Ритуал возмездия - Александр Тамоников

— Позиции русских определил?

— Это было несложно, могу хоть сейчас начать отстрел!

— Подожди, Варан, подожди. Как пойдет атака отделения Бокова, тогда и ударишь по спецназу! Не раньше, понял?

— Понял, шеф!

Бунин тут же доложил Харламову о наличии на мечети, кроме оператора, еще и снайпера. Майор приказал подчиненным отодвинуться от арыка, развернувшись в сторону предстоящей атаки противника.

И раздались два первых выстрела. Правда, их никто не услышал, так как произведены они были из снайперской винтовки, оборудованной глушителем.

Прапорщик Бунин, получив приказ вычислить снайпера, внимательно осмотрел минарет. И обнаружил легкие блики от оптики в двух местах. Эти блики могли исходить как от линз прицела винтовки, так и от объектива видеокамеры. Он видел и снайпера, и оператора. Видел их лица, припавшие к окулярам. Если оператор смотрел вниз, на заполняющийся пустырь, то снайпер медленно обводил стволом винтовки, так же оборудованным глушителем, позиции бойцов Харламова. Чтобы оператор не поднял шум, прапорщик решил и его участь. Два точных выстрела его «винтореза» пробили аккуратные дырки у снайпера во лбу, у оператора в виске. Тот в момент выстрела резко повернул голову в сторону, на что-то среагировав, чуть было не уйдя из прицела. Не ушел!

— Есть два первых, товарищ майор, – доложил Бунин Харламову. – Снайпер снят! Ну и оператор тоже.

— Хорошо, ты с Колей Кулагиным прикрывай тылы, мы встретим наемников предателя Бокова.

— Понял! Колян! Слышал? – обратился он к Кулагину.

— Слышал. От центра вправо по арыку – мой сектор, слева – твой!

— Добро! Левый – мой!

В это время, выполняя персональное задание, оставив на восточном склоне группу в четыре человека для обстрела объекта № 4 – серого дома, старший лейтенант Семенов с пятеркой офицеров и прапорщиков начал быстрый спуск к аулу. К тому самому главному дому, где, по данным Лукина, должны были находиться главари наемников. Спустились гореловцы по мелкой балке, густо поросшей кустарником. У крайнего здания остановились. До объекта захвата оставалось каких-то двадцать-тридцать метров – два дома с небольшими участками. Из них уже ушли люди.

Семенов доложил Лукину, из «зеленки» западного склона хорошо видящему весь аул, что находится от объекта на расстоянии прямого броска. Получил ответ:

— Ждать атаки на Харламова!

— А если бандиты решат раньше уйти из дома?

— Я вижу дом. Если произойдет то, о чем ты говоришь, я тут же отдам приказ на штурм.

— Понял, жду! – ответил Семенов, приказав подчиненным укрыться в арыке.

И вот из дома покойной семьи Велиева вышли во двор сразу трое: Герхард, Георг и Василь Таравка. Закурили, осмотревшись.

Милле взялся за рацию:

— Боков, ты готов?

— Я-то да, но вот люди с постов так и не подошли.

— Как это не подошли? – был неприятно удивлен Герхард.

— А вот так! Никто не подошел! Может, струсили, шакалы? И прячутся где-нибудь рядом? Решили посмотреть, как бой пойдет, и определить, вступать ли в него или слинять обратно в балку?

— Черт этих чечен разберет! Знак плохой. Но ничего, Андрей! Тебя поддержит снайпер с минарета. Начинай атаку, солдат удачи! И мы пошли! Вперед, братья!

— Далеко ли собрался, Герхард? – вдруг откуда-то сзади спросил неизвестный голос.

Вопрос задал Семенов, спрятавшись за углом веранды. С выходом из дома наемников он получил приказ начать акцию.

Герхард и его подельники среагировали мгновенно. Они бросились на песок, развернувшись к дому и открыв по нему шквальный автоматный огонь. Но лишь впустую опорожнили магазины оружия.

В короткое мгновение прекращения огня из-за углов веранды вышли два бойца в черных комбинезонах, покрытых легкой паутиной маскировочной сети. Они ударили по рукам и ногам бандитов, лишая их возможности сопротивляться дальше. Через забор перепрыгнули еще два бойца, они забрали оружие наемников, корчившихся на земле от боли в перебитых конечностях. В считаные секунды банда лишилась единого руководства.

К стонущим наемникам вышел старший лейтенант Семенов. Он подошел к Милле:

— Ты, мразь наемная, не ответил на мой вопрос. Далеко ли собрался? Да еще нацепив форму наших славных десантников?

— Сука, – только и смог выговорить Герхард, понявший, что, готовя засаду спецназу, сам попал в жесткий капкан, умело расставленный противником.

— За суку ты еще ответишь, тварь!

Семенов послал в дом офицера и прапорщика, посмотреть, не остался ли там еще кто. Вернулись они быстро. Лица боевых офицеров были бледны. Это сразу заметил старший лейтенант, спросил:

— Ну, что там?

— Не спрашивай, командир, – ответил прапорщик. – Я многое на своем веку повидал, но такое?!

— Да не тяни ты! – повысил на него голос Семенов.

— Эти ублюдки вырезали всю семью! Восемь детей убили, двоим головы отрубили! Девочку лет десяти перед смертью изнасиловали… нет, не могу говорить, Игорь! И все сделали эти твари! Падлы! Дай, командир, команду, я лично их же тесаками их на куски порублю!

Глаза прапорщика горели нечеловеческой ненавистью. Он до хруста сжал кулаки.

— Разреши, командир… прошу!

— Отставить! Хочешь стать таким же, как и они? И хватит об этом, слушай приказ! Герхарду оказать первую медицинскую помощь, он нам живым нужен, этих двоих, – Семенов кивнул на Ломидзе и Таравку, – в расход! Здесь же у забора, но без садизма! Выполнять!

— Не-ет! – закричал Ломидзе в унисон Таравке. – Эстонец командовал всем, приказывал убивать, и ему жизнь? А нам, исполнителям…

— Прапорщики! Я что приказал?

Бойцы «Вихря» схватили за шиворот дико кричавших то ли от боли, то ли от страха бандитов, оттащили к забору. Раздались глухие хлопки, крики прекратились.

Прапорщики вернулись. Достав индивидуальные медицинские пакеты и боевые аптечки, остановили кровь из ран Герхарда, специальными уколами сильнодействующих препаратов обезболили простреленные руки и ноги.

Семенов доложил Лукину:

— Герхард у меня! Двоих его подельников пришлось убрать. Я на главном объекте. Со мной четыре человека, жду дальнейших указаний.

— Понял! Оставайся пока на месте, контролируя выход из аула.

В 10-10 вышедшие из других домов и неработающей школы переодетые наемники почти одновременно попали под прицельный шквальный огонь бойцов «Вихря». Все они были подстрелены. Только несколько человек, избежавших щадящего поражения, попытавшиеся скрыться, получили по пуле в затылки. Банда практически перестала существовать. Кроме отделения бывшего сержанта Российской армии, а ныне предателя и платного наемника, воюющего против своих, Бокова, которое пошло в атаку на подразделение майора Харламова. И было встречено мощным кинжальным огнем обороняющихся. В живых харламовцы оставили только Бокова, ранив его, как и большинство наемников, в ноги, лишив возможности передвигаться. Остальных же положили на первых шагах. К предателю с разных сторон метнулись два офицера, выбивших у него из рук оружие, сковали наручниками и, несмотря на вопли, которые издавал бывший сержант, потащили его к позиции.