Найти "Сатану" - Данил Корецкий

– Ну, и…? – не понял Серый. – Ты тут при чём?

– Я работаю на этот журнал.

– А я тут при чём?

– Ты тоже можешь заработать на этом денег. И немало. Если поможешь мне написать рассказ об экологической катастрофе.

– Я чё, писатель? Да и чё мне деньги?! Я вот этими руками атомную войну удерживал! – Серый потряс над столом крупными грязноватыми кистями с растопыренными обветренными пальцами. – Мне бы сейчас назад вернуться, я бы им всем кузькину мать показал…

– А чего б ты сделал? – жадно спросил Руслан.

– Чего, чего… Знаю чего! Так бы дверью хлопнул, что вся Земля зашаталась!

– Так там же блокировки? Как бы ты хлопнул?

– На каждую блокировку есть разблокировка. – Язык у Серого заплетался. – И я в этом разбираюсь. А вот в журналы писать не умею.

– Писать буду я, – сказал Руслан. – Но я же не военный. Мне нужно, чтобы кто-то соображающий в ракетных делах провёл меня по тем местам, объяснил, что там к чему… Так я подумал – может, ты поедешь с нами в экспедицию? Если, конечно, помнишь ещё что-то…

– Кто, я не помню?! Эээ, я всё помню! Я хоть сейчас могу за пульт сесть! Только ехать никуда не хочу… Пойду к Людке, высплюсь, потом на базар зайду к ребятам… – Тут Серый осекся и вмиг протрезвел. – Хотя нет, давай, поехали! Поехали! Прямо сейчас! Я все покажу…

Он с трудом встал.

– Ну, прямо сейчас мы поедем в одно место, поспим, – сказал Руслан, пряча журнал в папку. – А потом уже и дальше двинемся. Согласен?

– Угу, – икнув, ответил Серый. – Ик-караул устал…

Так он всегда говорил, когда напивался до отключки. А перед этим всегда рассказывал про свою героическую службу в ракетных войсках. Но на следующий день ничего не помнил. Как не помнил того, что там произошло у Людки-неотложки…

Руслан поспешно расплатился и, выведя под руку Ракетчика на улицу, махнул ближайшему такси.

Западная Сибирь

Высокая сочная трава прижималась к земле и болталась в разные стороны, когда вертолёт Ми-8 камуфлированной расцветки приземлился прямо в поле, в центр круга из боевого охранения солдат в камуфляже. Они тут же стали по очереди сниматься со своих мест и, оббежав вертолёт, спешно грузились на борт. Их встречал полковник с пилотским шлемофоном на голове.

– Первая воздушная поисково-штурмовая группа в количестве шестнадцати человек к выполнению задачи готова! Командир группы капитан Полосин, – перекрикивая шум двигателя, браво доложил коренастый крепыш в спецформе без знаков различия.

Бойцы группы быстро рассаживались на откидные лавки вдоль бортов, привычно ставя автоматы между ног стволами вверх.

– Садись, капитан! – Командир отдельного батальона охраны и разведки подполковник Дыгай тоже опустился на сиденье и похлопал рукой рядом с собой.

Капитан плюхнулся на лавку.

– Взлетаем! – скомандовал Дыгай, прижав к шее ларингофон.

Шум двигателя усилился, перешёл в свист, вертолёт поднялся вертикально метров на пятнадцать, на мгновение завис и взмыл вверх с левым разворотом.

– Слушай приказ! – сказал подполковник, разворачивая карту, где черными кружками были обозначены стартовые позиции. – Поступила информация, что в этом квадрате, – он ткнул пальцем рядом с одним из кружков, – охотники видели группу чужаков с автоматическим оружием. Задача – проверить!

– Есть! – кивнул капитан.

Минут через двадцать полёта они вошли в заданный квадрат. Под камуфлированным брюхом вертолёта тянулась однотонная зеленая масса, иногда разрываемая достаточно широкой рекой. Вертолет сделал круг, потом второй… После третьего капитан наклонился к Дыгаю.

