Русская рулетка - Сергей Зверев

Что-то изменилось…

Исчезли оттенки, словно весь мир окрасился в черный цвет. Мозг работал сухо и холодно, а в сердце не осталось ничего, кроме этой невыразимой тяжести. -… я доила ее, а она отмахивалась хвостом от мух и попадала мне своей метелкой по лицу… Ты слушаешь?

– У меня нет коровы, – машинально повторил Константин и потянулся за новой сигаретой.

– Не бойся, – прозвучал ее голос, наполненный сожалением и горечью. – Я ни на что не претендую – ни на твой дом, ни на тебя. Уеду сегодня же…

– Как знаешь…

Панфилов чиркнул зажигалкой и затянулся. Дым поднимался к потолку, тонким облачком обнимая люстру.

Елена подошла к постели, присела на край, провела рукой по волосам, словно специально демонстрируя грудь идеальной формы.

Дразняще покачивался ее коричневый сосок.

– Сколько женщин было в твоей жизни?

Ее голос совершенно изменился – теперь в нем не было ни грусти, ни сожаления, одна насмешка.

– Не знаю, не считал, – ответил он, равнодушно глядя мимо нее.

– Ну все-таки… Пять, десять? Больше?

– А что?

– Среди них были такие, как я?

– Какие?

– Красивые, умные, сексапильные, страстные…

– Тебе станет легче, если я отвечу?

– Да.

– Таких, как ты, не было.

Глаза ее заискрились лукавством. Она быстро отбросила прочь край одеяла, прикрывавшего Константина, и села сверху.

Он почувствовал, как помимо воли его мужское естество сразу же ответило на прикосновение горячего женского тела.

– Я хочу, чтобы ты навсегда запомнил меня, – горячо зашептала она, прижимаясь губами к его шее. – И ни о чем не жалей…

– Дай хотя бы сигарету затушить…

И опять, сам не зная почему, Константин откликнулся на ее бурные ласки…

* * *

На складе фирмы «Миранда» проходила передача новой партии товара из Запрудного. Снова распахнулись скрипучие железные двери, внутрь загнали черный катафалк, достали из него полированный гроб с начищенными ручками, выгрузили обернутые серой бумагой тюки.

Трошин приехал в сопровождении запрудненских омоновцев, которые мерзли снаружи ангара, переминаясь с ноги на ногу. Фроликов тоже не заходил внутрь, предпочитая холодному складскому помещению теплый салон «БМВ». В ожидании Трошина он нажимал на кнопки автомагнитолы, рассеянно слушая голоса ведущих УКВ-радиостанций.

Сегодня он решил, что в последний раз едет для подстраховки лично. Операция по сбыту типографской продукции, как ее удачно предложил именовать майор Груднев, входила в накатанную колею. Она становилась обычной коммерческой рутиной, а рутину Фроликов не любил. Пусть Трошин в следующий раз едет один. В конце концов, работа у него такая – вертеться туда-сюда. Охрану ему дали надежную, ОМОН – это вам не какие-нибудь вневедомственники. Экипированы по полной программе, подготовочка у каждого спецназовская, да и деньги за внеурочную работу они стали получать приличные – в сравнении с их зарплатой, конечно.

Погрузившись в собственные мысли, Фроликов не заметил, как со стороны склада к «БМВ» бросился какой-то человек. Когда дверца машины неожиданно распахнулась, Фроликов выхватил из подмышечной кобуры пистолет и… увидел перед собой Трошина.

– Фу, черт… – с облегчение опуская «ПМ», выдохнул Фроликов. – Напугал ты меня, еще секунда и…

Но Трошин и сам выглядел напуганным.

– Проблема возникла с Неупокоевым.

– А что случилось?

– Цену сбивает, не хочет по старой работать.

– Как это, цену сбивает?! – с возмущением произнес Фроликов, выбираясь из теплой машины. – Договорились же…

– Вот и я ему о том же, а он и слышать ничего не хочет.

– Сколько же он хочет скинуть?

– Тридцать процентов.

– Да ему, наверное, моча в голову ударила! Ошалел парень…

Неупокоев стоял возле тюков, разговаривая с одним из членов князевской бригады. Увидев торопливо шагавших ему навстречу Трошина и Фроликова, он прекратил разговор и отступил на шаг в сторону.

Кеша, держа руки в кармане куртки и цыркая под ноги слюной, подался к своим. Князевцы стояли кучкой возле бочек с машинным маслом.

– Я слышал, молодой человек, вас больше не устраивает цена нашего товара? – с профессиональным напором сказал Фроликов, неотрывно глядя на Неупокоева.

Казалось, он вот-вот закричит: «В глаза смотреть! Прямо смотреть!»

– Возникли новые обстоятельства, – морщась, ответил Фигаро. – Я больше не могу платить такую цену.

– Какие же это обстоятельства?

Неупокоев пожевал губами и кашлянул.

– Увеличились накладные расходы.

– Когда это они успели увеличиться?

Неупокоев, покусывая губу, покосился на князевцев.

– Охрана стала стоить дороже.

Фроликов зло ухмыльнулся.

– Шангин повысил ставку? А тебе хочется сохранить свой процент прибыли?

Фроликов попал в самую точку. Но это только разозлило Неупокоева.

– Я на старых условиях работать не буду, – спокойно выдержав гневный взгляд Фроликова, сказал он. – Не хотите, ищите себе другого партнера, Москва большая.

– Да ты что, щенок?! – сквозь зубы процедил Фроликов. – Подумай, с кем связался!

– Пусть писатели думают, это их работа. А я деньги зарабатываю, – надменно ответил Неупокоев. – Если меня не устраивает сделка, я от нее отказываюсь. Вот и все.

Рука Фроликова рефлекторно потянулась вверх, к кобуре. Однако, заметив нервную реакцию князевских качков, запрудненский милиционер отказался от своего намерения.

– Юрий Михайлович, – обратился он к Трошину, – ты получил деньги за сегодняшний груз?

– Пока нет.

Фроликов вопросительно посмотрел на главу фирмы «Миранда».

Тот жестом велел одному из князевцев принести спортивную сумку. Трошин присел на корточки, открыл «молнию» и стал пересчитывать пачки денег.

– Здесь ровно на треть меньше.

Обычно тусклые и невыразительные глаза Фроликова блеснули яростным огнем.

– Кинуть нас решил? Ну, так слушай, Фигаро-мигаро. Деньги мы забираем, но ты остаешься в замазке. Понятно я выражаюсь? Долг отдашь после передачи следующей партии товара. Ты теперь становишься просто передаточной инстанцией, а о расценках я договорюсь сам. И упаси тебя бог попытаться кинуть меня еще раз! В лапшу покромсаю…

Фроликов развернулся и быстро пошел прочь.

Трошин чуть замешкался с сумкой, а почувствовав на себе тяжелые взгляды князевских парней, побледнел. Ему показалось, что они вот-вот набросятся на него, начнут колотить своими огромными кулаками и тяжелыми ботинками.