Мертвая хватка - Виталий Гладкий

– Что будем делать? – спросил я на общем сборе группы.

– Пока они не опомнились, закрыть им выход из бухты, а там…

Это подал наконец голос Боб Миллер.

– А там, – подхватил я, – всплывет подлодка и крупнокалиберными пулеметами сделает из "Сидни" решето.

– Не успеет, – бодрился кэп. – К тому же у острова мелководье, она близко не сможет подойти.

– Ну, врежет ракетами. Нам от этого не будет легче.

– Может, глиссер мы и успеем потопить, а как быть с его командой? – вступила в наш спор и Кей. – Попробуй разыщи их в лесу.

– Верно, – поддержал ее Хуго. – Ко всему прочему, пока мы высадимся, они могут перещелкать нас, как зайцев. Не думаю, что за нами послали зеленых недотеп.

Я искренне удивился. Замороченный алкоголем, Хуго, даже будучи абсолютно трезвым, всегда отвечал невпопад. Его присутствие на борту "Сидни", как я узнал у кэпа, оправдывалось единственным – он был гением по части навигации и технической трахимудистики. Впрочем, была еще причина благосклонности командования к Хуго: во время одной из операций он попал в руки исламских экстремистов, и они отчекрыжили ему тот самый орган. Врачи пришили Хуго лишь краник, а что касается остального – увы, времена развитых биотехнологий еще не наступили…

– А вы чего молчите? – обратился я к боевым пловцам.

Они казались на одно лицо, как родные братья: поджарые, диковатые с виду, чернобровые и коротко стриженные. Шрамы на их мускулистых телах говорили сами за себя – парни прошли Крым и Рым, огонь, воду и медные трубы. Это были асы, хладнокровные убийцы морских пучин, возникающие на борту вражеских суден словно мифические подданные Нептуна и растворяющиеся среди волн, как призраки ночи.

– Мы готовы, – коротко и емко ответил старший из них, Пит; у него, единственного из троих, красовалась на широкой груди сногсшибательная цветная наколка – огромный морской змей обвил кольцами тонущий парусник.

– Здравая мысль, – резюмировал я услышанное на совещании.

– Чушь, – фыркнула Кей. – Как они смогут незаметно подобраться к глиссеру среди бела дня?

– Подождем ночи. – Я взглянул на нее с нескрываемым сарказмом. – Позагораем, рыбку поудим, шашлык соорудим…

– И вовсе не смешно! – отпарировала моя "женушка".

– Все будет о'кей, шеф. – Пит посмотрел на нее как на пустое место; неужто еще один женоненавистник?

Впрочем, насколько я знал, на борту "Сидни" находились только холостяки. Специфика профессии, мать ее…

– Тогда собирайтесь.

– Мы давно готовы.

– Вот и ладушки. Попытайтесь притащить языка.

– Это сложней. Нужно брать запасной акваланг.

– Я сказал – попытайтесь. Если нельзя – хрен с ним, с этим языком. Скорее всего, команда глиссера не в курсе, кто их настоящий хозяин. – Тут мне почему-то вспомнились лимассольские топтуны.

– Лады. – Пит поднялся. – Попробуем… Но нам нужно выманить их из леса.

– Чего проще. Как только ваша "малютка" выйдет на исходную позицию, мы поднимаем якорь. Думаю, что они поторопятся последовать за нами.

– Безумная затея… – бубнила Кей.

– У тебя есть другое предложение? – спросил Боб со снисходительностью дедушки, обращающегося к нашалившей внучке.

– Нет! – отрезала моя "женушка" и с независимым видом сплюнула в воду.

– А у меня есть. – Меня так и распирало желание отбрить эту своенравную чертовку.

– И какое же? – Она посмотрела на меня с подозрением.

– Соорудить плот, раздеть тебя догола и отправить на этом плавсредстве в бухту, где находится глиссер. У тех парней, которые прячутся среди скал, глаза на лоб вылезут от такого зрелища. А после иди и бери их тепленькими.

Несмотря на серьезность ситуации, все заржали, как жеребцы. Даже с виду хладнокровные подчиненные Пита. Только он сам хмуро хмыкнул и спустился в трюм, к тайному отсеку с нашей мини-подлодкой.

Кей умчалась в свою каюту словно ракета. Наверное, готовить мне достойный ответ.

Время тянулось как тонкая резина. Упрямое солнце, казалось, не сдвигалось ни на миллиметр с той минуты, как в плавание вышла "малютка" с командой Пита. Будто светило приколотили гвоздями к небосводу, а клещи, чтобы вытащить их, выбросили в морскую пучину. Я буквально озверел от неопределенности.

Наконец отозвался Слоули, поддерживающий связь с "малюткой":

– Шеф, Пит готов приступить к ликвидации.

– Слоули, поднимай "муху"!

– Извините, но если мы снимемся с якоря, аппарат не вернется…

– Запускай, это приказ! У нас этого добра хватает.

– Есть запускать! – отчеканил Слоули, но в его голосе бодрости не было.

"Муха" была размером с мышь. Такой себе огромный шмель с псевдокрылышками, глазамителекамерами и микродвигателем, хрен его знает на каком принципе устроенном. Аппарат взлетел с легким жужжанием и исчез с глаз практически мгновенно.

Я посмотрел на экран. Там с большой скоростью неслись мелкие волны, будто мы мчались над водой в вертолете. Но вот мелькнули прибрежные скалы и в поле телезрения "мухи" попал лениво покачивающийся с бор-та на борт глиссер. Он по-прежнему был без команды. Где же эти сукины дети?

– Слоули, пусть аппарат полетает над возвышенностями. Может, вычислим, где прячутся наши противники.

– Нет проблем…

Увы, попытка оказалась неудачной.

– Все, уходим. – Я кивнул Бобу.

Загремела якорная цепь, и "Сидни" начала набирать ход. Слоули "подвесил" аппарат над глиссером, и нам хорошо было видно, как к нему по мелководью побежали трое черноволосых парней.

– Давай крупный план! – скомандовал я Слоули.

Или "муха" опустилась пониже, или он что-то там схимичил с ее телеглазами, но теперь лица наших противников просматривались четко, до малейших деталей.

– Слоули, ты пишешь?

– Конечно.

– Введи их мордуленции в компьютерную базу данных. Включи поиск на Ближний Восток. – Я уже почти не сомневался, с кем мы имеем дело, – смуглые лица, кудрявые во-лосы, большие уши с приросшими мочками, носы, как говорится, дай бог каждому…

Они уже почти вывели глиссер на глубину, как вдруг морская бирюза рядом с ним потемнела, что-то мелькнуло, затем всплеснуло… и вместо троих человек на борту суденышка остался только один, да и тот в костюме аквалангиста; он переложил руль, и глиссер, выйдя на редан, помчался в нашу сторону.

– Лихо… – Я был потрясен и восхищен – ай да мальчики!

Но Пит, Пит, каков стервец! Такого поворота в нашем плане не было. Теперь я понял, почему Пит не взял лишний акваланг – он или кто-то из его парней махнулись местами с языком. Все получилось так, что лучше не придумаешь: и глиссер на плаву, а значит, если за ним наблюдают, не покажется подозрительной его неподвижность после лихорадочной спешки команды во время посадки, и "дельфины" живы-здоровы, а их противники пошли рыбам на корм, и язык в коконе мини-подлодки. Блеск!