Легендарный Араб - Михаил Нестеров

* * *

Сместившись от дороги на десяток метров, Лев, уже не таясь, спускался к дому Хачирова. Самого Руслана он увидел пять минут назад, когда на повороте показался джип осетина. Лев в это время сидел в «Ауди», инстинктивно он вжался в кресло, поднеся ладонь к лицу. Но пассажиры джипа даже не взглянули на поравнявшуюся с ними иномарку. «Или Хачиров сразу не среагировал, — подумал Радзянский, — или Олег позвонил позднее оговоренного срока».

Так или иначе, задержка Руслана была на руку Арабу — не придется, как в случае с Поляковым, дергаться в ожидании и отсиживаться в кустах.

Осетин был в машине не один. На заднем сиденье устроился кавказец лет двадцати пяти, приблизительно такого же возраста и внешности был и водитель. Выходит, в доме сейчас осталось только двое бандитов. То, что убитый чеченец сказал правду, Араб не сомневался. По многолетнему опыту он знал, что, когда к твоему виску приставлено дуло пистолета, тело нестерпимо ломит от горячего свинца, а боль от сломанных пальцев раздирающими толчками отдается в голове, скажешь даже то, о чем раньше никогда не слышал.

Лев остановился, определяя направление ветра. Против правил, ему не нужно было подходить к дому с наветренной стороны. Он отвинтил крышку с тюбика и выдавил немного маслянистой синтезированной жидкости с запахом суки на ботинки, а сам тюбик бросил в кусты, к забору. Потом туда полетел камень, заставивший зашуметь листву.

Только один из псов, оглянувшись на звук, коротко гавкнул. Его чуткого носа коснулся дурманящий запах, и он пустился к забору, навострив хвост. За ним последовал другой кобель.

— Умницы, хорошие мальчики. — Лев подтянулся и, оглядывая двор и стараясь не делать резких движений, перелез через забор. Взведя курок пистолета, он медленно пошел вдоль стены к входной двери. Окна на первом этаже были достаточно высоко, и Арабу даже не пришлось пригибаться. Собаки, как на привязи, следовали за ним.

Поравнявшись с дверью, Радзянский не стал ничего изобретать. Он действовал согласно обстановке, рассчитывая на помощь псов. Дубовая дверь легко подалась. Араб осторожно опустил взведенный курок, а палец убрал на предохранительную скобу, чтобы во время удара рукояткой пистолет не выстрелил. Он вжался в стену. При открытой двери его не было видно, только собаки суетились в проходе и чуть слышно поскуливали. И если в прихожей или в коридоре находится один из охранников, он обязательно подойдет. Вряд ли он насторожится — собаки не лают, а дверь мог открыть сквозняк.

Лев поднял руку, готовый в любую секунду нанести удар рукояткой «ТТ», и напряженно вслушивался.

Десять секунд...

Двадцать...

Когда прошло полминуты, Радзянский снова взвел курок и заглянул в прихожую, которая кончалась широкой аркой, ведущей в холл. Его взору предстала часть лестницы, уходящей на второй этаж, и угол двери столовой. Остальная часть холла открывалась перед ним по мере продвижения. Если охранников нет в холле и столовой, скорее всего они находятся на втором этаже. Именно там, в одной из комнат, по словам Олега, и содержат пленницу. Да, видимо, они наверху.

Оглядываясь на лестницу, Радзянский толкнул дверь в столовую, в туалет; еще за одной дверью скрывался вход в подвал, но там было темно.

Он передвигался бесшумно, но собаки продолжали поскуливать и стучать когтями по паркету. Странно, неужели наверху их не слышат?

Араб проверил еще одну комнату, где Хачиров в течение получаса беседовал с Грязновой. Помещение было обставлено роскошной современной мебелью и окнами выходило во двор. Легкая тюлевая занавеска не мешала разглядеть ухоженный сад с пышными азалиями и канадскими елями, которые, как на посту, высились у ворот. И в очередной раз взору предстал его «БМВ»; но выглядел он в глазах Араба жалко, как пленник. Неизвестно, кому он достанется, только Руслану на нем не ездить.

Лев оставил богатые апартаменты Хачирова и ступил на первую ступеньку лестницы. Потом передумал, спрятавшись под ней. Места было достаточно, чтобы стоять в полный рост. Он снял туфли и один за другим бросил в стену. Если и этот шум не привлечет внимания охранников, подумал Араб, освобождаясь от опеки псов, остается предположить, что стражи находятся в комнате с пленницей при закрытых дверях. Там же, наверное, и жена Скачкова.

* * *

— Тсс! — Грязнова подняла палец и приникла ухом к двери.

— Что там? — шепотом спросила Лена, подходя ближе.

— Погоди, не мешай, — сморщилась следователь. — Про собак, что ли, говорят, не пойму... Какой-то ботинок терзают...

Людмила вздрогнула и отпрянула от двери, когда внизу раздался громкий выстрел и вслед за ним еще один. Она была бледна, ставшие в одну секунду фиалкового цвета губы подрагивали. Встретившись взглядом с подругой по недоразумению, следователь нашла в себе силы выговорить:

— Это твой палит...

— Почему мой?

— Потому что мой обычно кулаками...

Ее излияния прервали очередные выстрелы, прогремевшие, как показалось, громче первых.

* * *

Ачемез Бостанов остался наверху, Алексей Чистяков, обнажив ствол, осторожно спускался, глядя не под ноги, а на собак, которые, припав на передние лапы, терлись мордами о туфли Радзянского.

— Чего они делают там? — раздался голос сверху.

— Черт их знает... — Ноги Чистякова оказались прямо над головой Араба, и он видел их в просвете лестницы. — А-а... Какие-то ботинки грызут, сволочи!

— А как они попали сюда? — На сей раз голос Ачемеза прозвучал с облегчением.

— Как-как... Дверь настежь. — Алексею оставалось пройти две ступеньки, чтобы ступить на паркет холла. Именно с этого места он и мог увидеть открытую дверь.

— А чьи ботинки, Руслана? — спросил Бостанов.

— Откуда я знаю?.. Пошли выгоним собак. — Чистяков шагнул в холл и при повороте головы мог заметить скрывавшегося под лестницей человека.

Все, медлить нельзя. С шагом в сторону, покидая временное убежище и выдавая себя, Радзянский произвел точный выстрел в голову Чистякова. Для того чтобы снять второго (Ачемеза скрывала лестница), нужно сделать еще один шаг в ту же сторону и повернуться на девяносто градусов. В таких случаях профессионалы, дабы не запутаться в собственных ногах, предпочитают более сложный, он же наиболее эффективный прием: шаг в сторону с дальней ноги и одновременным разворотом. Что Араб и сделал, мгновенно крутнувшись вокруг своей оси и фиксируя ствол на застывшей фигуре охранника. Выстрел.

Лев действовал молниеносно. Два выстрела в Бостанова и Чистякова прозвучали с интервалом чуть больше секунды. Лет десять назад он уложился бы в более короткий промежуток времени, но и сейчас остался доволен результатом: Чистякова уже не надо дырявить, пуля попала ему в голову над левым ухом, а Бостанов был серьезно ранен в левую половину груди.

Араб еще дважды нажал на спусковой крючок пистолета, и в доме повисла мертвая тишина.