Ледяное озеро - Джон Фарроу

Санк-Марсу эта концепция пришлась по душе. Она могла показаться слишком заумной, даже чудаковатой, но ее вполне можно было принять к рассмотрению. Его восхищал разум, стремящийся рационально объяснить необъяснимое, разобраться в неведомом. Вместе с тем Санк-Марс подсознательно ощущал, что эта концепция тешит самолюбие ее создателя.

— Мистер Хорнингвакс… — начал он, но осекся.

Улыбка на лице его собеседника медленно растаяла, поскольку он не мог понять, нарочито ошибся полицейский или нет.

— Хонигвакс, — снова сказал он. — Это совсем не сложно.

— Простите. Хонигвакс. Теперь я запомню. Простите, мистер Хонигвакс, снова запамятовал. Этой ночью в меня стреляли. После покушения мне не спалось, а не выспавшись, я становлюсь раздражительным. В таком состоянии я слишком переедаю. Старая дурная привычка. Объевшись, я часто теряю над собой контроль. А когда у меня начинает плохо работать желудок, следом за ним мутится в голове. Надеюсь, вы простите мою неучтивость.

Хонигвакс коснулся пальцами груди.

— Уверяю вас, мне нечего вам прощать.

В этот момент Санк-Марс вдруг вскочил, полный сил и энергии, как чертик из табакерки.

— Нет, есть что! Будь я в форме, обязательно продолжил бы с вами обсуждать концепции о строении Вселенной. Видите, как мастерски вы увязали поло с лошадьми. Я задал бы вам вопрос, как вы используете серого жеребца в качестве второй лошади, если ясно, что он быстро выдыхается — хотя, как и вас, меня восхищает его начальная скорость, — а еще я задал бы вам вопрос о соображениях по поддержанию безопасности «БиоЛогики» теперь, когда руководитель этой службы убит. А вместо этого я даже ваше имя не могу толком выговорить.

Президент встал, как будто собирался проводить гостя до двери.

— Каждый может взять себе отгул.

— С другой стороны, поскольку я уже здесь, давайте попробуем разобраться в сути дела. Вас встревожил тот факт, что руководитель вашей службы безопасности был убит? Я имею в виду, волнует ли это вас с точки зрения благополучия вашей компании?

Санк-Марс был доволен, что президент не очень представлял, как следует относиться к словам визитера — что принимать всерьез, что воспринимать как шутку. Хонигвакс больше привык к приказам и контролю, и детектива отчасти позабавило, что избранная им линия поведения выбивала у собеседника почву из-под ног. Усталость ему в этом не помогала, расстроенный желудок сильно мешал, но Санк-Марс свято верил, что возникающие препятствия можно использовать во благо делу, и именно так он старался сейчас поступать.

— Я был настолько потрясен его смертью, что еще даже не думал об этом. Полагаю, эта трагедия не имеет никакого отношения к «БиоЛогике», — сказал президент.

— С чего вы это взяли? С чем же еще это может быть связано?

Хонигвакс явно чувствовал себя не в своей тарелке.

— Не знаю. Я считал, я думал, что это было либо случайным проявлением насилия, либо, возможно, чем-то личным. У нас, конечно, есть определенные проблемы с безопасностью, но ничего подобного в этой связи не было никогда.

— Ваши охранники вооружены?

— Полагаю, да, — ответил Хонигвакс.

— То есть вы допускаете возможность насилия, в ответ на которое возникнет необходимость применения оружия.

— Я полагаю, что наличие оружия является средством сдерживания, — возразил Хонигвакс.

— Позвольте спросить, кого именно?

— Не знаю. Смутьянов, нарушителей порядка.

Санк-Марс улыбнулся. Грех было на такой подставе не подловить собеседника.

— Вооруженных возмутителей порядка? — спросил он.

— Вы знаете, что я имею в виду, — попытался выпутаться Хонигвакс.

— Нет, не знаю. — Санк-Марс глубоко вздохнул, потом неожиданно сказал: — У меня есть некоторые соображения по поводу более рационального использования вашего серого жеребца — второго скакуна. Он будет великолепен на охоте, там он сам сможет регулировать аллюр и прекрасно использовать скорость в рывке. У меня даже есть на примете покупатель на него. Но вам понадобится замена. И снова совпадение! У меня есть великолепная кобылка-четырехлетка, достойная лишь такого замечательного наездника, как вы.

— Так вот вы о чем, — дошло до Хонигвакса. — Вы хотите продать мне лошадь. Я слышал среди любителей лошадей разговоры о том, что с вами надо держать ухо востро.

— Все в мире, сэр, это своего рода торговля лошадьми. Вы ведь ученый?

— Я получил соответствующее образование, но со временем сфера моей деятельности изменилась.

— В каком направлении?

— Еще когда я начинал работу, меня постигло разочарование в том, как медленно развиваются исследования — и как мало на них выделяется средств. Поэтому позже я стал заниматься именно этим аспектом исследовательской деятельности. — По ходу объяснения речь его становилась все более быстрой, он оживлялся, когда говорил о себе. — Прошли годы, но к своим исследованиям я так и не вернулся.

— Понятно. — Санк-Марс встал и прошелся по кабинету, восхищаясь выставленными там спортивными призами. — Какими именно вопросами безопасности ведал ваш руководитель службы безопасности, сэр?

— У нас биотехнологическая компания, детектив. Мы работаем над целым рядом проблем.

— Просветите меня в этом плане. Начальник вашей службы безопасности был убит. Застрелен выстрелом в горло. Потом его утопили в озере. Зрелище, знаете, не из приятных. Мне надо понять, кто мог проявлять интерес к вашей системе охраны.

— Значит, вы все-таки пришли поговорить об Эндрю. Да, теперь я понимаю, с какой стороны это может вас интересовать. — Президент чуть повел подбородком вбок, взглянул в потолок и развел руки. — Этим могут интересоваться многие. — Он свел руки вместе и сцепил пальцы, как бы давая понять, что этот вопрос достаточно сложен. — Любой биотехнологической фирме приходится заботиться о том, чтобы без санкции никто не мог попасть на ее территорию. Здесь у нас хранятся разные медикаменты и их составляющие, которые могут стать объектом незаконной торговли. Кроме того, мы работаем с опасными материалами. Нам, к примеру, совсем не надо, чтобы какой-нибудь тупой жулик выпустил в атмосферу опасный вирус. Помимо этого, любой биотехнологической компании следует опасаться защитников особых интересов. Большую головную боль, например, могут доставить защитники животных. Но главная наша забота, мистер Санк-Марс, сводится к предотвращению внутреннего и внешнего шпионажа.

— Что это значит?

— Это значит, что мы находимся на переднем крае биотехнологии. Мы создаем и накапливаем секреты. Наши исследования в области рака и СПИДа смогут стать благодеянием для всего человечества и принести нам очень большие средства. Такова природа зверя. У нас, мистер Санк-Марс, есть конкуренты, которые дорого бы дали за сведения о том, чем мы занимаемся. Они пытаются следить за нашими успехами. Им очень хочется иметь доступ к тому, чем мы располагаем. Наша информация, наши исследования, наш опыт являются чрезвычайно ценными сведениями. Поэтому главную задачу, стоящую перед руководителем нашей службы безопасности, составляет борьба со шпионажем. Теперь, когда у нас освободилась вакансия, возможно, я мог бы предложить вам работу.