Полиция - Ю Несбе

— Наверняка имеешь. Но это вряд ли доказуемо, поэтому не будем больше об этом. Я хочу знать, чего добивается Бернтсен.

— Твоя работа — расследование убийств полицейских, Холе, а не личная охота на ведьм в отношении меня или Трульса Бернтсена.

— А я охочусь на ведьм?

— Вряд ли для кого-нибудь является тайной, что у нас с тобой случались раздоры, Харри. И сейчас ты хочешь воспользоваться ситуацией, чтобы нанести ответный удар.

— А как насчет тебя и Бернтсена? Бывали раздоры? Это ведь ты временно отстранил его из-за подозрений в коррупции.

— Нет, это сделал полицейский кадровый совет. И это сомнительное решение скоро будет отменено.

— Вот как?

— На самом деле это моя ошибка. На его счет поступили деньги от меня.

— От тебя?

— Он построил террасу в моем доме, и я заплатил ему наличными, которые он внес прямо на счет. Но я потребовал вернуть деньги, потому что заливка была произведена неправильно. Поэтому он не включил эти деньги в налоговую декларацию — не хотел платить налог с денег, которые ему не принадлежали. Вчера я отправил информацию об этом в Экокрим.

— Неправильно произведена заливка?

— Влажность или что-то еще, но запах был неприятный. Когда Экокрим обнаружил деньги неизвестного происхождения, Трульс вбил себе в голову, что поставит меня в сложное положение, если скажет правду о том, откуда у него эти деньги. В любом случае в этом деле поставлена точка.

Бельман подтянул рукав куртки, и в темноте блеснул циферблат часов «TAG Heuer».

— Если у тебя больше нет вопросов о пуле из моего пистолета, то у меня другие дела, Харри. И у тебя, наверное, тоже. Подготовка к лекциям, например.

— Вообще-то, я сейчас все время занимаюсь этим делом.

— Ты все время занимался этим делом.

— И что это значит?

— Только то, что мы должны экономить на том, на чем можем. Поэтому я прикажу, чтобы маленькая альтернативная следственная группа Хагена немедленно прекратила пользоваться услугами консультантов.

— Столе Эуне и моими. Это половина группы.

— Пятьдесят процентов расходов на персонал. Я могу поздравить себя с таким решением. Но поскольку группа идет по ложному следу, я уже подумываю над закрытием всего проекта.

— Неужели ты так сильно боишься, Бельман?

— Бояться не нужно, если ты самый большой зверь в джунглях, Харри. А я все-таки…

— …начальник полиции. Черт, конечно. Начальник.

Бельман встал:

— Хорошо, что ты это запомнил. И я знаю, что когда вы начинаете впутывать таких верных сотрудников, как Бернтсен, то речь идет не о профессиональном расследовании, а о личной мести, сфабрикованной переведенным и обозленным бывшим полицейским. А в мои обязанности как начальника полиции входит защита репутации организации. Так что ты знаешь, что я отвечу, когда меня спросят, почему я прекратил дело того русского, которого убили ударом штопора в шейную артерию в «Приходи таким, какой ты есть». Я скажу, что следствие — это вопрос приоритетов, а никаких практических действий по этому делу уже давно не ведется и сейчас оно не является приоритетным. И хотя все имеющие хоть какое-то отношение к полиции слышали сплетни о том, кто совершил это убийство, я сделаю вид, что их не слышал. Потому что я начальник полиции.

— Это угроза, Бельман?

— А что, мне надо угрожать преподавателю Полицейской академии? Хорошего тебе дня, Харри.

Харри смотрел вслед Бельману, пока тот двигался вдоль ограды, застегивая куртку. Он знал, что лучше бы ему промолчать. Он оставил в рукаве одну карту, которую решил использовать в случае необходимости. Но его только что вышвырнули, поэтому терять было нечего. Все на кон. Он дождался, когда Бельман занес ногу над оградой.

— А ты когда-нибудь встречался с Рене Калснесом, Бельман?

Бельман застыл, не закончив движения. Катрина поискала возможные точки соприкосновения Бельмана и Калснеса, но ничего не нашла. Если бы они хоть раз вместе оплатили счет в ресторане, купили в Интернете билет на один и тот же киносеанс, сидели рядом в поезде или самолете, она бы это обнаружила. Но он застыл. Так и стоял с оградой между ног.

— А с чего это ты задаешь такой идиотский вопрос, Харри?

Харри затянулся:

— О том, что Рене Калснес продавал секс мужчинам при любой удобной возможности, знали многие. А ты просматривал в сети сайты для гомосексуалистов.

Бельман стоял не шевелясь, наверняка растянул связку в паху. В темноте Харри не было видно выражения его лица, только пигментные полосы, сиявшие, как циферблат часов.

— Калснес был жадным циником, у него полностью отсутствовало представление о морали, — сказал Харри, разглядывая кончик сигареты. — Представь себе женатого публичного человека, которого начинает шантажировать тип вроде Рене Калснеса. Может быть, у него есть фотографии, на которых они занимаются сексом. Неплохой мотив для убийства, да? Но Рене мог что-нибудь сказать об этом женатом мужчине другим, и эти другие могли бы позже рассказать о возможном мотиве. Поэтому женатому мужчине надо заставить кого-то совершить убийство. Того, кого он очень хорошо знает, с кем прошел огонь и воду, кому доверяет. Убийство случится, конечно, в тот момент, когда у женатого мужчины будет безупречное алиби, например ужин в Париже. Но после этого между друзьями детства что-то происходит. Наемного убийцу отстраняют от работы, а женатый мужчина отказывается помочь ему, хотя он, будучи начальником, в состоянии сделать это. И вот убийца добывает пулю из пистолета женатого мужчины и подкладывает ее в коробку с уликами. Либо просто из мести, либо с целью надавить на женатого, чтобы тот вернул его на работу. Вообще-то говоря, не обладая навыками сжигателя, нелегко подменить пулю. Кстати, ты знал, что Трульс Бернтсен заявил о пропаже своего пистолета через год после убийства Калснеса? Я нашел его имя в списке, который пару часов назад мне дала Катрина Братт.

Харри, затягиваясь, зажмурил глаза, чтобы горящий кончик сигареты не нарушил его ночного зрения.

— Что скажешь на это, господин начальник полиции?

— Я скажу спасибо, Харри. Спасибо, что помог мне принять решение о расформировании всей группы. Это будет сделано first thing in the morning.[71]

— Значит, ты утверждаешь, что никогда не встречался с Рене Калснесом?

— Не пытайся применить ко мне эти техники ведения допросов, Харри, это я привез их в Норвегию из Интерпола. Все могут случайно наткнуться на фотографии педиков в Интернете, они везде. А нам не нужны следственные группы, которые используют подобные сведения в качестве версий при ведении серьезных расследований.

— Ты не натыкался, Бельман, ты платил за те фильмы своей кредитной картой и закачивал их на свой компьютер.