Комбат. Олимпийский характер - Андрей Воронин

– Главное, что люди очень сильно пострадали… – заметил Комбат.

– И люди и дело… Теперь все по новой… А не знаешь, этот их главный ученый, Крышкин, как он?

– Он вроде ничего, – сказал Комбат, не став говорить, где сейчас находится Крышкин.

– Крышкин тоже сейчас в больнице? – с тревогой спросил Клычков.

– Кажется, нет… – произнес Комбат.

Клычков, не обращая никакого внимания на Комбата, сам себе налил и выпил одну за другой еще две рюмки и, даже не закусывая, вдруг заговорил горячо и страстно:

– Я тебе открою секрет. Там не просто фирменную водку делают. Там водку с секретом производят. Для повышения потенции. Для улучшения памяти. Или, наоборот, чтобы человек обо всем, что не нужно, забыл напрочь. В общем, чудо-водка. Представляешь, какой популярностью она на Олимпиаде будет пользоваться?! Но до того времени о ней никто знать не должен. А то, как узнают, сразу какие-нибудь американцы или китайцы идею перехватят.

– Если уже не перехватили… – пожал плечами Комбат.

– Нет, пока что все чисто. Мои люди все контакты этого Крышкина и его помощника Сергея отслеживают, – уверенно сказал Клычков.

– Слушай, мне особо трепаться времени нет, – сказал Комбат и попросил: – Может, дашь какой транспорт, чтобы мне назад добраться.

– Ну да, конечно. На моем микроавтобусе и поедешь. А то этот мой водитель молодой еще! Тебя привез, а ребят-то моих там оставил. Какого хрена, спрашивается?!

– Маски-шоу имеешь в виду? – уточнил Комбат.

– Ну да, – кивнул Клычков.

Комбат задумался, но не стал говорить о том, что они с Пышкиным положили практически всех добрых молодцев.

– Так я поеду, – сказал Комбат, поднимаясь.

– Мы так и не поговорили, – покачал головой Клычков.

– Поговорим еще, – кивнул Комбат, направляясь к двери.

Он спустился вниз, пожал руку Клычкову, сел в микроавтобус. И тут Клычков, который уже взошел на ступеньки, вдруг закричал:

– Эй, ты, водила, не забудь парней моих забрать! Нашу бесценную гвардию!

Водитель хотел что-то сказать, но Комбат опять уперся дулом пистолета водителю в бок, и тот звонко произнес:

– Конечно! Обязательно!

– Про эти маски-шоу, – в задумчивости сказал Комбат, – скажешь, что не знаешь, кто положил их. Понял?

– Чего не знаю, Пышкин, – пожал плечами водитель.

– Еще раз ласково прошу, – жестко повторил Комбат, – ты ничего не знаешь!

– Ну, это смотря как меня спрашивать он будет. Могу и проговориться, – заметил водитель.

– Только попробуй! – заметил Комбат. – Пышкина сюда не приплетай. Пышкину здесь еще жить и работать. Лучше на меня вали.

– Как скажете, – пожал плечами водитель. – На вас так на вас.

Глава 21

Псевдоним Тигр генерал ФСБ Петр Петрович Рыков взял себе еще во время службы на Дальнем Востоке. Тогда они провели несколько весьма успешных и действенных операций на китайской границе. Если говорить проще, это были обычные провокации. Но они позволяли советской стороне применить более жесткие меры и пойти в наступление. Все прошло настолько удачно, что он тут же получил повышение и кабинет в Москве.

В КГБ, а позже в ФСБ Тигра считали непревзойденным мастером провокаций. Многие операции были настолько засекречены, что вряд ли вообще когда-нибудь люди узнают правду. Теперь Тигр мог бы уже пойти в отставку, но террористическая угроза, которая постоянно напоминала о себе взрывами в метро, магазинах, на рынках и в других людных местах, открывала ему и его отделу широкое поле деятельности. Да и китайский след то и дело проявлялся там, где крутились большие деньги. Так что, в отличие от своего бывшего коллеги и друга Степанюка, Рыков, фамилию и имя которого подзабыли даже друзья, на пенсию пока что не собирался. Более того, начальство, понимая уникальность его способностей и возможностей, освободило его от так называемой текучки, и он в последнее время занимался исключительно эксклюзивными заданиями, выполнить которые могли только его ребята, внедренные и в террористические группировки и даже в механизм китайской мафии. Это были строго засекреченные агенты, связь с которыми поддерживалась очень сложным способом. Имел или не имел Тигр от проведения всех секретных операций какую-то личную выгоду, проверить было невозможно. Да это никому и не было нужно.

Должность и его теперешнее положение позволяли ему при желании проводить, ни с кем не согласовывая, и свои собственные операции. Они проходили под грифом «совершенно секретно» и контролировались только им самим непосредственно. И тут Тигр иногда позволял себе действовать на свой страх и риск. У него в отделе было несколько разумных и ответственных ребят, которые организовывали все по высшему разряду. Поскольку отдел специализировался на выполнении, как теперь модно говорить, эксклюзивных операций, техническое обеспечение было по высшему разряду. Оружие последнего образца, электромагнитные и просто электрические шокеры, самые разные подслушивающие и даже подглядывающие устройства, жучки новейших модификаций и, главное, люди, отлично обученные, владеющие практически всеми видами контактной и бесконтактной борьбы, иностранными языками, включая китайский, умные, выносливые, обаятельные. Единственное, чего не хватало этим аккуратным, исполнительным, как говорится, с иголочки, ребятам, так это жизненного и боевого опыта. Тигр всегда был не прочь взять в отдел кого-нибудь из ребят бывалых, тех, кто нанюхался пороху. Но он отлично понимал, что некоторые операции, особенно связанные с провокациями, которые должны дестабилизировать обстановку в том или ином регионе, такие агенты проводить могут отказаться. И в таком случае их придется убрать. Поэтому пока что Тигр довольствовался молодыми, неопытными, можно сказать, зелеными, но зато подкованными и исполнительными на все сто ребятами. Хотя даже когда они надевали камуфляж, выглядели так, будто были в костюме и при галстуке. Им не хватало импульсивности и страсти, без которых выполнить ответственное задание практически невозможно.

Однако, когда год назад его вызвали к начальству и поручили новое задание, оказалось, их опыт и их безупречный вид и олимпийский характер – как раз то, что нужно.

Для Тигра выполнение этого ответственного задания означало минимум пять лет никаких даже разговоров о пенсии.

В кабинете сидели трое. Все в штатском, один, похоже, иностранец. Но он неплохо владел русским языком. Тигр знал только одного, своего непосредственного начальника, человека без имени. Обычно все задания