По ком воют сирены - Александр Чернобук

— Не повезло! — резюмировал Никита, механически принимая документ. Его тут же забрал капитан и, бегло просмотрев, положил в папку с делом журналиста Кивалова.

— Это как на это дело посмотреть. С какой стороны. Отпечатков могло б вообще не быть. Они могли быть размазаны, стерты, убийцы могли, наконец, просто работать в перчатках. А так полдела сделано. Пальцы для идентификации есть. Осталось сравнить их с отпечатками нужных субъектов. Спасибо большое, Сигизмунд Альбертович! — Капитан пожал криминалисту руку. — Вы нам очень помогли. Очень. Еще раз извините, что в такое время попросили приехать на работу. Всего доброго.

— Успехов вам, молодые…. офицеры.

— Всего доброго! — попрощался Карпов и первым выскочил из кабинета. Вытащил сигарету, вспомнил, что в коридорах управления категорически запрещено курить, сунул ее за поломанное борцовское ухо.

— Что теперь, Витя? Где будем искать нужных субъектов?

— У тебя есть сомнения? Боишься, что они от нас уйдут?

— Нет. Но хотелось бы быстрее с ними познакомиться.

— Быстро только… Сам знаешь, что происходит быстро. Идем в кабинет, перекурим!

Они поднялись на два этажа, Серегин отпер дверь, и они расположились в креслах, жадно поглощая никотин.

— Так что теперь будем делать, Витя? Почти двенадцать. Без двадцати. Похоже, что все кроме нас или уже спят или отходят ко сну. Перекимарим и мы до утра? Часиков пять–шесть? — расширил свой вопрос Никита и, демонстративно потянувшись, зевнул.

— Сейчас. Как раз наступил момент для команды: «отбой!» — саркастически отозвался Серегин. — Цитирую нашего начальника, полковника Смирнова: «В вашем возрасте и при вашем звании, лейтенант, сон — роскошь непозволительная». Работать надо.

— Да? Вот оно как? — сделал «круглые» глаза Никита. — Я готов. С чем или кем будем работать?

— Напрасно иронизируем. Ты забыл о координации действий и взаимодействии со смежниками. Судя по общему шороху в городе, вокруг этого убийства, они тоже не теряли времени даром. Не должны были, во всяком случае. Теперь, когда надежда на отпечатки пальцев померкла, самое время навестить Генеральную прокуратуру.

— Угу. Именно. Самое время, — Недовольно буркнул Карпов. — Они там по второму сну уже видят. Каждый.

— Уверен?

— Стопудово!

— Может, «забьем»? — Серегин протянул раскрытую ладонь.

— Спорить я с тобой не буду.

— Почему так? Боимся?

— Субординация не позволяет, — выкрутился Никита.

— Жаль. Мне бы сейчас лишняя бутылка коньяка не помешала. Мама учила, что в гости ходить с пустыми руками неприлично. — Капитан поднял трубку и набрал номер. — Сереге привет! Пламенный. Да. Ждешь? Молоток. В смысле, молодец. Да. Интересное что‑нибудь есть? Даже так? Хорошо. Будет. Ну, тогда и ты готовь. Мы тоже день отработали не впустую. Уже выезжаем. Скоро будем. До встречи.

— Не может быть. Генеральная прокуратура не дремлет. — Карпов раздавил окурок о дно пепельницы.

— Может. Все может. — Серегин встал. — Поехали за списком.

— Бежевых «девяток»?

— За ним. За одно с прокуратурой мыслями поделимся. Серега следак путный. Да и парень ничего. Я рад, что он с нами контачить будет по делу Кивалова. Мы с ним уже пересекались… При определенных, несколько щекотливых, обстоятельствах. Так что, лейтенант, пузырь брать придется. И хороший. Не с руки…

— Про маму ты уже говорил, не повторяйся. Бутылку брать в пополаме будем? — вздохнул Никита и достал бумажник.

— Можешь взять сам.

— Нет уж. У вас, господин капитан, оклад больше. — Карпов пересортировал редкие купюры в обоих отделениях бумажника и обрадовано выдал: — Да тут еще и на пару пирожков останется!

— Вот видишь. Все в порядке. А ты нервничал. Только б мой «Фольксваген» на полдороге не стал.

— Мы же уже в городе. Если что, просто бросим его и возьмем такси. До Генеральной прокуратуры нас довезут бесплатно.

— Утешил. Спасибо, Никита.

— На здоровье, Витя. Пожалуйста.

— Знакомьтесь. Это Сергей Митехин. Самый толковый следователь Генеральной прокуратуры. Важняк. — Серегин театральным жестом, описав плавную дугу правой рукой, указал на владельца кабинета.

— Старший следователь, — поправил его высокий худощавый белобрысый парень лет тридцати пяти. На губах его блуждала легкая улыбка. — Уже давно, Виктор, старший следователь.

— Извини, Сергей. Исправляюсь. Старший следователь. А это мой напарник с дивным именем Никита. Фамилия его Карпов. — Капитан кивнул в сторону стоящего возле двери лейтенанта. — Большой оригинал и в некотором роде уникум.

— Очень приятно. Сергей. Толковый.

— Взаимно. Никита. Уникум.

Мужчины обменялись крепкими рукопожатиями.

— А это, — Серегин движением фокусника извлек из внутреннего кармана пиджака бутылку коньяка и поставил на стол Сергея, — наш третий товарищ, забредший к вам вместе с нами посредине ночи в гости. Он желает познакомиться с тремя изящными утонченными девочками. Я прекрасно помню, у тебя такие были.

— Ладно. Только дверь закрою. — Нахмурившийся было Митехин махнул рукой и, повернув «собачку» замка, извлек из стола три рюмки. — Надеюсь, ты их имел в виду?

— Точно. Это именно они. — Виктор открыл бутылку и разлил коньяк. — Давай за встречу, Серега. Нечасто это случается, к сожалению, в жизни. Сколько мы с тобой не виделись?

— Два с половиной года. За встречу. — Старший следователь поднял рюмку. — Мы с тобой тогда лихо эту команду спортсменов «отморозков» за забор упрятали. Главное, оперативно. Долго еще они куковать там будут. Срока, если я не ошибаюсь, от восьми до пожизненного были.

— Не ошибаешься. Было дело. Мы тогда что‑то в течение недели управились. — Серегин шумно выдохнул после приема алкоголя и снова взял бутылку. — Неплохой коньячок. Согласись.

— Согласен.

— Тогда еще по одной.

— Не возражаю.

— Хотя меня никто и не спрашивает, я тоже не против, — пробурчал Никита, поднимая наполненную рюмку.

— Это воспитываемая мной молодежь, — многозначительно поиграл глазами Серегин. — Мой ученик во всей своей красе. Так сказать, товар лицом.

— Тогда за молодежь. — Сергей растянул губы в улыбке и сделал приглашающий знак. — За их успехи.

— За тебя, Никита, как единственного, но полноправного представителя этой прослойки нашего общества. Только не зазнавайся. — Серегин опрокинул рюмку в горло и без всякого перехода поинтересовался: — Так чем там нас Генеральная прокуратура хотела удивить? По делу Кивалова? Это так, к разговору об успехах.

— Я понял, к чему это. А почему мы все стоим? Присаживайтесь. — Митехин отставил пустую рюмку и, обойдя стол, сел в свое кресло. Кивнул на стоящие возле стола оббитые дерматином полукресла. Достал из пачки сигарету, закурил. — Чем нам тут хвастаться? Рутина, бумажки. То ли дело у вас. Работа с людьми, на свежем воздухе. Погони, перестрелки, захваты… Масса всего интересного.