Влюблен и очень опасен - Владимир Колычев

Настя заметно нервничала, но агрессия уже почти сошла на нет.

– Что с Юлькой? – кусая ногти, спросила она.

– С ней все в порядке, – строго, но без раздражения ответил Каховцев. – Ее отправят в частную клинику, будут лечить от наркомании. Кстати, я бы хотел поговорить с тобой об этом.

– О чем поговорить?

– Ты принимала экстази. Ты прекрасно знаешь, что это такое.

– Один раз – не контрабас.

– Один раз, и ты уже не девочка! – сорвалось вдруг у Каховцева с языка.

– Что?! – краснея, истошно протянула Настя.

– Извини!

Кирилл Дмитриевич спохватился, но было уже поздно. Вздорно вскинув голову, дочь повернулась к нему спиной и спешным шагом направилась в свои апартаменты.

– Зачем ты так? – с упреком спросила Инга.

Она вышла из сумрачного коридора, соединяющего главный холл с каминным залом. Каховцев невольно вздрогнул от неожиданности. И от страха. А если бы это был киллер? Он бы тогда выстрелил в спину, и все. Впрочем, откуда в доме взяться киллеру? Все под контролем.

– Ты что, подслушивала?

– Да.

Она взяла мужа под руку и повела в зал.

– Нельзя так с женщиной, – тихо сказала она.

– Сам знаю, – досадливо поморщился он. – Просто сорвалось. И с чего ты взяла, что Настя женщина? Сама домыслила? – беспокойно прибавил Каховцев.

– Да, сама поняла. Но после разговора с ней, – торжествующе улыбнулась Инга.

И украдкой глянула в сторону лестницы, откуда могла спуститься Настя.

– Что?

– Да мы с ней поговорили. Пока ты был занят делами.

– Ты?! С ней разговаривала?!

– А что здесь такого? Женщину может понять только женщина. А она искала совета.

– Вы помирились?

– Да.

– Нет худа без добра.

– Боюсь, это ненадолго – ты меня подставил, – ухмыльнулась Инга.

– В плане?..

– Ну, ты намекал на ее первый раз. Теперь она будет думать, что это я рассказала тебе. Она, конечно, не говорила про этот первый раз. Но и не отрицала. Она должна была понять, что я догадалась.

– А сам я догадаться не мог?! Она провела ночь с мужиком! С каким-то уродом!

– Ну, не красавец, но ведь это не значит, что он урод. Нормальный парень. И она, кажется, влюбилась. Она искала совета, что ей делать.

– И что ты ей сказала?

– Слушать волю отца и поступать только так, как он велит.

– Ты умная женщина, – похвалил ее Каховцев.

– Ты что, поверил мне? – возмущенно удивилась Инга. – Может, я и не умная, но уж точно не глупая. И я не могла ей дать такой дурацкий совет. Слушать волю отца... Я что, по-твоему, похожа на девушку из Средневековья? Неужели я хочу, чтобы Настя держала меня за дуру?

– И чем плоха моя воля? – хмурил брови Кирилл Дмитриевич.

– Она хороша для твоих подчиненных. И для меня. Но не для дочери. Возраст у нее такой – все поперек делать. И заставь ее слушать тебя, она будет делать наоборот. А меня она может послушать, – загадочно улыбнулась Инга. – Потому что хочет со мной дружить... Теперь она по-другому ко всему относится. И ей уже все равно, что я с тобой. Девочка влюбилась.

– Плевать мне на ее любовь! – скривился Каховцев. – Может, она уже и замуж собралась? Будет ей любовь!

– Давай, давай, закручивай гайки, пока резьба не лопнет. Хитрей нужно быть.

– И что ты предлагаешь? – с интересом посмотрел он на жену.

– Сыграть на ее характере. Притворись добрейшей души папашей, вознеси Марка до небес и требуй от Насти, чтобы она вышла за него замуж. Требуй!.. Утверждать не берусь, но, возможно, именно поэтому она и отвернется от него. Ментальность у нее сейчас такая: хорошо все, что против тебя. Тем более Марк этот далеко не красавец. Она даже сама не знает, что в нем нашла. Это своего рода интрига, и чем больше ты будешь противиться ее желаниям, тем крепче она будет стоять на своем. Но ты можешь эту интригу разрушить. Навязывай ей Марка, сделай так, чтобы он стал ей противен.

– Что ж, мне нравится твоя идея. А Марк не нравится. Может, он и ей уже разонравился? – с надеждой предположил Кирилл Дмитриевич. – Про свою Юлю она спрашивает, а про него нет. Ее уже не волнует, что я мог с ним сделать.