Цель оправдывает средства - Марина Серова

— Искала, — подтвердила я.

— Зачем?

— Дело у меня к вам есть, — ответила я.

Я все смотрела на этого человека, пытаясь отгадать в нем что-то… Такое ощущение было у меня, что где-то я его видела. Где-то он мне попадался на жизненном пути, но вот где?..

Память у меня профессиональная, так что забыть я его не могла, здесь было что-то другое. Такое, чего я пока никак понять не могла.

— Ну, давай, выкладывай свое дело, — предложил человек. Он облокотился на свой джип, скрестил руки на груди. Смотрел на меня в упор.

— Да разве серьезные дела можно в такой обстановке решать? — спросила я.

Человек усмехнулся и несильно ударил кулаком по крыше своего джипа. Тотчас с другой стороны открылась дверца. Оттуда выпрыгнул еще один одетый в камуфляж человек — на этот раз молодой парень лет двадцати пяти со злым безусым волчьим лицом.

В руках у парня был автомат Калашникова, я едва не вздрогнула — настолько это было неожиданно.

Парень передернул затвор, как бы невзначай направил дуло автомата в мою сторону, потом усмехнулся и закинул автомат на плечо.

«Небрежно он с оружием обращается, — машинально подумала я, — молодой еще».

Тот, что разговаривал со мной, тоже усмехаясь, все так же в упор смотрел на меня.

А-а! Поняла — они, видимо, ждут, что я испугаюсь! Паду им в ножки и стану молить о пощаде.

Не-ет, ребятишки. Да прежде чем этот сопляк спускового крючка на своей игрушке коснется, я вам обоим головы разнесу из своего «магнума». Очень просто — раз-два: у одного мозги на серо-желтом заборе, у другого — на бетонной стене.

Парень присел на корточки, положил автомат себе на колени.

— Ну что? — оскалясь, спросил наконец тот, что разговаривал со мной. — Что, сучка ментовская? Выследить думала?

Я молча посмотрела ему в глаза — там только ненависть кипела, злость. Что он нервничает-то?

— Говори, тварь, кто тебя на Казбека навел!

Я склонила голову набок и меланхолично сплюнула на снег. Потом снова заглянула в глаза говорившему. И увидела зародившийся на самом дне глаз страх.

Он прищурился.

— Так мы дело будем делать или дурака валять? — поинтересовалась я. — Скажи своему мальчику, чтобы он стволом тут не махал. Я не из пугливых.

Он немного помолчал, потом кивнул парню. Тот пожал плечами и залез со своим автоматом обратно в машину.

Мой собеседник закурил сигарету и выпустил из ноздрей две струи дыма.

— Казбек говорил, ты с братками вроде на стрелку придешь?

— Пацаны рисоваться не хотели, — нашлась что ответить я, — откуда я знаю, может, Казбек бабки возьмет с меня и на ментов выведет?

— Не… Казбек не мусорской, — негромко и как бы про себя произнес мой собеседник. — Ладно, — он открыл дверь на заднее сиденье, — садись, поехали, я тебе товар показывать буду…

— Давай хоть познакомимся, — предложила я.

Он недоуменно посмотрел на меня:

— Чего?.. А-а… Ну, давай. — Он криво улыбнулся и щелчком отправил окурок сигареты в небо.

— Меня Ириной зовут, — представилась я.

— Кирилл, — сказал он.

Я села на заднее сиденье, все еще мучаясь мыслью — где я могла этого человека видеть?

Уверена, что если бы хоть раз я пообщалась с ним, то запомнила бы — уж очень лицо у него запоминающееся. Но вот — вспомнить не могу…

* * *

Кирилл высадил меня в центре города, почти у самого Колхозного рынка — я его сама так попросила, не хотела, по понятным причинам, чтобы он знал, что я остановилась в гостинице «Кзыл-Жар».

Медленно вышагивая по весенним улицам, я возвращалась в гостиницу. В заднем кармане джинсов у меня лежал пакетик с белым порошком. Кирилл дал его мне, когда я сказала, что мои братки сами хотят убедиться, что товар хороший.

По пути мне попался магазин радиодеталей.

Это то, что надо, я хотела уже у прохожих спрашивать, где такой магазин находится. Да только прохожие мне все больше попадались — туземные бабушки в цветастых платках и старики в азиатских халатах. Русский язык они, может быть, и знали, но толковых объяснений от них я точно не дождалась бы.

В магазине всех нужных мне деталей не оказалось. Я расстроилась и выясняла уже у продавщицы, где в городе есть еще подобный магазин, но тут заметила, что темнолицый абориген в потертой кожаной куртке как-то заговорщицки мне подмигивает.

Я направилась к нему. Он отвел меня в сторону и спросил, что мне нужно, а когда я сообщила ему названия необходимых мне радиодеталей, еще раз подмигнул мне и сказал — нет проблем.

Покинув магазин, мы прошли с аборигеном два квартала, он попросил меня подождать на улице, скрылся в ближайшей подворотне и через пять минут честно вынес мне то, что я просила.

Расщедрившись, я накинула ему несколько долларов сверх указанной им и так немаленькой цены.

Глаза аборигена расширились, он тут же назвал мне свое имя и адрес и предложил заходить, если еще что вдруг мне понадобится.

Я пообещала, и, довольные друг другом, мы расстались.

Этот парень и доллары-то видел, наверное, во второй раз в жизни — слишком уж долго он их разглядывал, на свет смотрел, как будто понимал что-то в водяных знаках.

Я, как приехала, небольшую сумму «зеленых» поменяла на тенге — национальную казахскую валюту. В магазине я ею расплачивалась, но частникам предпочитала платить баксами. Их, понятное дело, брали охотнее.

«Здорово, — весело думала я, идя дальше по улицам по направлению к гостинице, — вот он, звериный оскал капитализма. Даже казахи приспособились. Недавно только сидели в своих аулах, бренчали на домбрах… саксаул собирали, а теперь вот — успешно коммерцией занимаются. Вливаются, так сказать, в мировую картину общественного бытия…»

Размышления мои о прошлом и настоящем казахского народа были прерваны внезапным появлением того самого паренька, через которого я нашла Казбека.

Выглядел он не лучшим образом. Цвет лица его приобрел какой-то небесный оттенок, под глазами появились страшные багровые синяки.

Заметив меня, паренек замахал мне руками в сторону сарайчика неподалеку.

«Так, — шевельнулось у меня в груди, — начинается. Может, Казбек или эти ребята с джипом подозревают что? Стоит ли мне идти в этот сарайчик?»

Решала я секунды две, чтобы парень мои колебания не заметил.

Нащупала в кармане курточки пистолет и решила — пойду. Уж от этой-то шпаны я отбиться смогу.

Паренек, увидев, что я направляюсь к сарайчику, оглянулся по сторонам и шмыгнул туда первый, оставив дверь открытой.

Сделав глубокий вдох, я вошла за ним в полутьму и сразу окинула сарай быстрым взглядом — кто тут?