Блондинка в Праге - Наталия Левитина

Я остановилась у крошечной кондитерской, в облаке соблазнительного запаха ванили и жареных орехов. На виду у прохожих женщина готовила сладкие трубочки, наматывая спиралью жгуты теста на металлические цилиндры. Цилиндры вращались над грилем. Когда спиральные трубочки подрумянивались, женщина снимала их, обваливала в сахаре и ореховой крошке и складывала в корзину, выставленную на витрине. Одна трубочка стоила пятьдесят крон. Мне с трудом удалось прочитать название этого кондитерского шедевра:

– Трд… Дрт… Трдельник?

– Да, да, – закивала кондитерша. И добавила на хорошем русском: – Это от слова «танцевать». Вы посмотрите, как они вертятся! Словно танцуют.

О, да, чудесные трубочки-«трдельники» будто кружились в танце, точно так же, как это делала Натка на новогодней ёлке в детском саду, когда исполняла роль снежинки. Она кружилась, подняв вверх маленькие ручки, её воздушная белая юбочка взлетала вверх, а я смотрела на мою снежинку и сглатывала подступавший к горлу ком…

Только трубочки вращались в горизонтальной плоскости.

Я не смогла избежать соблазна, купила одну. Было страшно подумать, сколько калорий сейчас в меня попадёт. Пятьсот, не меньше: сладкое сдобное тесто плюс сахарная пудра плюс молотый арахис! Дома я ни за что не решилась бы на этот акт вандализма в отношении собственной фигуры. Но здесь, в сказочном городе под красными черепичными крышами, где я находилась совсем недолго, почему-то не покидало ощущение праздника. А в праздник можно и расслабиться…

Мимо текла полноводная река туристов, наполняя воздух многоязычной полифонией. Стучали по мостовой копыта лошадей, чьи уши и хвосты были украшены красными ленточками, а сбруя – металлическими клёпками. Отовсюду доносился смех, то тут, то там я видела пожилые парочки англичан или немцев, которые шли, держась за руки… Смотрела на них с изумлением. Что это – преданность и нежность, пронесённые сквозь годы? Да глупости! Просто старички работают на публику. Хотя… зачем в их возрасте пускать кому-то пыль в глаза? Нет, они работают вовсе не на публику, они сами себе пытаются доказать, что по-прежнему влюблены… А уж это – полный бред, не смешите меня! Да, я готова согласиться, что существует настоящая любовь. У меня она была. Это как вспышка – ослепляющая, но кратковременная. А после – опустошение, горечь, разочарование. И вечный страх, что кто-то вновь заставит тебя испытать подобную боль…

Ладно, не буду цепляться к старичкам. Нравится им ходить парочками и за ручку – вэлкам! Тем более, своим видом они вносят вклад в атмосферу всеобщего веселья и ликования. Эта атмосфера радости, как я уже поняла, является визитной карточкой Праги. Мне и самой почему-то хотелось улыбаться – вот так, без всякого повода!

…Везде шла бойкая торговля, в маленьких магазинчиках продавались деревянные марионетки, фигурки бравого солдата Швейка, магниты на холодильник, футболки, украшенные воплем «Люблю Прагу!», богемский хрусталь, кристаллы Сваровски, драгоценные украшения – гранат в золоте – и так далее…

Я завернула за угол и с удивлением увидела справа по курсу стеклянные двери и вывеску того самого отеля, откуда сегодня днём поспешно ретировалась. Бежала сломя голову, как Наполеон из Москвы.

Ах, вот оно что! Выходит, Игорь постарался максимально облегчить мою миссию и забронировал для меня номер в отеле, расположенном по соседству с гостиницей Зарницкого.

Жаль, затея не удалась. Карты спутало пушистое ковровое покрытие. Да, было бы удобно жить неподалёку. А так мне придётся вечером или ловить такси, или ковылять на шпильках до автобусной остановки.

Кстати, шпильки! Почему я не поменяла их на балетки, едва вышла из отеля Зарницкого? Надо сделать это прямо сейчас, иначе…

Не успела я подумать об этом, как моя нога подвернулась, и я полетела вперёд – прямо на какого-то лысого мужика.

Незнакомец крепко обхватил меня, не позволив свалиться на тротуар, и воскликнул:

– Осторожно!

– О-о-о, – ошарашенно пробормотала я. – Вы меня спасли! Только руки убери. Чего вцепился?

Но спаситель не торопился размыкать объятья. Он смотрел на меня и улыбался, а я почему-то протестовала лишь на словах. А потом и вовсе притихла. Сразу сообразила: равновесие я потеряла очень удачно, так как фортуна бросила на моё спасение интересный экземпляр.

Мужчина был не так чтобы очень хорош собой, но высок и широкоплеч. Броня мускулов защищала его, я ощущала твёрдый живот и каменные бицепсы. Я как завороженная смотрела на гладко выбритый подбородок и четко очерченные губы – как раз на уровне моих глаз. Чувствовала лёгкий аромат туалетной воды, смешанный с запахом хороших сигарет, и со мной что-то происходило… В голове гудел ветер, а в груди томительно и сладко вибрировала тонкая струна, натянутая до отказа…

Когда меня в последний раз так крепко и надёжно обнимал мужчина?

Я не помню! Судьба не позволяла мне быть слабой. А сейчас я оплывала и таяла, как мороженое, в руках незнакомца. Грудная клетка шириной с футбольное поле – как приятно на ней затеряться, воображая себя малышкой!

Бритый череп и обилие мышц делали его похожим на киношного бандита. Но взгляд – умный, насмешливый – возводил в ранг профессора университета. Конечно, это фантазии, никакой он не бандит и не профессор.

– Вы русский? – промямлила я.

Надо собраться. А то он увидит, как я расплавилась от одного прикосновения, и вообразит невесть что. Тут нечего воображать. Да, хочу секса, у меня его не было целую вечность, и поэтому я вспыхиваю от любого неосторожного прикосновения. Но вовсе не мечтаю, чтобы это желание было красными буквами написано у меня на лбу.

Господи, он отпустит меня или нет?

Спаситель наконец-то ослабил хватку, и я едва удержала разочарованный вздох. Не хочу, чтобы он меня отпускал! Я хочу заняться с ним сексом прямо сейчас. Может быть, мы просто ляжем на брусчатку? Она нагрета солнцем, я уже чувствую лопатками её тепло и твёрдость… Получаса дикого секса – словно скачки по прериям на мустанге – мне вполне хватит.

«Лена! Приди в себя! Ты с ума сошла!» – мысленно проорала я.

– Да, русский, – отозвался незнакомец.

– Путешествуете? – я постаралась поддержать светскую беседу. А думала лишь об одном: как хочется вернуться в его объятия, вновь прилепиться к каменному торсу, врасти каждой клеточкой. Пусть ненадолго…

Я превратилась в русалку, плавающую в бассейне с горячей водой. Обжигающие волны омывали меня, а хвост ритмично дёргался, преодолевая сопротивление воды, и каждый толчок отзывался внизу живота мучительной и сладкой болью…

– Работаю. В командировку приехал.

О чём это он? А-а, мы, типа, знакомимся…

– Владимир.

– Что? – промямлила я. Всё ещё боролась с горячими волнами и плохо соображала. – А?

– Как вас зовут?

– Елена.

– Елена Прекрасная, – уточнил Владимир. – Можно и так. – Надо же какая удача! Прямо посреди улицы поймал роскошную жарптицу.