Посланница небес - Марина Серова

— Да у вас талант, — усмехнулась я рассуждениям Дмитрия.

Внезапно под сводами храма зазвучал «Владимирский централ». Мне подумалось, что это глюки начались от поста да от обилия новых впечатлений. Рука скользнула в сумочку, к мобильному телефону, хотя знала, что у меня в сотовом такой мелодии нет. Диакон посмотрел на отца Василия, и тот, вздрогнув, вытащил из-под рясы плоский изящный мобильник в титановом корпусе с широким цветным экраном. Я еле сдержалась, чтобы не присвистнуть. Такой стоил под штуку баксов, а батюшка пел мне, что не имеет денег даже на проезд в маршрутном такси. С деловым видом отец Василий выслушал говорившего, убрал мобильник и ринулся к выходу, сообщив, что у него срочное дело. Я рванулась за ним:

— Батюшка, вы не забыли, что просили меня охранять вас?

— Да, я помню, но сейчас мне опасность не угрожает, — бросил через плечо отец Василий. — Вы можете со спокойной душой остаться здесь, поговорить с людьми.

— Ну уж нет, — упрямо ответила я, — коль взялась вас защищать, значит, буду это делать, как привыкла.

Мы выскочили из церкви. За оградой на дороге стоял припаркованный «Мерседес S-500» темно-синего цвета. Из него не торопясь выбрался бритый парень в строгом черном костюме.

— Стойте, — я придержала священника за рясу, — парень у машины вооружен.

— Это за мной прислали, я должен с ним ехать к одному из своих прихожан, — пояснил отец Василий, вырываясь. — Не беспокойтесь, все в порядке.

Бритый парень, поздоровавшись, распахнул перед священником заднюю дверцу. Отец Василий залез. Я забралась следом и села рядом со священником.

Клиент жил на окраине Тарасова в новом дачном поселке. «Мерседес» подрулил к огромному трехэтажному особняку из красного кирпича, выполненному в современном стиле, с большими зеркальными окнами. Кусты и деревья вокруг дома аккуратно подстрижены. Двор выложен белой плиткой. Перед решеткой въездных ворот охрана — крепкие парни в костюмах. Они явно встречали нас.

Отца Василия пропустили беспрепятственно, а передо мной сомкнулись могучие плечи охранников. Я собиралась возмутиться, но отец Василий попросил подождать его в машине. Пришлось подчиниться. Оставшись у ограды, я сделала несколько попыток разговорить охранников, однако быстро поняла, что это бесполезно, плюнула на все и села в машину. В голову лезли невеселые мысли. Похоже, хитрый батюшка меня расчетливо надул, прикинувшись бедной овечкой. Вот он как ходит пешком и каким людям помогает, и уж наверно, не бесплатно, раз имеет мобильник за штуку баксов.

Возвращения отца Василия я ждала более полутора часов. Вернулся батюшка довольный, с сияющими глазами.

— Удачно все прошло? — поинтересовалась я ехидно.

— Да, мою душу переполняет радость, — ответил счастливый батюшка.

— А тело? — спросила я. — Кто говорил, что он помогает лишь бедным и денег за это не берет? Откуда эти «Мерседесы» и мобильники в титановом корпусе?

— Стыдитесь, Женя! Почему вы усомнились во мне? — с укором произнес отец Василий. — Я действительно не беру денег с прихожан и не делаю различий — беден человек или богат. Богатство ведь одно из самых тяжких испытаний, которое не многие выдерживают. Если в моих силах помочь человеку прийти к Богу, я помогаю. Эти люди, — он указал на особняк, — нуждались в помощи. Жена хозяина дома тяжело болеет и решила обратиться к вере. Я приезжаю и веду с ними беседы. Ей сейчас становится легче. Мобильный дал ее муж, чтобы женщина могла связываться со мной. А машину он за мной присылает, чтобы сэкономить время. Ходить в такую даль мне не под силу.

— А почему они не обращаются в местную церковь? Почему тягают вас из Карасева? — спросила я с меньшим пылом. Слова священника звучали как правда, и действительно, мне стало не по себе из-за своих обвинений.

— Они обращались в храм в Тарасове и нарвались на отца Глеба, — пояснил священник. — Этот подлец стал тянуть с них деньги, и, видя подобную алчность священнослужителя, супруги едва не отвернулись от церкви. Потом кто-то из прихожан посоветовал им обратиться в наш храм.

— То есть вы переманили от отца Глеба ценного клиента, и верно, не его одного? — произнесла я, размышляя вслух. — Потом настучали на него епископу — да за такое он может осерчать и нанять киллеров.

— Куда, батюшка, вас отвезти? — спросил, повернувшись с переднего сиденья, водитель.

— А можно к Свято-Петропавловскому храму? — попросила я. — Хочу посмотреть на отца Глеба.

— И чего смотреть на этого бесноватого, — удивился священник, но сильно возражать не стал и сказал водителю: — Сережа, будь так добр, отвези нас, пожалуйста, к церкви у въезда в город.

— Без вопросов, батюшка, — отозвался водитель, нажимая на газ.

Еще от дороги из-за здания педагогического колледжа показались голубые главы храма, увенчанные сверкающими на солнце золочеными крестами. Мы обогнули колледж и остановились недалеко от Свято-Петропавловской церкви.

— И кто может предположить, что за этими стенами поселилось зло, — тяжело вздохнул отец Василий и сокрушенно покачал головой. — Ничего, я верю, что с Божьей помощью мы очистим сей храм от скверны.

— К гадалке не ходи, очистим, — подтвердила я, разглядывая церковь.

— А вот и он, отец Глеб, — глухо сказал отец Василий, указывая на крыльцо храма, с которого спускался полный бородатый священник в ризе, головном уборе, с кадилом в руках и в сопровождении двух диаконов, тащивших крест и вспомогательные принадлежности. Прямо на тротуаре перед храмом стояли припаркованные в ряд навороченные иномарки, перед которыми толкались их владельцы — типичные братки. Отец Глеб с важным видом подошел к ним, поздоровался и приступил к обряду освящения дорогих машин. Обошел, помахал кадилом, окропил святой водой и снова направился к владельцам. Здесь же, на глазах у всех, те отсчитали и передали ему плату за труды. Вид у настоятеля был весьма довольный. Круглое лицо лоснилось, на щеках — здоровый румянец, на губах — самодовольная улыбка.

— Как у него руки только не отсохнут, — подивился отец Василий с тихой грустью в голосе.

— А он тут живет, при церкви? — спросила я клиента.

— Нет, у отца Глеба здесь рядом большой дом, — ответил священник. — Устав же не предписывает настоятелю проживать в монашеской келье. Каждый волен поступать, как сочтет нужным.

Я предложила проехаться до дома отца Глеба.

— Но мне неизвестно, где он точно живет, — возразил отец Василий.

— Зато мне известно, — отозвался водитель, заводя машину. — Я вас отвезу.

Резиденция отца Глеба оказалась в одноэтажном бывшем купеческом доме на центральной набережной. Несмотря на приземистость, дом выглядел внушительно. В центре дома колоннада поддерживала портик, украшенный барельефами. Правое и левое крыло на три окна. Окна украшены арками с лепниной и имитацией замковых камней. Ранее в доме располагалась библиотека, но ее переселили и передали дом во владение настоятелю. Правое крыло все еще стояло в лесах. Там не закончился ремонт. Вокруг дома раскинулась ограда из каменных колонн с ажурной чугунной решеткой. За оградой густо росли деревья и кусты, имевшие совершенно дикий и неухоженный вид. За усадьбой начинались частные дома и огороды обычных горожан.