Два шага до катастрофы - Сергей Москвин

Он прекрасно понимал скепсис министра по чрезвычайным ситуациям. Предложенный план спасения сошедшего с орбиты искусственного спутника со сверхмощной термоядерной боеголовкой был чрезвычайно сложен и рискован, не говоря о стоимости подготовки и осуществления космического полета. Но этот план давал реальный шанс восстановить связь с неуправляемым космическим аппаратом и посадить его на Землю после семнадцати лет скитаний в космосе. Тем более что после того как американские астронавты провели ремонт своего «Шаттла» прямо на орбите, командующий космическими войсками верил в успех своих подчиненных.

Его вера передалась секретарю Совета безопасности. Он кивнул и спросил:

– Сколько вам нужно времени на подготовку такой экспедиции?

– Семь дней! – бодро ответил командующий космическими войсками. – По нашим расчетам «Зодиак» должен войти в плотные слои атмосферы через двенадцать суток, так что мы как раз укладываемся в сроки.

Секретарь Совбеза снова кивнул и, подводя итог затянувшейся дискуссии, сказал:

– Хорошо! Я доложу о вашем предложении президенту, а вы подготовьте необходимое обоснование. – Он внезапно прищурился и, пристально взглянув в глаза командующему космическими войсками, добавил: – И смотрите, чтобы ваши расчеты оказались верными.

– Чтобы не нагнетать панику, думаю целесообразно позаботиться о том, чтобы информация о «Зодиаке» не просочилась в СМИ, – переглянувшись с главой МЧС, подал голос министр обороны.

– Безусловно! – резко вскинул голову секретарь Совбеза. – Причем не только в СМИ! Иначе пострадает международный авторитет России! А мы не имеем права этого допустить! – Сурово посмотрев на каждого из присутствующих, он остановил свой взгляд на директоре Федеральной службы безопасности: – Полагаю, вы меня понимаете, Евгений Николаевич?

* * *

На улице уже начали сгущаться сумерки, когда Егоров наконец добрался до дома. В пустой квартире его никто не ждал: после развода жена с дочерью жили отдельно. Вот уже несколько лет, как они живут порознь, и, казалось бы, давно пора к этому привыкнуть, но отчего-то сегодня он чувствовал себя особенно одиноко. Сбросив пропитавшуюся потом одежду, Егоров прошел в ванную. Он долго стоял под душем, снимая с себя усталость и напряжение минувшего дня, потом вытерся полотенцем и, натянув плавки и спортивные штаны, вышел из ванной. Расстеленный на полу линолеум приятно холодил босые ступни. Несмотря на поздний вечер, есть совершенно не хотелось, и Егоров решил ограничиться чашкой зеленого чая и парой крекеров. Налив воды в электрический чайник, он уже собрался включить его, когда в прихожей надрывно прозвенел дверной звонок. Гадая про себя, кто бы это мог быть, Егоров вышел в коридор и, не включая свет, заглянул в дверной «глазок». На площадке стоял Александр Ватутин.

Открыв дверь, Егоров с удивлением взглянул на старого друга:

– Привет. Что случилось?

Александр молча протянул ему газетный сверток, в котором оказалась бутылка водки.

– Давайте, Андрей Геннадьевич, по христианскому обычаю помянем погибшего лейтенанта. Как его звали?

– Евгений Торопов, – ответил Егоров и посторонился, пропуская Ватутина в квартиру. – Заходи.

Пока тот снимал обувь, Егоров надел домашнюю рубашку, затем вместе с Александром прошел на кухню, нарезал хлеб, достал из холодильника сыр и копченую колбасу, открыл банку маринованных огурцов. Ватутин твердой рукой разлил по стопкам водку. Не садясь за стол, офицеры молча выпили и так же молча поставили рюмки обратно на стол. Егоров откусил кусок затвердевшего сыра, не ощущая вкуса, разжевал его. Ватутин вовсе не притронулся к закуске.

– Андрей Геннадьевич, расскажите: какой он был? – немного помолчав, попросил он. – Я ведь его совсем не знал. Даже познакомиться не успел.

