Судья и палач - Владимир Колычев

Змея! А все голубку из себя строила. Невинный ангел. Тьфу!

— Виталий Георгиевич, вы, конечно, понимаете, какая опасность вам грозит?

— Разумеется. Это гад Шлыков пытается до меня дотянуться…

— Возможно, он не прекратит этих попыток. Будьте осторожны. Если вы будете настаивать, мы обеспечим вам охрану. Но вы сами понимаете, мы не всесильны…

— Понятное дело. Спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Да вы не сомневайтесь, у меня своя служба безопасности и покровители помогут…

— В смысле, Сафрон? — не очень весело улыбнулся Марков.

— Жизнь нынче такая, сами понимаете…

— Я понимаю все… Желаю вам удачи! Марков встал, попрощался с Виталием и исчез. Появился конвоир. Он уже знал, что подследственного выпускают.

— Вещи забирать будете?

— Да там вещей-то…

И потом, забирать вещи из камеры — плохая примета. А в тюрьму возвращаться ой как не хотелось…

Его провели по кабинетам оперативной части, при нем заполнили какие-то бумаги Последнюю бумагу завизировал сам начальник тюрьмы. Ее отдали Виталию.

На этом формальности закончились. Дальше по коридорам без охраны он вышел на улицу. Все, свобода.

Через час он был в своей квартире в Битово. И, не переодеваясь, начал открывать все окна в доме. А еще ему хотелось пригласить в дом священника, чтобы он своим кадилом выгнал из квартиры нечистый дух Аллы.

Ноги ее здесь больше не будет.

А вообще пора уже достраивать особняк на Глубоком озере. И жить там вместе с Любой.

Вместе с Любой… А разве она не может жить с ним уже сейчас.

Виталий схватился за телефон.

— Привет, любимая!..

Его душа пела. И голова кружилась от счастья. Ведь он снова может быть вместе с Любой.

* * *

— Хороша у тебя берлога, ничего не скажешь…

Гараж, машина, подвал. В подвале кое-какая мебель, бытовая техника, компьютер. А половину довольно просторного помещения занимает арсенал. Автоматы, пистолеты и, конечно, полный набор профессионала-подрывника: взрывные устройства всевозможной конфигурации и назначения. А также оборудование, инструменты, взрывчатка, с помощью которых можно фантазировать дальше.

— Здесь мы в безопасности. — Герман взял Аллу за руку и привлек к себе.

— Ты уверен в этом?

— Ну, если ты «хвост» за собой не привела, то уверен…

— Нет, за мной все чисто. Я проверялась…

Она уже не та разнеженная бытом жена солидного бизнесмена. Она преступница, которая скрывается от правосудия. Сильная, решительная, волевая, чутье и ум обострены до предела.

Своих преследователей она оставила с носом. И незаметно для всех оказалась в логове Германа. Теперь они снова вместе. И в относительной безопасности

Их ищут. А они строят планы.

— Надо за границу уходить, — сказала Алла.

— Само собой…

Для этого у них все готово. Даже есть фальшивые заграничные паспорта с шенгенской визой. Очень искусная подделка, ни один таможенник от подлинника не отличит. И счет в швейцарском банке. Если только…

— А твои счета не заблокируют? — озабоченно спросила она.

— Не бойся. Все будет в порядке. Я предусмотрел все. Даже если меня мой босс сдаст по полной программе, никто ничего сделать уже не сможет. Поздно…

— Надо подождать, пока все уляжется… Только не здесь, — поморщилась Алла.

— В смысле?

— Квартиру надо приличную снять…

— А чем тебя гараж не устраивает?

— Всем…

— Но квартиру искать опасно.

— Почему?

— Можем «засветиться»…

— Можем, — не стала отрицать Алла. — Если не будем пользоваться нашим оружием. Я имею в виду искусство перевоплощения…

— Хорошо, ты меня уговорила. Будем искать квартиру…

— Мы с тобой не дураки. Поэтому не попадемся. Даже если свободно по Москве разгуливать станем…

— Не знаю, как насчет свободно, а разгуливать нам придется. Я должен дотянуться до этого гада Болотова!

Лицо Германа исказила гримаса ненависти.

Алла уже рассказала ему, зачем и куда, по ее расчетам, уходил майор Круча. И теперь им оставалось только гадать, смог он спасти Виталия или нет.

Герман жаждал, чтобы его приговор был приведен в исполнение. Алле было как-то все равно.

— Если он ушел от меня, не успокоюсь, пока не достану!

В его словах слышалась решимость одержимого.

Алла понимала его. С таким же безумством она хотела наказать Любу. Эту тварь, отнявшую у нее покой.

— Я тоже не уйду за кордон, пока не сживу со свету сучку Любочку…

— Ты мне поможешь убрать Болотова, я тебе — его шлюху, — пристально посмотрел на нее Герман.

Так они пришли к соглашению.

Может быть, это соглашение безумно. Но Виталий и Люба приговорены. Приговорены этим безумием.