Все мы грешные - Владимир Колычев

Девять миллиметров, восемьсот десять граммов, четыре нареза, восемь патронов в обойме – он знал его тактико-технические характеристики наизусть.

Когда-то он был неплохим опером. Бандюг ловил и продолжал бы ловить. Но сломалась в нем какая-то пружина. Сперма ударила в голову, помутила рассудок. Совратил Настю, затем запил по-черному. И вылетел со службы. А вместе с этим потерял последние силы бороться с маньяком-насильником внутри себя. И как итог – сломанная жизнь.

Но уже не вернешь те дни, когда он еще был в силах перебороть себя. Кем бы он ни был сейчас, этот пистолет в его руках выпустит пулю в любого, кто посмеет замахнуться на его свободу. И в себя, если что, он сможет выстрелить. Лучше смерть, чем зона.

Одна обойма в «ПМ», вторая и третья в кармане. Итого, у него двадцать четыре патрона. Не много, но и не мало.

Александр Макарович подкрался к окну, осторожно отвел в сторону занавеску и одним глазом посмотрел во двор. Все как будто спокойно. А иначе и быть не может. Но почему его тревога все усиливается?

И вдруг он увидел, как в оконном проеме чердака дома напротив что-то блеснуло на солнце. Приглядевшись повнимательнее, увидел человека с какой-то палкой в руках. Да это же не палка, это винтовка. Снайперская!

Кто это? Киллер-одиночка или снайпер из группы захвата? Скорее всего второе. И если это так, с минуты на минуты к нему пожалуют гости. Те, которые хуже татарина.

И тут в соседней комнате – а в доме их всего две – послышался звон разбитого стекла и треск выбитой рамы.

Костоглодов среагировал мгновенно. Человек в камуфляже и бронежилете эффектно влетел в комнату, ловко перекувыркнулся через голову и направил на него короткоствольный автомат. Но выстрелить не успел. Его опередили. Пуля выбила ему левый глаз и вышла через правое ухо. С такой дыркой в голове не живут.

А в комнату уже влетал второй. Ловкач, стреляет, еще не опустившись на пол. Но стреляет мимо.

В грохоте автоматной очереди не слышно, как бьются о стену пули. Но не слышно и ответных выстрелов, прицельных.

Одна из трех пуль угодила в голову, и «рашен рэмбо» присоединился к своему товарищу.

Хорошо бы позаимствовать у покойников автоматы, но на это уйдет время. А его в обрез. Успеть хотя бы обойму сменить.

Ага, вот и в дверь кто-то ломится.

От сильного удара входная дверь слетела с петель. Упала. И тут же в проеме появились двое, оба в «брониках», с автоматами. Но снова он на высоте положения. Стреляя с автоматической скоростью, он укладывает на пол и этих.

Еще несколько секунд, и последует новая атака. И ее уже вряд ли отбить. Но выход есть.

Раз, и на пол падает пустая обойма. Два, и ее место занимает полная. Пистолет он держит в правой руке, левая остается свободной. Вот ею и нужно взять ребенка, прижать его к своей груди. Никто не осмелится в него теперь стрелять.

И точно, ворвавшийся в дом очередной автоматчик оторопел, забыв про оружие.

«Что? Съел?»

Не стал стрелять и Костоглодов.

– Пошел вон! И скажи своим, что, если не отстанут, убью пацана!

Того как ветром сдуло.

Сейчас надо не сплоховать и толково договориться о цене маленького заложника.

У него есть выход!

* * *

Антон почуял неладное, едва только увидел Сома, его кислую физиономию.

– Что происходит?

– Этот пидер крепкий орешек. Мои ребята сделали все, как надо. Но тот уже на шухере стоял. Кто-то, видно, свистнул ему. А стреляет он метко.

– Где Дениска? – Из-за спины Антона выступила Настя.

– Этот козел им прикрывается, – Сом отвел в сторону взгляд. – Плохи дела.

– Что собираешься делать? – спросил Антон.

– Дом окружен, снайпера наготове. Да что толку? Ребенок пока в опасности.

– Где этот дом? – спросила Настя с отчаянием в голосе.

– Вон, совсем рядом. Но подходить к нему нельзя.

Да только Настя и слушать его не стала. Сорвалась с места и побежала. Антон попробовал ее удержать, да куда там.

* * *

Прижав к себе малыша, Костоглодов смотрел в окно.

Дом окружен, козе понятно. Ворота нараспашку, за ними красавец джип, прикрывает троих или четверых.

Когда же появится парламентер?

Машину, самолет, вылет за «бугор». И пять сотен штук «зеленью». Только когда получит все это, он и отдаст ребенка. А может, запросить миллион? Или два? Ведь у этого маленького засранца богатая мамаша.

Настька!.. Сучка долбаная! С нее началось его падение.

А вот и она сама! Легка на помине.

Волосы растрепаны, лицо бледное, в глазах лихорадочный блеск. Ишь как спешит за своим сучонком.

Она уже вбежала во двор. А за ней бежит какой-то мужик, хочет догнать ее и остановить. Но ничего у него не получится.

Александр Макарович прицелился и выстрелил.

Пуля в этого придурка не попала, но остановила его. Да у него, видно, и оружия нет. Куда же он суется?.. Этот недоумок, наверное, подумал о себе то же самое. Плюнул с досады и повернул обратно.

А Настя уже у дверей. Входит в дом.

Красивая сука, соблазнительная. О! Как же он хочет ее!

А почему бы и не попользоваться ею? Ведь он так долго ждал этой встречи!

* * *

Антон почти догнал Настю. Но вовремя остановился. Как же он не догадался взять с собой оружие?..

А может, даже и хорошо, что Настя встречается с ублюдком, угрожающим ее сыну? Может, она сумеет с ним договориться?.. Но нет, он все равно отправится за ней.

Он стоял у ворот. Тот, который скрывался в доме, видеть его не мог. К нему подошел Сом.

– Волыну мне!

– Это всегда пожалуйста.

Он хотел отдать ему свою пушку, но не успел даже извлечь ее из кобуры. Рядом с ними затормозил ментовский «рафик». Подъехала и еще одна такая же машина. Из той и другой выскочили вооруженные омоновцы.

– Мля, какого хрена «мусора» нагрянули? – скривился Сом.

– Только их здесь и не хватало, – добавил Антон в сердцах.

К ним подошел подполковник Глянцев.

– Не ожидали? – криво усмехнулся он. – А я вот ожидал вас здесь увидеть.

– Какая сука настучала? – Сом сплюнул в сторону.

Но мент даже не глянул на него. Он смотрел только на Антона.

– Мы чуть припозднились, каемся. Ну что, освободили ребенка?

– Какого ребенка? – Антон удивленно округлил глаза.