В поисках баронессы - Гульнара Черепашка

— Кессель мне заявил именно это, — пробурчала она.

— Сомневаюсь, что маркизу есть какое-то дело до ее светлости. Он мог заинтересоваться резидентами Нейтании, Кассии или любой другой из сопредельных держав. Но семейные дрязги и беглые жены — не его область интересов, — он высунулся из окошка и коротко бросил вознице, что можно ехать.

Послышался стук копыт. Колеса заскрипели, закрытый экипаж покачнулся и тронулся с места.

— Куда мы едем?! — запаниковала Агнес.

— В центр, само собой, — пожал плечами эсквайр. — Или вы хотели идти несколько кварталов пешком по безлюдным улицам? Легкомысленно. Неровен час — и вам вслед за подругой придется кого-нибудь шлепнуть, чтобы добраться до дому невредимой.

Да он насмехается над ней!

Агнес метнула в него негодующий взгляд. Однако ничего, кроме крайней усталости и сонливости на лице сыщика не отразилось.

Она обернулась к Крио. Тоже хорош! Она мечется по всему городу, его разыскивая — а он караулит ее вместе с Гото. Тот глянул ей в глаза и стушевался. Ну, хотя бы этого проняло! Надо же — мешок ей на голову надел.

Извозчик довез их компанию аж до ее лавки. Подумать только, какая забота — доставили ее домой.

Агнес выскочила из экипажа, не прощаясь. И удивилась, когда следом за ней спрыгнул на мостовую Крио. Извозчик, не дожидаясь, поехал дальше.

— И чего вы не поехали с вашим другом? — ехидно осведомилась она, подымаясь на крыльцо. — Или опасаетесь, что я в паре шагов от двери заблужусь?

— Нет, я уверен — вы отыщете дорогу…

— На чай приглашать не буду! — прихлопнула она. — Поздно.

Крио стоял под самым фонарем в кругу света, не пытаясь подняться за ней на крыльцо. Он сам-то по дороге домой не заблудится? Глядел на нее, но разобрать выражение лица Агнес не могла. И она застыла у двери, глядя на него. Наконец журналист отмер, сделал движение — словно намеревался шагнуть к ней, но передумал.

— Надеюсь, я не слишком оскорбил вас? — голос звучал ровно. — Харви просил организовать встречу с вами именно на Вишневой улице, он не хотел приезжать к вам посреди дня. Тем более — вызывать.

— Угум. И вы не сумели отказать.

— Мне жаль, что напугал вас, — Крио запнулся.

— Ваши извинения приняты, — насмешливо сообщила Агнес.

«А прощены вы будете, если еще разок пригласите меня в оперу», — этого она добавлять не стала. Или не разок?

А это вообще вписывается в его планы? Мало ли, что она там напридумывала!

— Нет, так не пойдет, — журналист тряхнул головой и сдвинулся наконец-то с места, шагнув к ней. — Вы позволите загладить свою вину?

— Ну, — протянула она, — смотря, чем вы ее собрались заглаживать, — она не сдержала лукавой улыбки и отошла на шаг от двери.

— Тогда… скажем, завтра — пикник на Ивовых полях!

— Где именно? Ивовые поля обширны.

— Я заеду за вами в полдень. Обед в приличном заведении, а затем — прогулка! Ручаюсь, вы будете довольны.

Эк! Решительный парень — лучше нее знает, чем она будет довольна. Только спорить уже настроения не было. День выдался утомительный. Да и чего спорить, если она ждала этого приглашения?

— Что ж, — протянула Агнес. — Думаю, к полудню я сумею подняться!

— Я верю в вас, — заверил журналист и широко открыто улыбнулся.

— Не вздумайте сами опоздать, — фыркнула Агнес и отпрянула, когда он буквально взлетел на крыльцо. — А говорил — летать не умеет, — пробормотала она, нащупывая за спиной дверную ручку.

— Я нынче окрылен, — поведал он, поднося к губам кисть ее свободной руки. — На опоздание даже не рассчитывайте!

Легкомыслие и есть, — заключила она, когда оказалась наконец одна, в доме, тогда как Крио отправился к себе. А все беды в жизни, как известно, именно от легкомыслия. Большая часть радостей, впрочем, тоже.

— Мудрецы говорят — что ни делается, все к лучшему! — сообщила Агнес тишине пустого дома.

Тишина безмолвно согласилась.

*** ***

Ронан Гревиллль женился на дочери новоиспеченного баронета, которого никто в свете не знал, спустя меньше месяца после судебного заседания.

Для столичного общества это оказалось шоком. Только-только газеты объявили о безвременной кончине молодой баронессы, утонувшей в морской пучине у берегов Хвиссе! Как она там очутилась — и газеты, и безутешные родственники баронессы умалчивали. И вот — не выдержав положенного траура, барон нашел утешение в новом браке.

Не иначе — после всего случившегося Ронану сделалось плевать на любые скандалы. А может, признание ребенка, рожденного вне брака, казалось ему скандалом еще большим?

Хорошего варианта здесь не было. Только выбор и его последствия. В любом случае — не слишком приятные.

Далию в свете приняли неохотно. Гревилли не были особенно влиятельны, чтобы закрыть глаза на ее безродность. Впрочем, холодное равнодушие и видимость приличий ее, похоже, вполне устраивали.

Агнес подозревала, что реакция на скоропалительную женитьбу Ронана была бы более острой. Да и новоявленной баронессе досталось бы куда больше презрения и насмешек — по крайней мере, от женщин.

Однако близкие друзья, ценившие молодого Гревилля и уважавшие его отца, сумели укоротить жен, сестер и дочерей. Минимум десятку дам пришлось быть любезными с Далией. Их примеру последовали прочие.

К удивлению Агнес, в этот раз в насквозь лицемерном столичном обществе верх взяли не соображения выгоды, а личные привязанности. Приходилось признать — люди не так уж безнадежны, даже если вращаются в высшем свете. По крайней мере, некоторые из них. И человечность оказалась не чужда столичным вельможам.

Возможно, скандал и вышел бы более громким. Но сейчас всем было откровенно плевать.

В газетах появлялись сообщения о том, как послы Кассии и Нейтании выражают недовольство скапливающимися у их границ войсками. Дипломаты Манора вяло отбрехивались — и теперь война казалась делом решенным всем без исключения. Столицу лихорадило в ожидании взрыва.

Агнес порой думала — не исключено, что Ронан нарочно так подгадал время. Когда на пороге война — становится не до условностей. А к тому времени, как всё уляжется, к Далии давно привыкнут.

Фиона сидела безвылазно в своей усадьбе, и