Курильская обойма - Сергей Кулаков

«Не навязывать своего места встречи, – твердил он себе полученные инструкции. – Предложить встретиться в том ресторане, где мы встречались и раньше. У него не должно возникнуть подозрений. Не навязывать…»

– Все, звоните. Он уже заждался.

Сергей Ильич, уехав в полдень от Ибуки, на связь с ним еще не выходил. По идее, он как вошел в здание МИДа, так до сих пор там и пребывал. А что делать? Важное совещание. Не было возможности отлучиться и позвонить. Решался вопрос Курильских островов, их заселение российскими гражданами и расширение инфраструктуры. Ибука, конечно, будет очень недоволен. Но у председателя комитета свои обязанности, которыми он не может пренебрегать. Иначе его будущее очень скоро омрачится. Вот, кстати, по поводу будущего он и хотел поговорить.

Слепцов ободряюще кивнул.

Сергей Ильич позвонил со своего мобильного.

Ибука не сразу взял трубку.

– Вы задерживаетесь, – проскрипел его недовольный голос.

– Дела задержали, Ибука-сан, – деловито, но не нагло, как учили, отвечал Демидов.

– Я вас жду у себя.

– Простите, Ибука-сан, но мне кажется, я немного злоупотребляю вашим гостеприимством.

– Что вы хотите сказать?

– Давайте встретимся в городе. Есть тема, которую я хотел бы обсудить с вами с глазу на глаз.

Ибука помолчал. Что, если почуял ловушку, старый лис? – сжалось у Демидова сердце.

– Хорошо, – наконец сказал Ибука. – Где вы хотите встретиться?

– Давайте в том самом ресторане, где вы меня знакомили с японской кухней.

Название ресторана намеренно не произносилось. Из чего Ибука должен был заключить, что Демидов сам озабочен сохранением их встречи в тайне. Если Ибука согласится – дело существенно упрощается.

Но Ибука проявил осторожность.

– Это не очень хорошее место, – сказал он. – Там появирся прохой повар.

– Хорошо, – не стал спорить Демидов. – Где же тогда?

– Вы знаете Измайровский парк?

– Знаю, Ибука-сан.

– Там есть центрарьная арея. Я вас буду ждать в конце ареи в девятнадцать тридцать.

– Хорошо, Ибука-сан. До встречи.

Демидов нажал «отбой», вытер лоб рукавом пиджака. За сегодняшний день он потел столько раз, что перестал обращать на это внимание.

– Девятнадцать тридцать, в конце центральной аллеи Измайловского парка, – сообщил он Слепцову и его трем сотрудникам, принимавшим участие в разработке операции.

– Перестраховался старикашка, – усмехнулся Слепцов. – Ладно, потягаемся. Подполковник, напомните детали по технической части.

– Значит, так, Сергей Ильич, – сказал Дубинин. – Передатчик, который наши специалисты поставили на вашу одежду, активируется извне. То есть его должен включить кто-то из находящихся неподалеку агентов. Сделано это для того, чтобы его не смогли обнаружить при проверке. Вряд ли Ибука станет обыскивать вас в парке, но лучше не рисковать. Вы не думайте о передатчике. Это наша забота. Ваше дело – разговорить Ибуку. Так что постарайтесь вытащить его на очень откровенный разговор.

– Угу, – промычал Демидов, думая о том, что Ибука не самый разговорчивый человек из тех, с кем ему доводилось иметь дело.

– Все, надо ехать, – посмотрев на часы, сказал Слепцов. – Ведите себя естественно. Вы испуганы, вы хотите спасти свою жизнь. Требуйте гарантий, торгуйтесь, напирайте на несоответствие между вашей ролью в операции и суммой гонорара.

– Да, да, я помню, – кивал Демидов, чувствуя, как леденеют пальцы от предстоящего свидания.

Если не получится вытянуть из Ибуки необходимую информацию, его съедят с потрохами. Он и так практически находился под арестом. Но все-таки явка с повинной сильно облегчала ему участь. Плюс помощь органам. А если помощь окажется эффективной, то его ставки даже повысятся. Ведь мало того что будет предотвращена диверсия. Вдобавок удастся приобрести отличное средство ставить Японию на место в вопросе владения Курилами и Сахалином. А это уже – момент стратегический, за такие операции ордена дают. Ну, на орден Сергей Ильич не рассчитывал, но на прощение и сохранение депутатского билета в душе надеялся. Лишь бы все прошло удачно. А там он снова наберет обороты, благо силы есть. И не так люди прокалывались, и ничего, живут и даже процветают. И на каких еще постах сидят!

– Если он будет уводить вас в другое место, уходите, – торопливо наставлял Дубинин. – В автомобиль не садитесь. Скажите, что вы никому не доверяете. Запись разговора мы сможем снять и из автомобиля, но в нем может быть мощная глушилка, и это создаст помехи. Потребуется время, чтобы очистить запись, возможно, не один день. А нам нужно торопиться. Лучше останьтесь на свежем воздухе. Наши люди будут неподалеку.

– Да, да, я помню.

– Автомобиль – крайний случай, Сергей Ильич.

– Да, я понял.

– Не забудьте упомянуть о звонке Стрельникову, – с другой стороны вставил Слепцов. – Это сразу направит беседу в нужное русло.

– Да, хорошо…

– Ну, вперед, – скомандовал Слепцов. – Время.

И вот Сергей Ильич шагал по длинной аллее. Верный Коля вместе с «Мерседесом» остался позади. Кругом – темнеющие кусты, деревья, холод и страх. Депутату было не то что страшно – тошно. Как он ни крепился, как ни ободряли его инструкторы из ГРУ, оставшись один в этом огромном парке, он лишился мужества. Сама по себе встреча с Ибукой – уже немалое испытание. А предстоящая беседа? Если японец ограничится незначительными фразами, что очень даже может быть, – как возвращаться к тем, типа, своим? Они вроде говорили вежливо, изменой в глаза не кололи, старались даже ободрить. Но это почему? Потому что свою работу хотят сделать как можно лучше. Запори им эту работу, на куски порвут. Какое прощение потом? В колодки – и на каторгу…

Навстречу Сергею Ильичу бежала трусцой полная дама, перед ней натягивал поводок ротвейлер. Сергей Ильич посторонился, дама зыркнула суровым глазом. Может, из этих? Кто их знает, они, наверное, весь парк своими людьми наводнили. Девушка с коляской вдали. Что у нее в коляске? Автомат вместо младенца?

Сергей Ильич помотал головой, чувствуя, что его заносит куда-то не туда. Пошел медленнее, попробовал дышать спокойнее. Под ребрами началась острая резь. Так недалеко и до инфаркта. Черт с ним, пускай тут за каждым пеньком сидит агент ГРУ. Ему-то что? Только уверенности больше. Значит, оберегают его, страхуют, не оставляют в одиночестве. И это хорошо. Значит, он еще в Системе, она еще от него не отвернулась.

Однако аллея заканчивалась. Сергей Ильич, шаря взором, пока не видел худощавой фигуры старого японца. Куда он делся? Может, передумал? Учуял недоброе и на встречу не поехал. Нет, тогда перезвонил бы. Вопрос с последним беглецом для Ибуки остается открытым. А это очень важный вопрос. Пока беглец на свободе, операция находится под угрозой срыва.