Бой капитанов - Александр Тамоников

Спустя десять дней. Пятница, 14 октября. 7.00.

Советник председателя правления коммерческого банка «ДонКар» Владимир Полухаров вел оформленный на него «Лэнд Круизер» по трассе, ведущей из Санкт-Петербурга в Москву. Карасев отправил его в Питер с простым поручением: встретиться в Северной столице с одним высокопоставленным региональным чиновником, передать ему кейс, получив взамен точно такой же «дипломат». Встреча состоялась за городом, в шикарном особняке. Чиновник принял кейс, предложив Полухарову отдых. Владимир же торопился к Татьяне, с которой жил, как с женой, более недели, сблизившись с женщиной сразу же после того, как прошли девять дней со дня кончины его матушки. Посему от отдыха отказался, забрал «дипломат» и тут же отправился в обратный путь.

И вот сейчас он приближался к столице. Еще каких-то сто с небольшим километров, и, отчитавшись перед начальником, он увидит свою Татьяну. Увидит ее дочь Ирину, которая постепенно начала привыкать к майору. Девочка не называла его ни папой, ни дядей Володей, она никак пока его не называла. Но это пройдет, со временем пройдет. А нет, так ничего страшного. Многие дети никак не называют своих отчимов. И не потому, что не любят, а потому, что не могут. Хотя и питают к ним самые лучшие чувства.

Владимир, которого тянуло в сон, закурил очередную сигарету, продолжая вести внедорожник на скорости 140 километров в час. Вне населенных пунктов. В поселках, селах, городах скорость приходилось сбрасывать, дабы не стать мишенью для бдительных инспекторов дорожно-патрульной службы. Приоткрыл форточку, и в салон ударил прохладный, осенний ветер. Да, сегодня пошли одиннадцатые сутки, как Полухаров последний раз заезжал в офис антитеррористической службы, где официально числился в отпуске, но откуда решил уйти. Жалел ли он о своем решении? Сейчас можно сказать, что втайне, обманывая себя, находя оправдание эмоциям, захлестнувшим его в конфликте с генералом Купавиным, он, конечно же, жалел о том, что написал рапорт об увольнении. Полухаров хорошо запомнил тот день, 3 октября, когда подъехал на новенькой «Тойоте» к воротам офиса охранной фирмы «Заслон» и базы группы специального назначения «Рокот». Подъехал, и перед ним привычно не отъехали в сторону ворота. Тогда Владимир впервые четко осознал, что стал чужим для своих. Хотя минутой позже охрана пропустила его на территорию, а причиной первичного запрета на въезд явилось то, что «Лэнд Круизер» не числился в списках автомобилей, которыми пользовались спецназовцы службы. Причину устранили быстро, но тягостное чувство отчужденности осталось. И слова Леонидыча, полковника КГБ в отставке, Абрамова Сергея Леонидовича, директора охранной фирмы, он запомнил надолго.

Тот, усмехаясь, подошел к внедорожнику, как только Полухаров поставил его на стоянку и вышел из салона.

– И где ж ты надыбал такого «железного» коня, Володя? Или поменял на свой «Пассат»? Не подскажешь, где и кто проводит подобные обмены? А то моя тачка, глядишь, вот-вот развалится. Я бы тоже приобрел внедорожник. Не такой крутой, конечно, попроще, но приобрел бы. Тем более бесплатно.

Полухаров сказал:

– Такие тачки бесплатно не меняют, Леонидыч. А о получении джипа мы со своим окладом даже мечтать не можем.

– Тогда где ж ты взял это чудо? Не угнал же?

Абрамов еще не знал о том, что Владимир подал рапорт, тем более отставному полковнику не было известно о новом месте работы майора.

– Нет, Леонидыч, не угнал! Его мне новый работодатель выдал!

Изумлению Абрамова не было предела:

– Что? Не понял?! О каком работодателе ты ведешь речь, майор?

Полухаров объяснил:

– Ухожу я со службы, Леонидыч! Рапорт подал. Купавин пока в отпуск отправил, но это ничего не решает. Уйду после отпуска. А так как бездельничать не привык, то устроился на работу в один из коммерческих банков. И знаешь, что я тебе скажу, ценят нас на гражданке, очень высоко ценят. Вот, джип дали в личное пользование, зарплату в месяц такую, которая здесь и не снилась.

– Понятно! Сломался, значит?! Нет, ты не подумай, я не упрекаю. Не имею на это права. Каждый волен решать свою судьбу так, как захочет. У каждого есть выбор. Ты свой сделал. Только, знаешь, Володя, без обиды, руки тебе я больше не подам.

Абрамов повернулся, чтобы уйти, Полухаров остановил его:

– Подожди, Леонидыч, ты же не знаешь, почему я написал рапорт?!

– А мне это неинтересно. Написал, ну и скатертью дорожка. Такое будет тебе от меня напутствие, сынок! Живи, радуйся жизни, если сможешь…

Отставной полковник ушел, а слова все звучали в ушах Полухарова. Звучат они и сейчас: «Руки тебе я больше не подам!»

Майор получил в тот день расчет. И видел своих подчиненных. Но никто из них не подошел к нему, никто не попытался заговорить. Разозлившись, послав все к чертовой матери, Полухаров уехал. Поминки прошли скомканно, и скорей всего майор сорвался бы, если бы не Татьяна. Она смогла найти те слова, в которых так нуждался Владимир. А сладостное наслаждение от близости с ней заставило посмотреть на мир совсем иными глазами. И предстал перед ним окружающий мир не таким уж и мрачным.

В среду, 5 октября, Полухаров приступил к исполнению своих новых обязанностей. Сегодня он возвращался из второй своей командировки.

За размышлениями и почти беспрерывным курением Владимир миновал МКАД, пост ДПС и припарковал автомобиль у первого же супермаркета. Достал из кармана стильного пиджака дорогой сотовый телефон, набрал номер Карасева. Тот наверняка еще нежился в постели своего шикарного загородного особняка, но Полухаров имел распоряжение докладывать при возвращении из командировки независимо от времени суток. Набрав номер, Владимир нажал клавишу вызова абонента. В динамике раздалась популярная французская мелодия. Играла долго, и Полухаров ждал, что вызов с секунды на секунду прекратится, но услышал сонное:

– Здравствуй, Володя! Быстро ты, однако, обернулся. Ожидал увидеть тебя завтра.

– Привет, Веня, а насчет возвращения, то я привык все делать быстро.

– Где ты сейчас находишься?

– На въезде по Ленинградскому шоссе.

– Ясно, все прошло без проблем?

– А они могли возникнуть?

– Нет, конечно, извини, я еще не совсем проснулся. Ты вот что, давай-ка двигай к загородному дому. Но в поселок не въезжай. Остановись на берегу озера, рядом с березовой рощей, вне охраняемой зоны. Там встретимся и поговорим. Можешь не торопиться. Позавтракай! Позвони супруге, сообщи, что скоро будешь, долго я тебя не задержу!

– Ты же знаешь, я холост!

– Как знаю и то, что живешь с очень красивой женщиной. Живешь как муж с женой. Но если тебе режет слух слово «супруга», то скажи, как называть твою Татьяну? Сожительницей? Квартиранткой?

– Ладно, проехали. Буду у озера где-то часа через полтора, если конечно, не застряну в пробках. При задержке отзвонюсь!