Гнев ликвидатора - Александр Тамоников

– Да? Так, может, это сбой по всей сети?

– Скорей всего так и есть. Но это быстро устранят. Ребята там работают серьезные, да и фирма! Еще поговорите с супругой.

– Хорошо бы. А что вам у нас, собственно, надо?

Взгляд лейтенанта посуровел.

Капитан объяснил:

– Собственно, я хотел бы поговорить с капитаном Федорчуком.

– У вас повестка?

– Нет!

– Тогда по какому делу вы к нему?

– По делу ограбления «КамАЗа» и убийства водителя Куприянова.

– Вот как? Минуту!

Внутренний телефон работал. Лейтенант набрал двузначный номер:

– Георгий Степанович? Атарин. К вам посетитель по делу сгоревшего «КамАЗа». Понял!

Положив трубку, лейтенант потребовал:

– Документ, удостоверяющий личность, пожалуйста!

Капитан протянул офицеру паспорт.

Тот выписал пропуск. Вернул вместе с паспортом:

– Не забудьте отметить у следователя пропуск! Капитан в шестом кабинете, прямо по коридору!

Лейтенант вновь взялся за сотовый телефон. Но полчаса еще не истекли. Так что и эта его попытка дозвониться до роддома не увенчалась успехом.

Владимир же прошел в кабинет.

Встретил его симпатичный, рано постаревший доброжелательный мужчина:

– Здравствуйте, с кем имею честь?

– Здравствуйте! Лазаренко Владимир Семенович, родной брат по матери Куприянова Андрея Викторовича.

– Вот оно что?! Брат, значит, водителя, зверски убитого в лесу недалеко от поселка. Присаживайтесь!

Капитан сел на стул напротив следователя.

Федорчук закурил:

– Понимаю, Владимир Семенович, о чем вы хотите меня спросить. Но, к сожалению, ответов на ваши вопросы у меня нет. Я был на месте преступления спустя несколько часов после его совершения. Обычно в таких случаях мы, то есть следственная бригада, что-то находим, что в дальнейшем позволяет раскрыть преступление. Но случай с вашим братом исключительный. Нашу работу свел на нет неожиданно обрушившийся на район ливень. Так что осмотр места преступления ничего не дал. Ясно одно, вашего брата убили или на дороге, или в лесу, рядом с ней. Машину же отогнали к оврагу, есть там такой. У оврага груз, а конкретно коньяк, перегрузили в другую фуру. После чего «КамАЗ» вашего брата сожгли, а его тело вывезли глубже в лес, что раскинулся на противоположной стороне дороги. Там, извините, труп обезглавили. Зачем? Не знаю! Ни с одной стороны дороги, ни с другой, ни на самом дорожном полотне никаких внятных следов. Только грязь, указывающая на то, что грузовик с похищенным товаром свернул в сторону Партизана. Оперативно-разыскные мероприятия в поселке и окрестностях ничего не дали. Скажете, плохо работаем? Не соглашусь, но и не буду спорить!

Лазаренко тоже закурил:

– Я вас ни в чем не упрекаю, Георгий Степанович. Меня интересует другое: сами-то вы как опытный специалист наверняка предполагаете, кто мог убить моего брата. Не поделитесь соображениями?

Федорчук вздохнул:

– Зачем вам это? Решили поиграть в сыщика? Не советую. Опасная игра не для профессионала. И для профессионала тоже!

– И все же, Георгий Степанович. Мне говорили, что вы открытый человек. Правильный, справедливый.

– Интересно, и кто же это вам говорил?

– Константин Абрамов, знаете такого?

Капитан милиции внимательно и как-то особенно посмотрел на Лазаренко:

– Вы каким-то образом связаны с ФСБ?

– Не важно! Так вы поделитесь со мной своими соображениями по поводу убийства брата или нет?

– Ну, раз вы от Абрамова… хорошо! Хотя ничего, конечно, хорошего в этом деле нет. Я уверен, что ограбление автопоезда и как следствие убийство вашего брата связано с партнерством фирмы «Караван» в Демидовске и нашей, поселковой конторы «Трил». С этим же связано и убийство бывшего владельца «Каравана» Лученкова. Вы, наверное, слышали, что мы, оперативные работники, создаем, как правило, сеть информаторов из лиц, которым в свое время помогали получить минимальный срок, или вообще закрывали дела, если они не являлись серьезными. Так вот, по данным информаторов, Лученков с Молокановым задолжали «Трилу» приличную сумму! Рассчитаться решили коньяком. И все бы ничего, если бы Молоканов не метил на место Лученкова. В результате совладелец и заместитель Лученкова вступил в сговор с Барсуком, или господином Леоновым – владельцем «Трила», – смысл которого состоит в том, чтобы люди Барсука перехватили «КамАЗ» с коньяком. Чем поставили бы Лученкова в очень скверное положение. Но бывший директор «Каравана» мог отбить ситуацию. Тогда его решают убрать! Подставляя во втором случае охранника «Каравана», некоего Рудика. Таким образом, Молоканов становится единственным владельцем фирмы в Демидовске, а Леонов получает над ним полный контроль. В результате двойное убийство с ограблением и нанесением крупного материального ущерба и НИКАКИХ улик ни против Барсука с Коростой – его замом Коростенко, ни против Молоканова. Вот такие дела, Владимир Семенович! Это все, что я могу сказать по сути интересующей вас темы. К сожалению, ничего больше, кроме как поделиться с вами своими умозаключениями, основанными на данных осведомителей, которым нет оснований не доверять, я сделать при всем своем желании не могу! И никто не может.

Лазаренко спросил:

– А ваши осведомители? Они не могут стать свидетелями?

– Смеетесь? Никогда!

– Понятно! Еще несколько вопросов, если не против.

– Задавайте!

– Что собой представляют Рубец, Шурик, Синий и Потап?

Федорчук вновь внимательно, с нескрываемым интересом взглянул на капитана:

– Да, я смотрю, вы до встречи со мной время не теряли. И готов поспорить, что не просто имеете к ФСБ отношение, но и служите в данном департаменте. Названные вами лица – непосредственное окружение Барсука и Коросты, боевики, так сказать, владельцев «Трила». Вы упустили еще одного, некоего Жука. Он из той же братии.

– И белая «девятка» № … также принадлежит «Трилу»?

– Так вас уже пасут?

– Да! С автозаправочной станции, что на въезде в поселок.

– Это значит, вы встревожили Барсука. Что очень опасно, Владимир Семенович!

Лазаренко встал, подошел к зарешеченному окну:

– Опасность всегда сопровождает жизнь человека. От самого его рождения!

– С этим трудно не согласиться!

– Скажите, Георгий Степанович, как, по-вашему, инспектора ДПС Резунец и Мамонтов связаны с убийством брата?

– Возможно! Эти ребята имеют очень плохую репутацию.