гостей! Далее начинаем акцию! Все! А там что будет! Может, и отобьемся, хотя… ну Голь…