Егоров тяжело вздохнул:

– Толковый парень. Вдумчивый, сообразительный. Отличного опера мы сегодня потеряли… А родители сына. Младший брат у него остался, в будущем году школу заканчивает.

– И девчонка, наверное, была, – добавил Ватутин.

Егоров покачал головой:

– Вот этого не знаю.

– Непременно была, – категорично заявил Александр. – Не может быть, чтобы у такого видного парня и девчонки не было. А какая-то гнида! – взмахнув рукой, Александр разрубил ладонью воздух. – Его убила. – Он требовательно взглянул на Егорова. – Выяснили, кто такая?

Тот кивнул:

– Эльза Макоева. Вдова чеченского полевого командира Магомета Макоева. С 2002 года разыскивается МВД Чечни за совершенные ею убийства двух женщин и трех детей, но, как видишь, безрезультатно. По оперативным данным, Макоева все это время находилась где-то за границей и вот теперь объявилась в Москве.

Ватутин нахмурился:

– Я помню Макоева. На его счету несколько терактов на железной дороге в Чечне и соседнем Дагестане, но в основном его банда занималась грабежами и убийствами мирных жителей. Мы дважды пытались взять его, но оба раза он ускользал. А несколько лет назад прошла информация, что свои же его и убили… Но вот про жену Макоева я ничего не слышал.

– Неудивительно, – ответил Егоров. – До того как скрыться, Эльза жила в доме мужа вместе с его родителями.

Ватутин удивленно посмотрел на него:

– Когда же она выучилась так стрелять? В перерывах между стиркой и уборкой?

– Думаю, что последние годы у нее был хороший инструктор, который и натаскал ее и чье поручение она вчера выполняла, – задумчиво произнес Егоров и в ответ на недоуменный взгляд Ватутина пояснил: – Так как Макоева скрылась вместе с полученными в банке деньгами, ее сообщников, которых задержали твои парни, пришлось отпустить. Они оба из группировки небезызвестного тебе Аслана Самедова. Сразу после освобождения они бросились к хозяину с докладом. Я послал к принадлежащему Самедову казино бригаду наружного наблюдения. И там парни с помощью лазерного микрофона записали их разговор, в ходе которого Самедов признался, что Макоева выполняла поручение зарубежного лидера чеченских боевиков. Примечательно, что сам Самедов и его люди знают Макоеву под тем же вымышленным именем, которым она назвалась, когда получала в банке деньги по фальшивому паспорту.

– Выходит, Самедов связан с зарубежным главарем духов! – горячо воскликнул Ватутин.

Но Егоров не разделил его уверенности.

– Вряд ли. Тот использовал людей Самедова только для отвлечения нашего внимания, значит, он не доверяет ему. Зато доверяет Макоевой, поэтому он и направил ее в Москву.

– Чтобы она сняла в банке предназначенные для боевиков деньги? – уточнил Ватутин.

Егоров снова задумался и спустя несколько секунд сказал:

– Если только она не специально подготовленный для работы в Москве резидент.

* * *

На памяти Дениса Ракитина еще не было таких дежурств. В центр управления то и дело заходили штабные офицеры за новой информацией о «Зодиаке», а подполковник Маркин беспрестанно куда-то звонил. После обеда и вовсе произошло невиданное: в КИК приехал порученец от самого командующего космическими войсками. Выслушав доклад Маркина, он задал пару вопросов Денису, приказал ему распечатать из базы данных файл со сведениями о «Зодиаке» и, забрав отпечатанные материалы, сразу уехал. Но несмотря на напряженность дежурства, к концу смены Денис вовсе не чувствовал себя усталым. Напротив, пережитое за день волнение требовало выхода. Лучшим способом снять стресс было завалиться дружной компанией в какой-нибудь бар. Денис знал в городе пару подходящих мест, где можно было от души повеселиться. Но вопрос упирался в компанию. Язвенника Волкова в кабак не пригласишь, а пить в одиночестве Денису не хотелось. Правда, был еще один вариант: подбить на это дело старого приятеля Олега, подвизавшегося на почве журналистики в столичных «Известиях».