Подарок девушки по вызову - Михаил Серегин

— Ну что, подруга, как там тебя зовут, опять забыл?

— Катя.

— Зам-м-мечательно…

Пошатывающийся Илья ткнулся головой в раковину и пустил воду, а потом перевел взгляд на стоящую возле стены буквально в шаге от него девушку.

Одну из тех двух, которых подцепил Кропотин, а вернее, которые сами подцепили Кропотина.

После того, что было принято в течение вечера и уже минувшей части ночи, она показалась ему очень даже ничего. И не играло роли, что они находились в запертом женском туалете, в дверь которого уже ломились жаждущие облегчения и утешения посетительницы «Полишинеля».

Ничто уже не играло роли. Забыто все!

Из соседней кабинки раздавались звуки, которые легко можно было квалифицировать: такие часто насыщают саунд-трэк старой доброй немецкой или шведской порнухи.

В кабинке находилась вторая девушка и с ней… нет, не Влад. Тот никогда не опустится до таких тинейджеровских забав — все-таки солидный пост и тридцать два года. Хотя Влад всегда был человеком неожиданным.

Там Кропотин. Парень определенно делает успехи. После армии ему куда больше везет на девушек.

Илья вспомнил Леру и горько засмеялся. Везет.

Ничего себе везет, первая же особа женского пола — и та, по всей видимости, ВИЧ-инфицированная.

Если это так, а Дима еще и не предохранялся, все может кончиться трагически.

Катя подошла к нему, пошатываясь и виляя бедрами, вскинула руки на плечи и прямо-таки впилась губами в шею. Такая маленькая и такая развращенная, подумал было Илья, но выросший до критического звучания нестройный гул женских голосов отвлек его спутавшиеся мысли в другое русло.

— Что за суки там засели?

— Открывай, бля!

— Да что же мне.., охрану вызывать, что ли?

— В-в-в… Шалавввы!

Внезапно бабский вой смолк, и мощный удар потряс дверь до основания. Она отлетела, вывороченная вместе с петлями — настолько силен был этот удар, а в туалет ввалились два здоровенных молодца, в одном из которых Илья незамедлительно признал Винникова — он же Винни-Пух. Было непонятно, чем вызвано такое скорое появление братвы на горизонте больших и малых нужд. Уж наверняка не о судьбе страждущих гражданок они радели.

— Вот он, Дамир! — воскликнул Винни и указал пальцем на притиснутого к стене Илью. — Я же говорил, что эти козлы свалили в сортир с телками.

Дамир, плотный смуглый молодой человек в расстегнутой на три верхние пуговицы темно-синей джинсовой рубашке, из-под которой кучерявились завитки густых и вьющихся, словно каракуль, черных волос, неспешной кавалерийской походочкой приблизился к Илье и прижавшейся к его плечу девушке. Кавалерийской походку Дамира стоило назвать уже хотя бы потому, что обе его нижние конечности, с достоинством шаркающие по кафелю, были столь удручающе кривы, что так и хотелось крикнуть: «Конница Буденного!..» — и далее по тексту.

Впрочем, едва ли эти мысли могли прийти в голову если не испуганному, то изрядно обеспокоенному Илюхе, невольно поежившемуся под пристальным и невозмутимым взглядом маленьких черных глаз Дамира.

— Што, сука, девушэк любищ? — с недоброй блуждающей улыбкой, открывшей великолепные белые зубы, проговорил он. — «Антонелла».., звонищ? Это ты напрасно, дорогой, затеял. Особенно если патом спрашиваещ про Симонова. Зачем лэзещ не в свое дэло?

— Да я…

— А где второй? Умотал уже, щто ль?

Одним движением он отшвырнул дрожащую малолетку, даже не удостоив ее взглядом, и подошел к Илье вплотную. Тот не успел даже глазом моргнуть, как кулак кавказца коротким неуловимым движением пришел в соприкосновение с его солнечным сплетением, и невыносимая боль пронизала, скрутила, спеленала младшего Свиридова. Сложившись вдвое и подломив колейи, он повалился на пол, задыхаясь и ловя воздух широко раскрытым ртом, и тут же второй удар — прямой в голову — отшвырнул его к окну, и Илья ударился лбом о холодный радиатор центрального отопления. Перед глазами замутилась и полыхнула тошнотворная кутерьма, Илья сполз по батарее лицом на пол и почувствовал разбитыми губами холодный кафель…

Вероятно, третий удар заставил бы его потерять сознание, но его почему-то не последовало. Ему почудились глухие звуки ударов, обрывистые хриплые ругательства, а потом чьи-то руки подняли его и рывком поставили на ноги.

Илья открыл глаза и увидел перед собой хмурое лицо Кропотина с разбитой левой бровью и распухшей нижней губой. Правая рука Димы лежала на плече Ильи, суставы были разбиты в кровь. В точно такую же кровь, как та, что тонким алым росчерком отметила левую щеку Кропотина, точно такую же, приторный солоноватый вкус которой Свиридов-младший чувствовал на собственных, разбитых при падении губах.

Но это была еще не вся кровь.

У самого входа с разбитой головой лежал Дамир.

Возле него валялось тяжелое мусорное ведро. Оно лежало на боку, содержимое высыпалось, и тонкая струйка крови из рассеченной головы кавказца подтекала под кучку мусора.

В углу, прямо противоположном тому, близ которого лежал Илья, копошился, пытаясь подняться, здоровенный парень. Он стоял на четвереньках и тупо, по-собачьи, крутил бритой головой, отчего на толстенной шее образовывались внушительные складки. В иной ситуации это выглядело бы забавно, но теперь с зависшего в двадцати сантиметрах от пола лица Винни — разумеется, это был он, — на белый кафель падали крупные капли крови, растекаясь бесформенными пятнами величиной с пятирублевую монету, а в расширенных глазах Ильи Свиридова эти алые пятнышки казались гибельным предзнаменованием еще худшего…

— Скорей уматываем отсюда! — подтолкнул его Кропотин. — Некогда глазеть. И вы — марш отсюда! — прикрикнул он на девчонок, которые намеревались приятно провести время, а вместо этого попали словно бы на съемки боевика «Кровавая мясорубка в сортире-III».

Они проскользнули мимо уже приходящего в себя Винни, мимо позабывших, зачем, собственно, явились сюда, посетительниц литеры "Ж", столпившихся перед вывороченной дверью, и бросились в зал, на ходу вытирая кровь — Кропотин носовым платком, а Илья подолом рубашки.

— Но как же так? — бормотал Илья.

Они нашли Свиридова за тем же столиком. Он мило беседовал с какой-то девушкой, с которой, очевидно, познакомился только что.

— Влад! — задыхаясь, Кропотин, хватая расслабившегося брата за рукав, который затрещал и едва не порвался. — Там эти…

— А? — буркнул тот. — Что?

В этот момент его взгляд упал на разукрашенное синяками и кровоподтеками распухшее лицо Ильи, и он недоуменно скривил губы.

— Что за черррт? — проговорил он.

— Гораздо хуже, — ответил уже несколько оклемавшийся и пришедший в себя Дмитрий, — не черт, а церетелиевская служба безопасности.., твои милые подчиненные. И настроены они отнюдь не доброжелательно.