Надежней кляпа только пуля - Алексей Макеев

Сунув в карман колоду карт, Крячко вышел из кабинета. Пройдя по лугу к вигвамам, он остановился у одного из них. Трое «краснокожих» усердно метали лассо, стараясь набросить тугую волосяную петлю на вбитые в землю колышки. У других вигвамов происходило то же самое. Увидев Станислава, к нему подошел Виктор Данилов, уже успевший надеть костюм вождя и раскрасить лицо красными и зелеными полосами и зигзагами.

— Хотите посмотреть, чем мы тут занимаемся? — улыбаясь, спросил он.

— Нет, хочу увидеть ребят, которые жили с Алексом в одном вигваме.

— Так вот это они и есть… Это — Коля Якушов, это — Дима Федоршин, это Самвел Агазян, индейцы племени Делаваров. Сыновья московских банкиров и коммерсантов, — добавил он вполголоса и, приняв торжественный вид, обратился к мальчишкам: — Доблестные воины, с вами хочет поговорить человек, который ищет вашего друга Алекса. Расскажите ему все, что знаете. Я все сказал. Хуг!

Мальчишки неохотно отложили лассо и подошли поближе. Они настороженно рассматривали уже виденного ими незнакомца. Стас сразу же без труда узнал всех троих — это они обратили на себя его внимание, когда он недавно проходил по лугу.

— Ребята, — Крячко говорил, стараясь найти нужную интонацию, способную вызвать мальчишек на разговор, — я из уголовного розыска. Если что-то знаете о том, почему ваш друг покинул пансионат, то, может быть, расскажете?

— Мы ничего не знаем, — презрительно поморщившись, с изрядной долей высокомерия ответил за всех Дима, самый высокий из этой компании.

— А врать-то нехорошо. — Стас укоризненно покачал головой. — Тем более воинам племени Делаваров. Виктор… то есть, вождь, вы пока можете заниматься с другими, а мы здесь немного побеседуем.

Когда Виктор направился к другому вигваму, Крячко, пристально посмотрев на «индейцев», демонстративно изображающих полное к нему пренебрежение, негромко объявил:

— Вы, голуби мои сизокрылые, зря надумали играть в несознанку. Я же вас насквозь вижу. И знаю, что вы замешаны в этой истории по самые уши. Я на вас не давлю, но, поверьте на слово: мне это доказать труда не составит. И я не думаю, что, если с Алексом случилось что-то очень скверное, благодаря деньгам и связям ваших очень состоятельных пап скандала избежать удастся. Молчим? Хорошо. Тогда у меня к вам деловое предложение. Давайте так… Вы же в карты здесь играли? Ну, играли, играли — я точно знаю… Так вот, ваша колода у меня. Предлагаю любому из вас сыграть со мной. Ставка будет такая: если проигрываете вы — все рассказываете без утайки, если я — то… вот, отдам свое служебное оружие. И даже «корочку» в придачу.

Он сунул руку за пазуху и достал из кобуры пистолет.

— Не врете? — недоверчиво наморщился Самвел. — Точно, отдадите?

— А вы сначала выиграйте. — Станислав интригующе улыбнулся. — Выиграете — отдам. А вы — точно, все расскажете?

— А почему вы считаете, что нам есть о чем рассказывать? — все с тем же высокомерием, которое уже никак не могло скрыть его внутреннюю тревогу, спросил Дима.

— Так на то я и сыщик, — рассмеялся Крячко. — Ну, во что сыграем? В очко, секу, железку, покер?

— В простого дурака, — после некоторого мучительного колебания объявил Дима. — Три кона, со мной. Только…

— Да, я понимаю, — кивнул Станислав, — место для игры тут вовсе неподходящее. Давайте в вашем вигваме?

Войдя внутрь индейского жилища, Стас огляделся. Пол вигвама застилал круглый ворсистый ковер, посреди которого лежал полированный, деревянный круг метрового диаметра с четырьмя белыми салфетками по краям. «Видимо, что-то вроде обеденного стола», — догадался Крячко. Вдоль стены лежали свернутые в рулоны постели. Сам же вигвам, снаружи обшитый выделанной кожей, изнутри был обтянут каким-то светлым, бархатистым материалом.

