В крике от смерти - Борис Бабкин

– Сука, – прижимаясь к столбу, пробормотал молодой оперативник, – унюхал, зверюга!

– Надо вызывать спецов! – крикнул кто-то.

– Сами справимся! – бросил в ответ метнувшийся к забору молодой оперативник. Послышался крик боли.

– Заваева задело, – громко сообщил кто-то.

– Собаки! – Расстреляв рожок автомата, мускулистый чеченец быстро вставил другой. Под звон разбитых стекол в комнату влетел молодой опер. Перевернувшись через голову, ногами отбросил вскинувшего автомат чеченца к стене. Тот выронил оружие.

– Стоять, чех! – Вскочив, опер направил на него пистолет.

– Аллах акбар! – С ножом в руке тот бросился вперед. Выстрел и крик чеченца слились воедино. В комнату ворвались несколько человек из группы захвата.

– Молоток, Семин! – крикнул кто-то.

– У него граната! – Худощавый оперативник схватил чеченца за руку.

Боевику вывернули назад обе руки и осторожно вытащили из разжатых пальцев Ф-1.

– Все помрете! – кричал чеченец.

– Какой непримиримый! – усмехнулся худощавый. – А ведь я его, суку, видел неделю назад на рынке. Тварь! – Он резко ударил чеченца в лоб основанием ладони.

* * *

Двое чеченцев вбежали в лесополосу.

– Дальше пост! – крикнул Ильяс.

– Пройдем, – усмехнулся рослый. – Они не подумают, что мы лесом пошли. Да и Дока не скажет им ни слова.

– Мурад, – спросил Ильяс, – а ты знаешь, где Ахаев?

– Выйдем на связь, и он скажет, куда прийти, – ответил тот.

– Соседи говорят, их трое было, – сообщил старший лейтенант милиции. – То есть четверо, Ильдар и еще трое. Так что двое, наверное, где-то прячутся.

– Они уехали, говорят, – подошел оперативник, – позавчера. И не было их два дня.

– Вы про двоих чеченцев, что ли? – неожиданно спросил старик из-за забора.

– Да, – кивнул плотный опер.

– Так они на соседней улице, – махнул рукой вправо старик, – у двух хохлушек. Те приехали свеклу убирать, вот и снюхались. Вон тот дом с железной крышей, второй от дороги. Там они два дня и гуляют.

– А-а-а! – пронзительно кричала женщина. К ней бежали соседи. Около дома остановилась милицейская машина. – А-а-а! – продолжала кричать она.

– Да хватит тебе, Зинка! – Во двор вбежал старший лейтенант и остановился как вкопанный.

Около времянки лежали две полуголые молодые женщины. У обеих было перерезано горло.

– Недалеко они! – крикнул старлей. – Кровь еще теплая!

– Они в лесополосу побежали! – закричала женщина с огорода. – Двое!

Сидевший в машине оперативник что-то быстро сказал в переговорное устройство.

* * *

– Руки вверх! – направив пистолет на метнувшегося назад человека, крикнул сержант ДПС. Тот остановился и вскинул руки.

– Да я это, – испуганно сказал он. – Я просто бутылки собираю.

– Оставь его, Сашка, – махнул рукой старший сержант. – Это бомж, он здесь постоянно ошивается. Ты тут видел кого-нибудь? – спросил он.

– Ну да. – Бомж кивнул на дорогу. – Двое на остановку выбежали. Как раз автобус шел в Кирсанов, они в него и сели.

Милиционеры бросились к дороге, на которой стояла милицейская «шестерка».

– Обсосали, менты поганые! – усмехнулся бомж. – Мужики мне пятьсот рублей дали. На автобус они сели, – усмехнулся он, – который до Чутановки идет. Вот вам, козлы! – Он хлопнул себя по локтевому сгибу.

– Попутку будем ловить? – спросил Мурад.

– Нет, – ответил Ильяс. – Надо пешком идти подальше от дороги. Потом позвоним Вахе, и он нас заберет. Молодец этот алкаш, он в другую сторону их направил.

– Да не садились там мужики, – сказал водитель «ПАЗа». – Я что, слепой? Билеты я продаю. Не было там мужиков. Две бабы сели с мальцом. Еще говорили, что ему билет не нужен…

– Точно? – перебил его оперативник.

– Да голову на отсечение даю. Я потом только у гаража остановился.

– Продолжай! – сказал опер.

– Там вышли две старушки и мужик. Ну а у бани все остальные. До автовокзала трое доехали. Да вот она, баба с мальцом, – обрадовался водитель. – Я их напротив двери посадил.

– Спасибо! – кивнул оперативник и направился к женщине с мальчиком.

– Вон он! – показал милиционер на вышедшего из пивной около бани бомжа.

Увидев двух знакомых милиционеров, бомж, затравленно оглянувшись, бросился за угол. Милиционеры кинулись за ним. Худощавый оперативник неторопливо подошел к пивной и, прижавшись к стене, достал сигарету. Через пару минут из-за угла выскочил бомж и побежал к выходу из двора. Оперативник выставил ногу. Споткнувшись, бомж с размаху грохнулся на асфальт.

– Ты что, мужик, блатуешь?! – рванулся к оперативнику мордатый парень.

– Остынь, земеля, – остановил его лысый крепыш. – Это капитан Баринов.

– Барин? – отскочил назад мордатый. – Начальник, сукой буду, я не…

– Исчезни! – присев около бомжа, отмахнулся тот. – Ну что, рассказать тебе твое будущее на ближайшие трое суток? Сейчас пойдем в райотдел, поговорим о помощи террористам. Потом сунем в камеру к двоим парням, которые из Чечни вернулись год назад. И они совершенно случайно узнают, за что тебя взяли. Представляешь, что с тобой будет?

– Ушел гад! – Из-за угла здания с другой стороны показались милиционеры. Увидев бомжа, рванулись к нему.

– Помогите бедолаге до кареты дойти, – поднявшись, сказал Баринов.

– Не знал я, кто они, – торопливо заговорил бомж. – Да если б я…

– Куда они поехали? – спросил Баринов.

– На чутановский автобус сели. Но им не в Чутановку надо, а в Умет. Один спросил, как им туда лучше добраться, чтоб менты, ну… то есть…

– Что ты посоветовал? – перебил Баринов.

– Чтоб вышли на повороте и пехом вдоль лесополосы. Дорогу перешли, и все левее и левее, так и выйдут к Умету.

– Тварь ты! – плюнул Баринов и сел в машину. – Поехали.

– А как же он? – кивнул на бомжа сержант.

– А что он? – усмехнулся оперативник. – Подохнет когда-нибудь. Поехали!

Он вытащил сотовый и набрал номер.

– Привет, Серовин, – улыбнулся капитан. – Это Баринов. Здесь такое дело…

– Ты куда, Юра? – спросила миловидная женщина. – Сегодня ведь…

– Извини, – усаживаясь в «уазик», сказал милиционер. – Дело срочное.

– Всегда так, – вздохнула она.

Машина выехала со двора и повернула вправо.