Крылья страха - Анна Данилова

– Ну заходи, Валя Кротова, – сказал он, беря ее за руку и почти втаскивая в квартиру.

Следом вошла Юля. Кажется, все шло так, как было задумано.

– Сюда, – Крымов снял с головы девочки капюшон и повел в гостиную. – Ты готова?

Валя кивнула. Юля посмотрела на нее сбоку и успела увидеть огромные, расширенные от ужаса глаза. Валя словно находилась под действием гипноза. Она была в шоке.

В гостиной на диване лежало тело, накрытое простыней.

Валя бросилась бежать из комнаты, Крымов едва удержал ее.

– Выпустите меня отсюда, я ничего не знаю… Это все они, они сами… – у нее началась истерика. Но после того, как Крымов влепил ей пощечину, истерика сразу же прекратилась.

– Садись. Юля, дай ей воды…

Валя, икая, пила воду. Зубы ее стучали о края стакана.

– Откуда ты узнала об этой квартире? – спрашивала ее Юля.

– Они ходили сюда: Сашка и Ирка. Я следила за ними. У них были деньги, а у меня не было.

– Сашка? Ласкина? А Ира, кто такая эта Ира?

– Сконженко, подружка Сашки.

– А потом они пригласили тебя?

– Не они пригласили, а Гера. Он ехал на машине, а в машине были Сашка с Иркой. Они пригласили меня в гости. И мы приехали сюда.

– Кто здесь был?

– Всегда Гера и два его друга, Алик и еще один… Андрей, вот, вспомнила… Но вообще-то мы не называли друг друга по именам.

– И все?

– Нет. Были еще мужчины, разные.

– Чем вы занимались?

– Я сначала только смотрела, а потом была с Герой… Я начала приходить сюда каждый день после школы. Здесь всегда кто-нибудь был.

– Тебе нравилось это? Ты понимала, чем ты занимаешься?

– У меня дома видик есть. Мне это нравится делать, если только они не пьяные.

– Они платили вам?

– Давали деньги, конфеты, иногда покупали кол готки…

– Никто не оставался здесь на ночь?

– Нет, никто… Кроме Риты. Но она не сама пришла сюда, ее привезли сразу после школы.

– И ты была в тот день?

– Была, но она меня не видела. Она плакала, просила, чтобы ее отпустили, но Гера показал ей капсулы и сказал, что если она будет кричать, он ее убьет. Он и нам всем говорил, что у него есть такие капсулы, он показывал их, когда мы не хотели делать то, что они требовали.

– А Рита?

– Утром ей стало плохо, ее отвезли домой… И потом она перестала ходить в школу.

Юля слушала Валю и понимала, что видит перед собой недоразвитое существо, умственно отсталую девочку, которая вообще неизвестно почему учится в общеобразовательной школе и для которой некоторых хрестоматийных истин, таких, как честь, страх и даже инстинкт самосохранения, как бы не существовало вовсе. Она ложилась под всех мужчин подряд, не испытывая при этом ни страха, ни отвращения…

– Неужели тебе не было больно заниматься этими вещами? Ты себя хорошо чувствовала?

– Было больно, когда приходил Илья Владимирович…

– А это еще кто?

– Не знаю. С ним никто не любил… – и Валя спокойно произнесла это слово, этот чисто русский глагол, означавший половой акт. И потом, рассказывая обо всем, что здесь происходило, она еще несколько раз совершенно обычным голосом произносила это емкое и соленое словцо.

Из ее рассказа выходило, что Саша Ласкина и Ира Сконженко были здесь постоянными посетительницами, которые за деньги отдавались друзьям Геры. Риту Басс просто силой посадили в машину, привезли сюда и надругались над нею, продержали всю ночь, мучая ее, после чего отвезли домой и, угрожая капсулами с ядом, сказали, чтобы она никому ничего не говорила. И она молчала. Вернее, молчали Марта и ее бабушка, молчал и ее отец, не выдержавший этого потрясения и скончавшийся в больнице от сердечного приступа. Но по прошествии нескольких месяцев Рита появилась в этой квартире снова. По словам Вали, ее опять привез Герман. Рита не хотела, но боялась Германа, и время от времени он привозил ее сюда и отдавал своим друзьям. И еще Валя сказала, что Рита денег не брала. Но как ни бились Юля с Крымовым, узнать, кто же такой Илья Владимирович, им все же не удалось.

– Она умерла? – спросила Валя, кивая на дверь головой и подразумевая ту, что лежала сейчас в гостиной на диване. – Значит, с ней был Илья Владимирович. У него на кровати умерла Сконженко.

Юля похолодела. А Валя, подняв на нее свои совершенно безразличные глаза, пожала плечами:

– Он ее нечаянно задавил. Мне Рита сказала. И еще она сказала, что раз мы об этом знаем, то нас могут убить. Но меня скоро переведут в другую школу, поэтому мне все равно никто не поверит, а Рита убежала. Но раз она умерла, значит, они ее нашли.

– Кто?

– Гера, Андрей и Алик…

– А ты видела, как умерла Сконженко?

– Нет, мне Рита сказала, что они с мамой закопали ее в парке.

– Кто? С какой мамой? – Крымов курил уже тысячную сигарету. В кухне все было синим от дыма.

– С мамой Ирины Сконженко, я же говорю. Они вместе с Ритой закопали Иру здесь, недалеко, в парке возле клумбы, ночью, я могу показать…