Излом зла - Василий Головачев

– Объясните, что происходит, мужчины. Доброе утро, Василий.

– Доброе утро, призрак. Нас… – Вася не договорил, заметив в зеркальце заднего вида появившиеся в конце улицы «Вольво» и «Ниссан». – Ах ты, мама моя! Вот они!

– Кто? – не поняла Уля.

– Нас просчитали, – сказал Иван Терентьевич. – Кто – неизвестно, скорее всего спецструктуры из Москвы, Васины коллеги.

– Тамбовские волки им коллеги, – пробурчал Вася. – Командуйте, куда ехать, я Рязань знаю плохо.

– А тут близенько, – повел рукой Парамонов. – Сворачивайте за угол, на Подбельского, и сразу во дворик за пятиэтажкой. Дворик там очень уютный и тихий, приятно будет беседовать.

Вася хмыкнул, понимая, что сейчас проверяется его способность думать и держаться, выжал сцепление и поехал в указанном направлении. Он не сомневался в том, что преследователи их заметили, а не промчались мимо.

– А как же Кристина? – спросил Вася, сворачивая во двор за пятиэтажным кирпичным домом сталинской постройки – с колоннами по фасаду на всех этажах, с кирпичными столбиками балконов и резными фронтонами.

– Она сейчас придет, – сказала Ульяна и первой выбралась из машины, сосредоточенная на какой-то мысли.

– Оставайтесь в машине, Василий, – сказал Иван Терентьевич, следя за тем, как во двор въезжают, переваливаясь на неровностях дороги, темно-зеленый джип и «Вольво» с затемненными стеклами. – Мы справимся сами.

Он вылез из кабины и догнал Ульяну, остановившуюся посреди двора, у каменной беседки с неработающим фонтанчиком. Вася подумал, переместил кое-какое свое спецснаряжение из бардачка в карманы брюк и рубашки, выбрался из машины и облокотился на крышу, делая вид, что любуется погодой и дышит свежим воздухом.

Захлопали дверцы машин, из них стали выпрыгивать молодые люди в спортивных костюмах и джинсах, все – в куртках, несмотря на жаркий летний день, под которыми удобно было прятать бронежилеты и оружие. Вася напрягся, не понимая, что задумали Посвященные, все-таки силы были слишком неравными: четырнадцать человек, специально обученных и тренированных, против троих, двое из которых были явно некомбатантами, но, с другой стороны, сила людей Внутреннего Круга намного превышала психофизические возможности всей группы захвата, что и показали дальнейшие события.

Вася не сразу понял, что произошло: показалось – в голове лопнула бутылка с кипятком и ошпарила мозги. Затем, спустя какое-то время, пришла догадка: Посвященные атаковали преследователей в пси-диапазоне. Он сам не потерял сознание только потому, что обладал спонтанной защитой и кое-каким запасом паранормальных сил.

Все четырнадцать «спортсменов», уже развернувшиеся в цепь, начавшие операцию захвата, попадали на землю, роняя оружие. Уснули водители машин. Люди, находившиеся во дворе дома до подъезда спецмашин, тоже потеряли сознание, и двор превратился в «асфальтовое побоище», в цирковую арену, где был успешно проведен эксперимент по коллективному усыплению зрителей.

Когда во дворе появилась Кристина, Вася не заметил. С гудящей головой он подошел к Ульяне и Парамонову, кивнул на застывших спецназовцев.

– Сколько они будут находиться в таком положении?

– Часа полтора, – ответила Ульяна, вопросительно глянув на подошедшую Кристину.

– Там была еще одна машина, – сказала подруга Соболева, – очень красивая, серебристого цвета. В кабине двое, вот документ того, что сидел за рулем. – Она протянула красную книжечку с тисненым двуглавым орлом. Вася развернул ее и прочитал:

– Майор Хасан Мустафа Ибрагимов, Управление «Т» Федеральной службы безопасности.

– Вы его знаете? – спросил Парамонов, внимательно посмотрев на затвердевшее лицо Балуева.

– Знаю, – глухо ответил Вася. – Командир спецподразделения «Стикс». Это команда Ельшина, Иван Терентьевич. Но убей меня Бог, если я знаю, как они меня вычислили! Я сейчас вернусь…

– Не стоит, – мягко удержал его Парамонов. – Они уже не причинят нам вреда.

– У меня с ним свои счеты…

– И все-таки не стоит устраивать суд здесь. Он лицо подневольное, надо выходить на его начальников.

– Это он подставил меня в Грозном. – Вася шагнул было прочь, но уловил взгляд Ульяны и словно споткнулся об него. С усилием загнал гнев и ненависть в глубину души. – Черт с ним, пусть живет. Куда теперь, господа гипнотизеры? Надо линять, а то торчим здесь, как четыре тополя на Плющихе.

Ульяна улыбнулась, провела пальцами по его щеке и первой зашагала к машине. Вскоре они выехали со двора, где на земле лежали незадачливые оперативники «Стикса», а оторопелые жители дома, вышедшие по своим делам, с испугом разглядывали неподвижные тела.

– Куда? – спросил Василий, увеличивая скорость.

– В столицу, – ответил за всех Парамонов. – Но прежде переоденемся и соберем вещи. Спешить нам особо незачем.

«На шоссе не перехватят?» – хотел спросить Василий, но вместо этого проворчал, пытаясь разрядить обстановку:

– Даже обидно, что не дали подраться…

– У тебя еще появится такая возможность, – вздохнула Ульяна, не реагируя на шутку, и Вася понял девушку, да и всех остальных тоже: никому не хотелось резко менять образ жизни, но сама жизнь распорядилась иначе. И что ждет их впереди, не знал никто.