Прокурор расследует убийство - Эрл Стенли Гарднер

— Да, тащи его сюда.

— Но ты должен дать мне расписку.

— Хорошо, принеси бланк, я распишусь. Владелец отеля вышелиз кабинета и вскоре вернулся с запечатанным конвертом в руках. На конвертебыло написано: «Чарльз Брауер».

— Это его рука? — поинтересовался Селби.

— Полагаю, что так.

— Ты не сверял с подписью в регистрационной карточке?

— Нет, но это можно сделать.

— Постой… я вскрою конверт при тебе. Мы зарегистрируем егосодержимое.

Селби разрезал конверт ножом по краю и вытянул оттуданесколько сложенных листков писчей бумаги со штампом гостиницы.

— Это выглядит как… — начал он, но вдруг замолк и развернулдва сложенных листка.

Между ними лежали пять банкнотов достоинством тысячадолларов каждая.

— Великий Боже! — воскликнул Кашинг.

— Ты уверен, что пастор поместил в сейф этот конверт?

— Да.

— Здесь не может быть никакой ошибки?

— Абсолютно исключено.

Селби повертел банковские билеты между пальцами и поднес ихк самому носу. Его ноздрей коснулся приятный, тонкий аромат. Он бросил купюрычерез стол Кашингу:

— Понюхай.

Кашинг пошмыгал носом и сказал:

— Духи.

Селби завернул банкноты в бумагу и вложил в конверт.

— Найди, пожалуйста, клейкую ленту, запечатай конверт иположи его в сейф. Так мы сумеем сохранить запах духов. Позже я попробуюпровести анализ… Кстати, кто остановился в триста девятнадцатом номере?

— Когда обнаружили тело, в триста девятнадцатом был некийБлок.

— Откуда он? Что он здесь делал и как давно ты его знаешь?

— Он коммивояжер какой-то фирмы металлоизделий вЛос-Анджелесе. Появляется у нас каждый месяц и работает в близлежащих городках.В отеле останавливается на два-три дня.

— Сейчас он уже съехал?

— Не думаю, но, видимо, вот-вот рассчитается.

— Мне необходимо с ним поговорить.

— Сейчас проверю, у себя ли он.

— Кто занимал номер до Блока?

— Надо посмотреть. Комната оставалась свободной дня три,наверное.

— А как насчет помещения с другой стороны? Номер тристадвадцать третий?

— Когда мы нашли тело, он был свободен, но предыдущую ночьтам провела юная парочка из Голливуда — некие мистер и миссис Лесли Смит.

— Посмотри их адрес. Проверь, находится ли этот Блок вномере. Мне надо с ним потолковать. Запечатай конверт и запри в сейф.

Кашинг ушел и на сей раз отсутствовал минут пять. Онвернулся в сопровождении элегантного человека, которому, видимо, едваперевалило за тридцать. Человек сиял улыбкой и прямо-таки источал уверенность всебе.

— Это мистер Блок, наш гость из номера триста девятнадцать,— сказал Кашинг.

Блок не стал тратить время на продолжительные расшаркивания.Его губы сложились в обаятельную улыбку, и он сердечнейшим образом потряс рукуСелби.

— Счастлив познакомиться, мистер Селби. Прежде всего хочувас поздравить с победой на самых боевых выборах за всю историю этого графства.Я работаю здесь уже несколько лет, и во многих местах мне доводилось слышать,как блестяще вы провели кампанию. Меня зовут Карл Блок, и я работаю в компании,занимающейся оптовой торговлей металлическими изделиями. Здесь я появляюсьрегулярно, раз в месяц, открываю свой штаб в отеле на пару дней и работаю вблизлежащих пунктах. Чем могу быть вам полезен?

Блок вел себя вполне дружелюбно. Оценивая его, Селби понял,почему так блестяще шли его торговые операции, а также что из него будетпрактически невозможно выудить какую-либо информацию.

— Вы въехали в гостиницу вчера утром, мистер Блок?

— Абсолютно точно.

— Примерно в какое время?

— Я в тот день поднялся довольно рано. В наши днипреуспевает тот, кто активно ищет клиентов. Лучшее время для работы с мелкимидельцами — между восемью и девятью тридцатью утра. Лавочки открываются околовосьми. Но настоящая торговля не идет до девяти. Более крупные предприятияимеют служащих, которые открывают магазины; сами же управляющие появляются нераньше девяти, до девяти тридцати просматривают почту, поэтому самое лучшеевремя для общения с ними — от девяти тридцати до одиннадцати тридцати утра.

Я все это рассказываю, мистер Селби, чтобы вы поняли, почемуя поднялся так рано. В гостиницу я прибыл около семи. Из Лос-Анджелеса выехалнезадолго до пяти — прямиком из постели в машину. Здесь я принял ванну,побрился, несколько освежился, проглотил чашечку кофе и встретился с первымклиентом в восемь.

— Не доносился ли до вас необычный шум из соседней комнаты?

— Абсолютно ни звука.

— Благодарю вас, — сказал Селби. — Это все. Он кивнулКашингу и добавил:

— Я отправляюсь к себе в офис, Джордж. Не делись ни с кеминформацией, пожалуйста.

Кашинг проводил его до самого выхода из гостиницы.

— Послушай, Дуг, — сказал он, — это естественная смерть. Нетнеобходимости прорабатывать версии, и я прошу: держи то, что ты узнал о миссАрден, в секрете.