Дима и Станислав сели к столу.

— Я буду сдавать! — с вызовом заявил Дима, бесцеремонно забрав карты из рук Крячко.

Он быстро перетасовал и раздал карты. Игра началась. Судя по всему, парень в картах был не слаб. Но знал бы он, с кем рискнул тягаться! Уже скоро Дима начал нервничать, поскольку в его руках начали копиться неотбитые карты. Заставив недовольно кривящегося мальчишку принять последний остаток колоды, Станислав две специально припасенные шестерки положил ему на плечи.

— Ну вот, ты уже произведен в лейтенанты, — беззлобно рассмеялся он. — В следующем кону станешь старлеем. В принципе, можем играть вплоть до твоего производства в фельдмаршалы. Ты как?

Коля и Самвел, напряженно следившие за игрой и всемерно переживавшие за своего приятеля, тем не менее невольно фыркнули, но тут же осеклись.

— Ладно, наигрались… — Дима сердито отмахнулся. — Хватит. В принципе, кое-что насчет Алика я могу рассказать. Но не имею права — мы дали слово молчать.

— Ты карточные законы знаешь хорошо? — задав вопрос Диме, Стас в лихорадочном темпе, «на автопилоте», мгновенно придумал, что ответить. — Так вот, согласно карточным законам — а они для профессионалов святы, так же, как и карточный долг, став моим должником, ты как бы проиграл мне свое слово. Теперь я им распоряжаюсь. А я желаю знать, что случилось с Алексом, и освобождаю тебя от обещания молчать.

— В общем… — Дима глубоко вздохнул. — Наш наставник по физподготовке, у нас он Вождь сильных, Могучий Лось, как-то раз дал слишком много поручений. Ну… Нужно было выполнить всякие там задания по учебе, по сдаче всяких упражнений… Мы сразу поняли, что столько нам и за два дня не осилить. А у нас невыполнение заданий означает лишение вигвама Золотой Стрелы — нашего главного талисмана.

Он указал глазами вверх, и Станислав увидел подвешенный на тонкой цепочке шар из красной замши. Он был размером с кулак, снизу в него была воткнута большая стрела с пером цвета золота.

— И что же вы?

— Мы уперлись, потому что это нечестно — никому так много не задавали. И тогда Могучий Лось сказал, что такова воля Вождя Вождей, ну, нашего директора. Тот вроде бы хочет сделать лучшим вигвам Апачей. Мы спросили — почему так? Он по секрету рассказал, что директора об этом попросил отец одного из тех, кто живет в том вигваме, и предложил сыграть в карты с условием: проиграем — все остается как есть, выиграем — он дает задание полегче. Мы согласились. С ним играл я. Мне повезло, и стрела осталась у нас. Потом еще были всякие фиговины… Мы уже сами стали предлагать ему перекинуться в карты. Играл он не очень, и я у него на раз выигрывал.

— Во что играли? Все в того же подкидного дурака? — Стас с усмешкой покачал головой. — Понятно. Догадываюсь, что было дальше. Незадолго до исчезновения Алекса он дал невыполнимое задание лично тебе и тоже предложил решить эту проблему игрой в карты. Но на сей раз, к твоему большому удивлению, он легко тебя обыграл и в качестве карточного долга потребовал сыграть в карты и обыграть Алекса. Так?

— Почти… — начиная понимать, что его провели вокруг пальца, Дима нахмурился и закусил губу. — Он просто предложил мне сыграть в карты на желание. Если выигрываю я, то любое мое желание выполняет он. Причем не обязательно сразу. Можно потребовать исполнения и через месяц, и через год. Если выиграет он, то исполнять буду я. Он выиграл… Сказал, что хочет испытать Алика — мы его обычно так звали, — и узнать, смелые ли американцы. По его желанию я должен был обыграть Алика и заставить выполнить свое желание.