Искатель, 2003 № 03 - Журнал «Искатель»

— Ниро Вулф? Тот самый сыщик?

— Совершенно верно.

Он повернулся к Элме.

— И вы гостите в его доме?

— Да.

— Вчера вечером и сегодня днем вы были там?

— Да.

— Зря не сообщили мне. Я только что прибыл сюда из конторы. И вчера вечером тоже приходил. Я боялся, что вы… Рад видеть, что… Я думал, что, может быть…

— Наверное, я должна была позвонить, — сказала Элма.

— Да, пожалуй. Тогда я, по крайней мере, знал бы…

Речь его мало чем напоминала рыцарскую. Или хотя бы речь управляющего конторой.

— Если не возражаете, — сказал я, — мисс Вассос хотела войдет и уложит вещи в сумку. Она наняла Ниро Вулфа для поисков убийцы Дэниза Эшби и останется в его доме, пока преступник не будет разоблачен. Разумеется, поскольку вы убеждены, что Эшби убит ее отцом, едва ли…

— Я вовсе не думаю, что ее отец убил Эшби.

— Не думаете? Тогда зачем вы сказали полиции, что он узнал о ее отношениях с соблазнителем Эшби?

Буш размахнулся и ударил меня. Метил он верно, но оказался слишком нерасторопным: я успел бы врезать ему, пока его рука была еще на замахе. Элма — и та оказалась проворнее и изловчилась втиснуться между нами. Тем не менее, Буш нанес свинг, ловко обойдя девушку. Вероятно, он попал бы в цель, если бы я подвинул голову дюймов на восемь влево и стоял истуканом. Но я ухватил его запястье, рванул вниз и вывернул. Прием был болевой, однако Буш даже не пискнул.

Элма повернулась ко мне и возмущенно произнесла:

— Я же говорила, что это не он!

— Это не я, — подтвердил Буш.

— Тогда кто? Вам это известно?

— Нет.

— Ладно, поедете с нами, поговорите с Ниро Вулфом. Заодно и сумку потащите. А если их будет две, возьмем каждый по одной. Ступайте, мисс Вассос, я не дам ему изувечить меня.

Элма протиснулась мимо Буша, а он осмотрел и ощупал свое запястье. Я сообщил ему, что оно может немного распухнуть. Буш повернулся и вошел в квартиру, я последовал за ним. Комната была и не тесная, и не просторная, очень чистенькая, с добротными креслами и красивыми однотонными коврами; в углу стоял телевизор, на полках — книги, на столике лежали журналы.

На верхней полке стояла обрамленная картинка, которая показалась мне знакомой. Я подошел поближе и вгляделся. Так и есть, Вулф на обложке журнала «Тик». Снимок годичной с небольшим давности. Я широко улыбнулся при мысли о том, каково будет сержанту Стеббинсу или какому-нибудь другому легавому из убойного отдела, который придет взглянуть на логово душегуба и увидит на почетном месте портрет Ниро Вулфа. Однажды я слышал, как Вулф цитировал чьи-то слова: «Нельзя быть героем в глазах своего слуги». По-видимому, Вулфу удалось стать героем для своего чистильщика обуви.

Когда Элма вышла из спальни с чемоданом и небольшой сумкой, Буш, уже успевший надеть пальто, принял у нее ношу. Я посмотрел на часы. Было без пяти шесть. Когда мы приедем, Вулф уже спустится из оранжереи.

— Давайте один баул, — сказал я. — Не перегружайте запястье.

— Запястье в порядке, — ответил Буш, стараясь не стискивать зубы.

Настоящий герой.

Самообладания тоже может оказаться в избытке. В тот день я должен был подать заявление об уходе (уже в сорок третий раз), когда Вулф сердито зыркнул на меня и сказал:

— Я не стану с ним встречаться.

Ребячество в присутствии клиента непростительно. Оставив Буша в приемной, мы с Элмой вошли в кабинет, и я объяснил Вулфу, почему попросил Паркера вычеркнуть Буша из списка ответчиков, затем рассказал о случившемся на Грэм-стрит, сообщил, что, уходя оттуда, я поговорил с консьержем, и тот подтвердил, что впустил Буша в квартиру Вассосов. Затем я спросил, желает ли Вулф говорить с Бушем в присутствии Элмы, и услышал в ответ: «Я не стану с ним встречаться». Все, приехали.

Вулф знал, что ему придется встретиться с целой оравой, он платил законнику за трюк, который заставит этих людей прийти к нам, но завтра. А нынче было сегодня, и он читал книгу, а я не позвонил и не предупредил, что везу Буша. Мне следовало бы повернуться и уйти, но неподалеку была Элма, поэтому я сказал:

— Буша можно устроить в моей комнате, я переночую тут, на кушетке.

Вулф прищурился и смерил меня взглядом. Он понимал, что я говорю на полном серьезе и не отступлю, что он напортачил, начав эту бодягу в присутствии третьего лица. Но если бы я просто молчал и пялился на него, дело кончилось бы либо моим увольнением, либо уходом по собственному желанию, поэтому я встал, сказал, что отнесу пожитки мисс Вассос в ее комнату; выходя из кабинета, покачал головой и таким образом сообщил Элме об отрицательном результате, подхватил в прихожей чемодан и сумку, поднялся на второй этаж, доставил вещи в южную комнату, вернулся на лестничную площадку, остановился и прислушался.

Так Вулфу было проще. Будь я с ним, он ничего не смог бы сделать. Но в мое отсутствие ему достаточно было спросить Элму, считает ли она, что его разговор с Бушем поможет делу. И он спросил. Я слышал голоса, хоть и не мог разобрать слова. Это продолжалось три минуты, затем наступила тишина, а когда голоса зазвучали вновь (в том числе и голос Буша), я спустился вниз.

Входя в кабинет и шествуя к своему столу, я, разумеется, смотрел прямо перед собой. Мне пришлось обогнуть одно из желтых кресел, занятое Бушем и придвинутое вплотную к столу Вулфа. Вулф тем временем вещал:

— …и я намерен это сделать. Я не обязан отчитываться, что мне за интерес в этой истории. Можете считать, что мною движет раздражение. Мистер Вассос никогда не подводил меня и содержал мою обувь в порядке. Найти ему замену будет непросто, и тот, кто лишил меня его услуг, горько пожалеет о содеянном. Раз уж вы здесь, давайте поговорим о вас. Мистер Гудвин и мисс Вассос застали вас в ее квартире, и вы выразили тревогу за мисс Вассос. Это подлинная тревога или напускная?

Буш сидел прямо и неподвижно, положив руки на колени.

— Я тоже не обязан отчитываться перед вами, — заявил он гораздо громче, чем того требовали обстоятельства. — Откуда мне знать, что вы задумали?

— Вы и не