Право на месть - Александр Мазин

Лидер «тобольцев» молчал.

– Из-за этого меня пригласил? – догадался Ласковин.

– Угадал. И вот что,– голос Корвета потерял теплоту.– Не будем коту яйца крутить. Говори сразу: да, нет? Я ждать больше не могу.

Тон рыжего Андрею не понравился.

Не то чтобы боялся потерять расположение рыжего. Дружба с бандитами – это до первой дележки. Не хотелось новых проблем.

– Значит, сразу… – Ласковин потянул, пытаясь по выражению лица угадать, что последует за отказом.– Если сразу, то, пожалуй… нет.

– Твердо?

– Или давай отложим.

– Нет,– покачал головой лидер «тобольцев».– Сегодня – последний срок. Жаль. Ты мне нравишься, Спортсмен…

Корвет похрустел пальцами.

– И мне, и другим. Кое-кто прямо влюбился в тебя за Хана. Жаль.

Лидер «тобольцев» откинулся на спинку кресла, выключил компьютер.

– Жаль. Но дело есть дело. Или ты с нами, или… Быстрое движение – и зрачок пистолета глянул в лицо Ласковину. Андрей и дернуться не успел. Профессионал, ничего не скажешь.

– Дело есть дело,– повторил Корвет спокойно.– Не передумал, Спортсмен?

– Нет.

Ласковин не испугался. Не видел причины, из-за которой Корвету могла вдруг понадобиться его смерть.

Но причина была. И Ласковин очень скоро об этом узнал.

– Крепкий ты мужик,– похвалил лидер «тобольцев».– Это хорошо, что не передумал. Согласился бы – в натуре не знал бы, как с тобой поступить. Мне-то нужен честный ответ, понимаешь?

– Потому и говорю – нет.

Корвет кивнул.

– Да,– сказал он.– Ты понимаешь. Дело есть дело. Нам предложили сделку, Спортсмен. Очень выгодную. Правда, и цена серьезная. На мой взгляд.

– Правда? – Ласковин старался сохранять спокойствие.– На твой взгляд. А на мой?

– На твой? – Корвет усмехнулся.– Думаю, и на твой.

– Какая же цена?

– Ты.

– Не понял.

– Да? Ну тут все просто. Ты. Твоя жизнь, Спортсмен. Хорошая цена, верно?

Профессионал. Будь даже под мышкой у Ласковина пистолет – шансов никаких. Надо же так проколоться!

– Ты не обижайся, Спортсмен,– говорил лидер «тобольцев».– Дело есть дело. Скажи ты «да», я б из шкуры вывернулся, но тебя прикрыл. Как бы мы с тобой сработались, Спортсмен! Был бы ты наш, я бы тебя отмазал. Слово. Своих мы не продаем. Даже на очень выгодных условиях.

– Это ты загнул,– Ласковин усмехнулся.

«Что ж ты тянешь, гад? Хочешь убить – убей!»

– Продаете и своих, я-то знаю!

– Ладно,– лидер «тобольцев» не стал спорить.– Изменим формулировку. Я своих не продаю. Веришь?

– Пожалуй.

Потянуть время? Время может сыграть только на него. Ласковину происходящее вдруг показалось игрой «загляни ко мне на полчасика». Сейчас рыжий спрячет оружие, и они вместе посмеются над шуткой.

Но пистолет по-прежнему смотрел Ласковину в лоб.

– Спасибо,– искренне поблагодарил лидер «тобольцев».– Приятно, что ты мне веришь. Всегда буду вспоминать о тебе. Спортсмен.

И Андрей понял, что сейчас умрет. Палец на спусковом крючке согнется, и он, Андрей Ласковин, перестанет существовать. Наташа останется, Слава останется… и Лешинов. И Митяй напрасно будет ждать его на Конюшенной. И Юрку некому будет вытащить… И столько еще всего.

Рыжий все тянул. Почему? Он не из тех, кто, списав человека, медлит нажать на спуск.

Корвет мигнул…

И Ласковин прыгнул.

Ему терять было нечего!

Андрей выбросил тело вверх, толкнувшись буквально одними руками, и из совершенно невероятного положения ухитрился достать ногой. Пистолет вылетел из ладони Корвета и ударился о стену.

Ласковин ударился бедром об угол стола, но приземлился на ноги. С противоположной стороны – Корвет.

– Прекрасно!

Рыжий был доволен. Значит, все-таки розыгрыш? Нет.

– Прекрасный удар. Жаль. Я хотел убить тебя быстро. А теперь быстро не получится.

Он медленно двинулся в обход стола. Ласковин начал отступать к двери.

– Лучше бы тебе не убегать,– спокойно предупредил лидер «тобольцев».

Он был уверен в своем превосходстве.

– Я убил Хана,– напомнил Ласковин.– Хочешь, чтобы я убил и тебя?

– Не получится.– Корвет покачал головой.– Я не Хан.

И молниеносным движением выхватил нож.

Ласковин опять не успел засечь, откуда появилось оружие.

Отполированное лезвие зеркалом блестело в электрическом свете. Недлинный широкий обоюдоострый клинок.

– Я не Хан,– опять повторил Корвет.

И, шагнув вперед, сделал пробный выпад. Он не спешил.

Ласковин уклонился. Противник был хорош. Но между ножом и пистолетом – немалая разница. Пришло время испытать урок Зимородинского.

Еще один высверк стали. Ласковин отпрянул в сторону, сосредоточился и на третьей атаке выбросил вперед сложенные щепотью пальцы.

Удар получился совсем слабый. На лице Корвета промелькнуло удивление, но четвертый удар последовал незамедлительно. Снизу вверх, вспарывающий в живот. Ласковин выгнулся назад – нож промелькнул у самого лица – ушел в низкую стойку…

Нож выпал из руки лидера «тобольцев». Глаза его выкатились из орбит, пальцы впились в рубашку, разрывая ее на груди…

Ласковин «вытянул» остатки энергии. Ему даже не пришлось воспользоваться образами. Все вышло на удивление легко.

Андрей поднял нож и положил в ящик стола. А пистолет, поколебавшись, взял за ствол и аккуратно положил в карман куртки. Китайский дешевый ствол. «Одноразовый». Сделал дело и выбросил. Теперь он не сомневался, что Корвет не пугал, а действительно хотел его застрелить.

Рыжий еще стоял. Он мужественно боролся со смертью, но силы были неравны.

Ласковин посмотрел на него, понял, что конец вот-вот наступит, и открыл дверь в коридор.

– Эй! – позвал он.– Кто-нибудь, сюда! Из соседней комнаты выглянула круглая стриженая голова.

– Ну чего?

– Сюда,– изображая растерянность, крикнул Ласковин.– Быстрее!

«Тоболец», сообразив, что зовут не куда-нибудь, а к начальнику, медлить не стал. Ласковин посторонился… и «боец» замер с открытым ртом.

Корвет все еще стоял. Невероятно могучий организм. Но пальцы его уже не рвали одежду, а глаза ослепли…

«Тоболец» тупо глядел на своего начальника, потом вдруг резко развернулся к Ласковину.