– Если они нас услышали и затихарились, с воздуха не найдём! – прокричал он. – А место для днёвки подходящее – вода рядом!

– Вы командир группы – принимайте решение! – ответил полковник.

– Посадочным способом некуда… Предлагаю штурмовым, вдоль русла реки.

Комбат лишь пожал плечами: мол, я всё сказал… Полосин прошёл в кабину пилотов, переговорил с командиром и тут же вернулся.

– Приготовиться к десантированию! – объявил он подчинённым. – Вы с нами, товарищ подполковник, или как?

– С вами, – недовольно проворчал Дыгай. Он сменил шлемофон на фуражку, затянув ремешок под подбородком, и поправил пистолет на ремне. Потом с сарказмом добавил: – Или как…

– Идите тогда в числе первых!

– Иди ты сам, капитан! – вспылил комбат. – Я не салага, без тебя разберусь! Своими, вон, командуй!

Полосин рывком сдвинул дверь. В открывшийся проём пахнуло жжёным керосином от двигателя. Совсем близко блестела вода. Вертолёт медленно шёл вдоль русла, на высоте около двух метров, держась ближе к левому берегу.

– Первый пошёл! – скомандовал капитан, продублировав команду хлопком по плечу стоявшего у двери солдата.

Тот прыгнул вниз.

В проёме одна за другой, выдерживая интервалы, замелькали фигуры бойцов. С каждым покинувшим борт десантником вертолёт становился всё легче и поднимался немного выше. Последним прыгал Полосин. Вертолёт к этому времени поднялся метров до пяти. Подняв автомат над головой, капитан оттолкнулся и полетел в реку…

Река оказалась глубже, чем он рассчитывал, но до дна он достал. Холодная вода моментально пропитала одежду, проникая во все поры, и заметно утяжелила её. Оттолкнувшись от каменистого дна, Полосин вынырнул и что есть мочи погрёб к берегу, попутно стараясь рассмотреть, как обстоят дела у подчинённых. Солдатам повезло больше – они спрыгнули ближе к берегу и уже выходили на сушу, обтекая ручьями воды и на ходу расстёгивая одежду.

Присоединившись к ним, Полосин поднял руку над головой – знак пилотам: «В группе без ЧП, можно улетать».

Но вертолёт не улетел. Описав полукруг, он сделал второй заход и завис, на этот раз над полоской берега, выше деревьев. Кроны раскачивались, кружились сбитые ветром листья, из двери вылетел черный трос, нижняя часть достигла песка и свернулась кольцом. По тросу скользнула вниз атлетическая фигура подполковника. Через мгновенье он, даже не замочив ног, стоял на берегу и отстегивал пояс для десантирования. Потом махнул рукой, и Ми-8 скрылся за деревьями.

«Ничего себе, с пятнадцати метров! – подумал капитан Полосин. – Вообще, молодец мужик! Держит себя в форме, не чванится… Ведь мог вообще не высаживаться…»

– Т-товарищ к-капитан, – дрожа от холода, подошел сержант Ермилов. – Р-разрешите л-личному составу пр-рр-росушить одежду? В мокрой б-бегать не в-вариант!

– Ррр… Да! – коротко ответил Полосин, который сам чувствовал, что промерз до костей.

Солдаты достали предусмотрительно спрятанные в презерватив спички и быстро развели несколько костров. Составив автоматы в пирамиды, они сидели и стояли вокруг огня, растягивая выжатую одежду, чтобы скорее высохла. Густой белый дым шёл почти вертикально вверх – ветра не было. Полосин тоже подошёл к одному из костров и поднёс на вытянутых руках форменную куртку. Машинально взглянул на подполковника. Тот стоял у сосны и с кривой улыбкой наблюдал за происходящим. Эта улыбка не сулила ничего хорошего… И вдруг капитан понял, что допустил серьезный «косяк»: и неправильно выбрал способ десантирования, и не выставил боевое охранение, и просушку устроил не вовремя… Он бросил куртку на землю, схватился за кобуру и истошно закричал: