Волчьи гонки - Николай Геронин

Некоторые из пришедших в посольство СССР выразить соболезнования по случаю кончины господина Брежнев с изумлением и недоумением взирали на сотрудников посольства, спрашивавших их фамилии и должности. Иные тут же безропотно сообщали запрашиваемые данные. Но практически у всех в головах сквозила одна и та же мысль: ведь это советское посольство, здесь всего можно ожидать!..

* * *

Приход Юрия Владимировича Андропова к власти всколыхнул всю страну, посеял надежды на лучшее будущее. Конечно, партия знает, кого выдвигать на высокий пост. Веригин и его коллеги были горды, что Советский Союз возглавил выходец именно из их конторы. Вернее, яркий представитель системы государственной безопасности. Наконец страна попала в твердые руки, направляемые холодным рассудком и горячим сердцем. Отпускники, возвращавшиеся в посольство из Москвы, командированные оттуда, прибывавшие на несколько дней, рассказывали о последних событиях в советской столице и в целом в стране. Из советской периодической печати также можно было почерпнуть кое-что.

Юрий Владимирович взял курс на наведение порядка в стране. Борьба с разгильдяйством и коррупцией вышла на первый план.

Андропов направил генералов и старших офицеров КГБ в некоторые государственные учреждения для укрепления кадрового состава. Они выполняли по существу роль комиссаров. Не лезли руководить всем процессом, но внимательно наблюдали за происходящим, с тем чтобы не допустить нарушений и перегибов, тактично вмешивались в нужный момент в развитие ситуации.

Для широких народных масс новый курс при Андропове ассоциировался с публичной борьбой с нарушениями трудовой дисциплины и мздоимством. Телезрители, радиослушатели и читатели газет с откровенным удовольствием и скрытым злорадством знакомились со сводками с фронтов неустанных выступлений против злостных нарушителей трудовой дисциплины и социалистической законности.

Офицеры КГБ и партийные работники совершали в дневное время рейды по кинотеатрам, баням и прочим заведениям подобного типа, выискивая тех, кто в рабочее время отдается отдыху и развлечениям. Ловили чаще всего начальников среднего звена. Но порой попадалась в сети и крупная рыба.

Пожалуй, самый громким делом стало задержание в рабочее время в сауне председателя Госкомспорта Сергея Павлова. Бывший первый секретарь ЦК Всесоюзного ленинского коммунистического союза молодежи, ставший руководителем системы физкультуры и спорта в стране, банально попался голым в парном отделении элитной сауны. Хорошо еще, что с ним не было девиц соответствующего пошиба!..

Павлова строго наказали, сняв с должности председателя Госкомспорта. Затем направили послом в Монголию.

Посол — тоже немалый пост. Всех бы так наказывать! Монгольская Народная Республика была одним из ближайших сподвижников Советского Союза по социалистическому лагерю. Но почему-то Монголию выбирали в качестве места ссылки для проштрафившихся руководителей и крупных функционеров. Во второй половине 50-х годов послом в Монголию был назначен Молотов, входивший в состав так называемой «антипартийной группы», разоблаченной Хрущевым в 1957 году. И вот теперь, в начале 80-х, послом в МНР отправили Павлова.

Веригин несколько раз видел Павлова в 1972 году в период зимней олимпиады в Саппоро, куда он, Юрий, был отправлен в качестве одного из переводчиков советской команды. Во время 10-часового перелета из Москвы в Токио Павлов вышел из салона первого класса «к народу» в экономический класс. Этот жизнерадостный, часто улыбающийся курносый блондин с розовыми щеками непроизвольно вызывал симпатию. Павлов поприветствовал команду, поинтересовался настроением спортсменов.

Вместе с председателем Госкомспорта в салон экономкласса вышел заведующий сектором отдела пропаганды ЦК партии. Этот сектор курировал физкультуру и спорт в стране. Завсектором был серым кардиналом, зорко следившим за правильным развитием процессов в сфере массовой физической культуры и спорта высоких достижений. И внешность он имел как на подбор: высокий, сухощавый, чернявый, с цепким взглядом.

Еще один раз Веригин видел Павлова на соревнованиях по прыжкам с трамплина. Стояла ясная, солнечная погода. У всех зрителей было прекрасное настроение. Сергей Павлов с улыбкой наблюдал за прыжками спортсменов. «Вот работенка у Павлова, — подумал тогда Юрий. — Наблюдай за соревнованиями, давай общие указания».

Основными претендентами на победу являлись советские спортсмены Гарри Напалков и Владимир Белоусов, а также японский прыгун Юкио Касая. Прыгать с трамплина и парить затем в высоте — не каждому дано! Только избранным, бесстрашным людям. У Напалкова и Белоусова — мужественные, суровые лица. Особенно выделялся Напалков. Высокого роста, с высеченным словно из камня лицом, на котором не отражались ни страх, ни сомнения. Касая имел лицо обычного японца — будь то служащий или школьный учитель.

Борьба с коррупцией приобрела наиболее яркое, запоминающееся выражение в аресте Юрия Чурбанова, первого заместителя министра внутренних дел СССР. Подполковник Чурбанов стремительно прошел путь наверх до генерал-полковника и второго человека в МВД после женитьбы на дочери Брежнева Галине. Как первый заместитель министра он курировал многие направления деятельности министерства, но не забывал и о политработе, которая изначально была его специализацией. При Чурбанове впервые стал отмечаться День милиции в Кремлевском дворце съездов праздничным концертом, транслировавшимся на всю страну по телевидению. На этих концертах выступали звезды эстрады: Алла Пугачева, Иосиф Кобзон, Валерий Леонтьев и многие другие.

Знаменитая песня «День Победы» на музыку Давида Тухманова и слова Владимира Харитонова впервые прозвучала на концерте по случаю Дня милиции. А предыстория была такова. Солист Гостелерадио СССР Лев Лещенко намеревался включить эту песню в свой репертуар, но председатель Гостелерадио Сергей Георгиевич Лапин выступил против, как и некоторые другие влиятельные товарищи. Доводы были примерно такие: «Весьма странные слова у песни: «День победы со слезами на глазах», «Великая Победа, а тут какие-то слезы». Тогда Лещенко, не побоявшись идти против непосредственного шефа, показал эту песню Чурбанову. Первому заместителю министра внутренних дел песня понравилась, и он приказал исполнить ее на концерте в Кремле в День милиции.

Чурбанов не побоялся пойти наперекор мнению Лапина, хотя решения председателя Гостелерадио уже никем не оспаривались ни по какому вопросу. Все помнили, что один из членов Политбюро как-то заметил Лапину, что идущая по телевидению еженедельно программа «Тринадцать стульев» на основе юморесок польских авторов несколько пошловата и вряд ли заслуживает трансляции по Центральному телевидению. На что Сергей Георгиевич резонно ответил, что недавно он смотрел очередной выпуск «Тринадцати стульев» вместе с Леонидом Ильичом, и тому передача в очередной раз понравилась. Больше ни у кого и никогда не возникало вопросов по поводу творческого репертуара Центрального телевидения и Всесоюзного радио. А вот Чурбанов отстоял свое мнение в случае с песней «День Победы».

Теперь Чурбанова осудили на 12 лет за коррупцию. Из множества предъявленных обвинений жизнеспособными с едва уловимым дыханием оказались такие эпизоды, как подарки Чурбанову в виде дорогих восточных халатов, когда он посещал республики Средней Азии, толстые пачки купюр, которые он обнаруживал в карманах мундира после возвращения из командировок, и некоторые другие сырые аргументы.