Те, кто в опасности - Уилбур Смит

«Теннисные мячи? — спросил он себя и почувствовал острый приступ желания, напряжение в паху. — Даже на такой скорости она держится наравне со мной. Совсем неплохо!»

Он сдержанно рассмеялся.

— Поделитесь шуткой, майор, — предложила Хейзел, по-прежнему небрежно, без тени усилия.

«Чертова баба, — подумал он. — Она слишком хороша. Таких не бывает. Интересно, в чем ее слабость».

— Школьный анекдот. Вам он не покажется смешным, мэм.

— Бегите рядом со мной, майор. Мы сможем поговорить.

Он продвинулся вперед и побежал плечом к плечу с ней, но Хейзел молчала, вынуждая его заговорить первым.

— При всем моем уважении, мэм, я больше не майор. Я предпочел бы, чтобы вы называли меня просто Кросс.

— При всем моем уважении, Кросс, — ответила она, — я не английская королева. Можете перестать называть меня «мэм».

— Конечно, миссис Бэннок.

— Я прекрасно знаю, что у вас больше нет воинского звания, Кросс. Это напомнило мне, почему вас выгнали из армии. Вы застрелили трех военнопленных, верно?

— Разрешите поправить. Меня не выгнали. Военно-полевой суд оправдал меня. Я написал заявление и был с почетом отправлен в отставку.

— Но ведь пленные все равно были мертвы, когда вы с ними покончили, не так ли?

— Непосредственно перед этим они, подорвав бомбу возле дороги, убили шесть моих товарищей. И хотя эти люди подняли руки, бросив смертоносный провод, они все равно активно проявляли враждебность. Когда один из них потянулся к тому, что я принял за пояс смертника, мне некогда было проверять. В пределах досягаемости взрыва находился весь мой взвод. Всем угрожала опасность. У меня не было выбора. Только пустить этих людей в расход.

— Когда тела осмотрели, поясов на них не нашли. Так было доложено военно-полевому суду. Разве я неправа?

— Я не имел возможности обыскивать пленных. На то, чтобы принять решение, у меня была всего одна сотая секунды.

— «В расход» — иносказание, которым обычно прикрывают убийство.

Она сменила направление разговора.

— На языке военных у этого слова другой смысл.

— Пускать в расход черномазых? — предположила она. — Резать мусульман?

— Слова выбирали вы, миссис Бэннок, не я.

Они еще десять минут бежали молча. Потом она сказала:

— С начала службы в «Бэннок ойл» вы участвовали в нескольких инцидентах со смертельным исходом.

— Точнее, в трех, миссис Бэннок.

— И в этих трех случаях вы с вашими подчиненными убили две дюжины человек. Все жертвы были арабами?

— Точнее, их было девятнадцать, миссис Бэннок.

— Я почти угадала, — сказала она.

— Прежде чем мы продолжим, позвольте заметить, что эти девятнадцать человек собирались взорвать установки «Бэннок ойл».

— Вам не пришло в голову арестовать их и допросить, чтобы убедиться, действительно ли они террористы? — спросила она.

— Такая мысль приходила мне в голову, миссис Бэннок, но в тот момент все они стреляли в меня и не проявляли склонности к вежливым беседам, — сказал Гектор, и на этот раз его губы едва заметно насмешливо дернулись.

Он уже достаточно познакомился с Хейзел, чтобы знать — это взбесит ее. Некоторое время она бежала молча, потом собралась с мыслями, чтобы снова напасть. И продолжила:

— Скажите честно, Кросс: как вы относитесь к людям с более темной кожей, чем ваша?

— По правде сказать, миссис Бэннок, мне все равно. Я враждебно отношусь к говнюкам белым, с такой же кожей, как у меня, и к говнюкам черным. Но хорошие белые и хорошие черные одинаково пользуются моим глубоким расположением.

— Выбирайте выражения, Кросс.

— Конечно, миссис Бэннок. Как только вы прекратите свои остроумные намеки.

— Хорошо, Кросс. Скажу прямо. Я считаю вас кровожадным расистом, и вы мне не очень нравитесь.

— Мистер Бэннок думал иначе, подписывая мой договор с «Бэннок ойл».

— Я знаю, что муж гораздо больше ценил вас и ваши способности, но еще он голосовал за Бушей, отца и сына. Генри Бэннок не был совершенством.

— Вы, конечно, голосовали за мистера Клинтона и мистера Гора?

Пропустив вопрос мимо ушей, она продолжала:

— Я заметила ваш тонкий намек на договор с «Бэннок ойл», Кросс. И внимательно прочла этот документ.

— Тогда вы знаете, что расторжение договора обойдется вам недешево.

— На данной стадии никто не говорит о расторжении договора, в особенности договора, одобренного моим мужем. Но я не спущу с вас глаз. Постарайтесь при мне пускать в расход не слишком много черномазых.

Завершив пробежку, она отвернулась от него, коротко бросила:

— Спасибо, Кросс, — и, посмотрев на часы, направилась к зданию.

— Миссис Бэннок. — Он заставил ее остановиться и оглянуться. — Нравлюсь я вам или совсем наоборот, но, когда я вам понадоблюсь, когда вы будете отчаянно нуждаться в моей помощи, я буду рядом. Хотя бы потому, что ваш супруг был хорошим человеком. Люди лучше Генри Бэннока встречаются редко.

— Будем надеяться, что мне никогда так отчаянно не понадобятся ваши услуги.

Она отпустила его. Через двадцать минут ей предстояла последняя встреча с Симпсоном, потом на вертолете лететь в Сиди-эль-Разиг. Ее реактивный самолет ждал на взлетной полосе, чтобы унести Хейзел на Сейшелы, на остров Маэ, на встречу с любимой семьей. Она быстро приняла душ и намазалась увлажняющим кремом, но краситься не стала. Потом пошла на свой узел связи. Ее ждало множество электронной почты от Агаты, но сейчас было не до нее. Просмотрим в самолете. Она направилась к двери: пора встретиться с Симпсоном. Но в этот миг услышала гудение своего «Блэкберри»[20]во внешнем кармане сумки из крокодиловой кожи, стоявшей на ночном столике, и повернула обратно. У очень немногих был этот номер. Хейзел достала мобильник из кармана сумки и включила. Надпись на экране гласила: «Два пропущенных вызова и одно сообщение. Прочесть сообщение?» Она нажала кнопку «Показать».

— Интересно, чего сейчас хочет моя мартышечка? — ласково спросила она себя, и на экране появился текст. Ужасающе короткий и простой:

Происходит что-то ужасное. Незнакомые люди с оружием…

На этом сообщение обрывалось, словно на середине предложения Кайле помешали продолжить. У Хейзел потемнело в глазах. Она покачнулась. Но вот перед глазами прояснилось. Она тупо смотрела на послание, отказываясь понять его страшный смысл. Потом этот смысл дошел до нее, и словно холодные пальцы сжали сердце, выдавливая из него жизнь. Она дрожащими руками нажала на своем «Блэкберри» кнопку ответного вызова и слушала бесконечные гудки. Наконец гудки прервал бесстрастный голос: