Смерть оловянных солдатиков - Андрей Ильин

– Но он действительно…

– Остынь. Он прав, кругом прав. Если он не может… не хочет сдать свои контакты, он их не сдаст. Если он надумает сбежать, то сбежит.

– Но…

– Помолчи, ты уже размахивал шашкой, которая оказалась картонной. Не хочу напоминать тебе про твоих кастратов и нашинкованных лопатой бойцов, которые пытались учинить ему разборки. Пятеро против одного! Где они теперь? Все?

Главный Телохранитель потупил взор. Всё правда, всё так и было. Умыл его этот… И не один раз.

– Вот и сопи в две дырочки! И слушай. Не знаю, как ты, а я не хочу его иметь во врагах. Да, не хочу. Вот конкретно его, который доказал свою эффектиность. Везде! И здесь и там. Ты можешь мне гарантировать защиту от него? Стопроцентную? Ну? Только не юли!

– Стопроцентную, нет. Разве только его ликвидировать, прямо теперь. Без промедления.

– Его ладно. А его организацию? О которой мы ни хрена… Что молчишь, словно дерьма в рот набрал? Мы имеем дело с явлением, о котором ничего не знаем. Кто они, откуда взялись, кому служат… Ну да – мне, но только боюсь, пока я не вышел за рамочки. А если выйду, то меня ни ты, ни сам господь бог не спасет. Такое у меня нехорошее ощущение. – Президент болезненно поморщился. – Я не понимаю их, не понимаю их мотивов, что ими движет. Не понимаю, как они умудряются выполнять то, что другие сделать не в состоянии. А того, чего я не понимаю, – я опасаюсь. Да что там врать – просто боюсь. Я уже имел печальный опыт, когда он в одиночку, несмотря на все твои старания, чуть не отправил меня туда, куда мне очень не хочется. Один! А если представить, что их много? И каждый – такой! И что они могут создавать таких вот Галибов пачками, как булки выпекать! Представил?

Хранитель Тела мрачно кивнул.

– Вот и я представил. И поэтому играть с ними в казаков-разбойников не стану. Несмотря на то что я гарант и верховный, а он хрен знает кто, который в кожаном пальто с горочки спустился! Потому что он ушатал целый Регион, о который мы зубки обламывали. В одиночку! Без поддержки авиации, военно-морского флота и крупных калибров! И решил задачу, которую нельзя было решить в принципе. И я не хочу быть его следующей задачей. Хочу спать спокойно.

– Что же делать?

– Ничего. Дружить с ними. И использовать их. Ведь они подчиняются мне. Вот и пусть подчиняются. Не знаю почему, не понимаю… Но это факт. Они имеют какие-то свои инструкции и регламенты, которым следуют неукоснительно. В этих регламентах я их главнокомандующий. Значит, я должен командовать. И буду командовать. Но… с оглядкой. А ты пока разбирайся, ищи, рой. Ищи и найди их. Потому что без этого мы как на пороховой бочке. С зажженным фитилем, который не в наших руках.

– Значит, отпустить его?

– Не отпустить, а… послать! Далеко… В Регион послать! Но не одного. Вызывай сюда своих людей, которые будут принимать у него дела. Через не хочу. Через его – не хочу. Отказать нам он не сможет. Права не имеет. Пусть все будет культурно, но пусть они вцепятся в него как… бульдоги.

– Когда их готовить к отправке?

– Сейчас готовить! Присоедини кого-нибудь из Внешней Разведки и ФСБ. Из тех, кто посмышленнее.

– А если он всё же сбежит?

– Лучше бы он сбежал. Но что-то мне подсказывает, что он не сбежит, что он будет здесь. Всегда! И когда захочет. Когда он захочет! А если ему кто-то будет препятствовать, то он рискует остаться без… ушей. Которые растут ниже пояса. Ты хочешь без… ушей? А коли нет, так иди и приглашай его сюда. И улыбайся. И хвостиком виляй. Чтобы не потерять то, что под хвостом болтается! Иди!

Хранитель Главного Тела пошел, но остановился.

– Что еще?

– Он моих людей убил.

– Я помню.

– А если не я… не мы. Если он случайно?

– Что случайно?

– Покинет нас.

«Первый» задумался.

– Если сможешь так – валяй. Но если он тебя за руку поймает, то я открещусь от тебя. Так и знай. Я лучше с тобой поссорюсь, чем с ним. Чем с ними. Ты всё понял? Я не сказал «да». Но и не сказал «нет». Я вообще тебе ничего не сказал! А ты – не услышал!

Главный Охранник страны кивнул.

* * *

– Знакомьтесь, это ваши новые коллеги…

А вот это уже ни в какие ворота! Даже кремлевские. Люди были в гражданском. Хотя выправка точно военная. Вошли чуть не строем все с одним и тем же надетым на лица выраженим – готовности служить родине и исполнить любой ее приказ не щадя живота. Встали рядком.

– Будете работать в одной связке.

Повернулись. Вперились.

– Задача: нам передать все ваши контакты и дела, а вам – принять. На место надлежит отправиться… немедленно. Борт готов?

Главный Охранник кивнул.

– Борт на взлетной полосе. Может вылетать в любой момент. Вопросы, пожелания есть?

– Никак нет!

– Тогда ни пуха вам ни пера.

Шеренга командировочных работников повернулась через правое плечо и разом, с левой ноги шагнула в дверь.

Вот это поворот…

* * *

– Суки, – в сердцах сказал Серега.

– Кто?

– Все до одного! Зачем они засветили тебя? За каким нацепляли на тебя целую толпу каких-то уродов? И ты хорош – притащил приятелей на уик-энд! Ты что, не мог сбросить их с хвоста?

– Не мог! Это был прямой приказ «Первого».

– Зачем им сдался этот Галиб?

– Не зачем, а для чего. Сам Галиб им на дух не нужен. Но он необходим как инструмент для решения тех или иных задач. Как им кажется – очень эффективный.

– Наш иструмент. Твой. Это ты его из глыбы вытесал. Точнее вылепил. Из глыбы дерьма. Отчего, хоть ты и придал ему новую форму, сам материал благородней не стал. Не знаю… Если ты отдашь его, он черт знает что наворочает. Таких, как он, приручить нельзя – как волков. Таких можно только держать на коротком поводке в жестком ошейнике. И периодически лупить по морде кнутом. Если ты уйдешь – он выйдет из повиновения. Он всех их перекусает. Или сбежит к другому хозяину. Где миска полнее.

– Может быть, ты и прав.

– Прав! Они ведь даже как информатора его потеряют, потому что нужно быть в теме, чтобы понимать, что тебе не туфту втюхивают! Галиб – обезьяна с гранатой. Все они тут обезьяны с гранатами. Приматы хреновы. И эта граната рванет в руках.

– Возможно. Но что мы можем сделать, когда приказ, который я не могу отменить? Могу только подчиниться.

Сергей лишь вздохнул.

– Подчиняйся. Попробуй. Но только помяни мое слово – ничего у тебя из этого не выйдет. Точнее, ни хрена хорошего. Ребята не в теме. Местные условия не секут. Кухни твоей не понимают. Сами – офисные работники, которые с девяти до семнадцати с перерывом на обед. Приехали на все готовенькое, а ничего готовенького нет. Есть неустойчивая фигура о ста углах, которую, чтобы удержать, каждый день подпирать и обтесывать надо. А они не будут. И не смогут. Тут только наши методы. А если их, то всё рухнет в одночасье.