На то и волки... - Александр Бушков

– Ну, годится…

– Вот видите.

– Ну, и что дальше? – спросил Данил. – Междупрочим, инопланетяне тоже годятся для версии. Прилетели и зарезали ножиком. Иливы не верите в инопланетян? А то у нас в Шантарске эти самые контактеры скоровторую академию откроют, честное слово, вот вы у них и поинтересуйтесь, они жуверяют, что держат прямую связь с Сатурном… Нет, с точки зрения логики? Версия«убийцы-инопланетяне» имеет в данный момент такие же права на существование,как и ваша насчет «внедренного агента». Вы это, надеюсь, понимаете?

– Понимаю, – сказал Клебанов. – И вас японимаю, хотя, быть может, и не насквозь. Вы не простачок и не крутой хам, выгде-то посередине, подальше от простачка, поближе к хаму…

– Вам, может быть, мои слова решительно непонравятся, – сказал Данил. – Но давайте уж попросту. Я не нахожуудовольствия в хамстве. Но и сам его не терплю в любых формах. Только я знаю,что в одиночку этот мир не перевернуть, а вы, такое впечатление, поройзаедаетесь совершенно по-детски – а там уж я, в свою очередь, ощетиниваюиголки. На ваши вопросы я отвечал честно, старательно игнорируя все шпильки,именно потому, что мы не «Коза ностра», а вполне приличная фирма со всемидостоинствами и недостатками. Конечно, я немного бутафорю, но такова уж жизнь,вы мне не сват, не брат и не гомосексуальный партнер… Будем разговаривать каквзрослые люди или продолжим цапаться?

– А о чем нам еще говорить? – пожал плечами Клебанов. –Вы теперь все знаете, а мне от вас больше ничего не добиться. Хотя чувствую,что вы определенно что-то недоговариваете. Если бывали у покойного на старойквартире, почему за полгода так и не выбрались к нему в… Киржач?

– Это вопрос?

– Нет. Разговор неофициальный, вы можете выдумать чтоугодно, к чему добиваться ответа… – он отвернулся, уставясь встену. – Возможно, на этом дело и кончится. Если только ничего непроизойдет…

– Мне что, ждать от вас повесточку?

– Бросьте. Теперь вы подкалываете…

– И не думаю, – сказал Данил. – Серьезноспрашиваю.

– Какие там повестки… К таким, как вы, полагаетсяездить самолично.

– Вас это коробит?

– Не в том дело. Просто, знаете ли, «Коза ностра» несостояла поголовно в КПСС до того, как начала носиться с пулеметами.

Данил участливо спросил:

– Вас что, при застое КГБ таскал за диссидентщину?Солженицына размножали по ночам? В защиту Сахарова петиции строчили? Что вы наменя так запали? Я ведь диссиду не гонял, я ж – боевой пес… Да сколько вамбыло-то при застое?

«Что-то тут есть, – подумал он, глядя, как у пацанастискиваются губы, а ноздри довольно явственно раздуваются от злости. –Есть скелетик в шкафу, есть… Папа диссидентствовал? Или служил в „синихпогонах“ и получил от дедов по почкам выше положенного? Ну не может этооказаться Афган, молод…»

Старший лейтенант промолчал с видом гордым и неприступным –и в этот миг крайне напоминал юного пионера в почетном карауле у знаменидружины. Настоящего пионера, убежденного. Были такие. Вот пионерию он повозрасту еще как застал, тут и гадать нечего…

– Вы в комитете комсомола за что отвечали? –наугад спросил Данил.

– За всякую фигню, которую теперь и вспоминатьстыдно, – ответил мент неожиданно быстро. – До встречи.

Кивнул едва заметно и размашистым шагом направился к «рафику».Неприметный, совершенно штатский на вид синий фургончик, дисциплинированномигнув левым поворотом, завернул за угол длиннющей унылой девятиэтажки и исчезиз виду, чему Данил отнюдь не огорчился.