Сердца четырёх - Эллери Квин

— Где вы были раньше, мистер Квин? Таких вещей мне еще не говорили. Вам надо быть писателем.

— А я и есть писатель. Разве Батч обо мне не упоминал?

— Возможно.

Мисс Стюарт сморщила носик и взяла Квина под руку. Эллери покраснел. Она касалась его своим телом — ужасающе нежным, и от нее обворожительно пахло. Правда, не так обворожительно, как от Паулы Перис, но и этого было достаточно, чтобы Квин подумал, а уж не становится ли он бабником.

— Вы мне нравитесь, — сообщила Бонни. — Можете проводить меня к игральному столу.

— Я польщен.

— О, я поняла! Вы тот самый, кто был вчера с Аланом Кларком!

— Так вы меня вспомнили?

— Конечно. Тогда я решила, что вы страховой агент. Нам когда-нибудь говорили, что вы похожи на страхового агента?

— К рулетке! — зарычал Эллери. — А то я начну напоминать вам персонажей самых страшных снов!

Он нашел для нее место за столом. К ним протиснулся Батчер, источающий волны тепла и успеха. Он высыпал перед Бонни две пригоршни фишек, подмигнул Эллери, вытер лицо и, склонившись к невесте, поцеловал ее в белую шею. Квин моментально представил себе даму по имени Паула и тяжело вздохнул: черт побери, той суждено быть отшельницей!

Он видел, как Тайлер Ройл подошел к бару, положил руку отцу на плечо и что-то сказал ему. Джон чуть повернулся, сверкнул улыбкой. Тай похлопал отца по спине и, опять с хвостом поклонниц, устроился у рулетки, напротив Бонни. Бросил словечко своим девушкам, и они захихикали.

Бонни поджала губы, потом чему-то засмеялась, подняла на Батчера глаза и что-то ему прошептала. Батчер засмеялся, но как-то натужно. Бонни сделала ставку. Молодой Ройл тоже. Мисс Стюарт улыбнулась, мистер Ройл-младший нахмурился. Мисс Стюарт нахмурилась, мистер Ройл-младший улыбнулся.

Крупье произносил свои традиционные фразы, колесо крутилось, шарик пощелкивал... Джон Ройл по-прежнему сидел за стойкой бара, уставясь на себя в зеркало. Бонни, похоже, увлеклась игрой; Тай спокойно делал ставки.

Квин уже решил, что можно расслабиться, когда Лью Баском неожиданно прошептал ему на ухо:

— Тишь да гладь. То ли еще будет.

Блеск в глазах Лью обещал резкий поворот в событиях.

Игра шла своим ходом. Бонни сдвинула стопку голубых фишек на номер девятнадцать. Тай поставил на тот же номер такую же стопку. Открылась дверь, и Алессандро ввел в зал очень известную киноактрису, которая совсем недавно вышла замуж за князя Юсова, из русской царской фамилии. Князь был с нею и при полном параде.

Естественно, что все в зале, включая крупье, повернули в их сторону головы. В этот момент Лью украдкой переставил фишки Бонни с девятнадцати на девятку. Боже мой, ужаснулся Квин, а что, если выпадет девятнадцать?!

— Девятнадцать, — громко объявил крупье.

Руки Бонни и Тая встретились на горке фишек. Бонни руку не убрала.

— Кто-нибудь объяснит этому джентльмену, что это мой выигрыш? — В голосе у нее звенел лед.

Но Тай прикрывал ее ладонь своей.

— Не в моих обычаях спорить с леди. Может, кто-нибудь вразумит ее?

— Джентльмен пытается схитрить, это мое.

— Леди напрасно старается — фишки поставил я.

— Батч, ты же смотрел, когда я ставила на девятнадцать.

— Я не следил за игрой. Послушай, дорогая...

— Крупье, разве вы не видели, как я закрыл девятнадцать?

Крупье явно смутился.

— Боюсь, что не видел...

— Это фишки Тая! — заявила одна из его девушек.

— Нет, это Бонни, — возразил русский режиссер. — Я видел, как она их ставила.

— Но я своими глазами видела, как на девятнадцать ставил Тай...

— Нет, Бонни.

За столом поднялся страшный шум. Тай и Бонни грозно уставились друг на друга. Вундеркинд разозлился. Прибежал Алессандро.

— Леди и джентльмены, прошу вас, тише! Вы мешаете другим. Что у вас произошло?

Тай и Бонни наперебой принялись объяснять.

— Неправда! — кричала Бонни. — И отпусти мою руку!

— Извини, но я не понимаю, с какой стати! Если бы на твоем месте был кто-то другой, я бы еще мог поверить на слово.

— Да как ты смеешь!

— Перестань прикидываться. Не надо играть на публику — ты не на съемках.

— Ах, это я играю на публику? — задохнулась Бонни. — Да это ты — фигляр, комедиант!

Тай захлопал в ладоши:

— Браво, сестренка! Вот это у тебя здорово получилось.

— Красавчик!

Тай воспринял это как оскорбление.

— За такое следует пощечиной наградить.

— Ну, вот ты сам и напросился! — И Бонни звонко шлепнула Ройла по лицу.

Тай побледнел. Бонни тяжело дышала. Жак Батчер Что-то шептал ей на ухо. Алессандро вполголоса урезонивал Тая.

— За это она ответит, — сказал Тай. — Если она полагает, что может безнаказанно меня топтать...

— Наглый молокосос! — взвизгнула Бонни. — Обвинить меня в мошенничестве...

— Прошу вас! — перекрыл их вопли Алессандро. — Я выплачу выигрыш вам обоим. А сейчас я попрошу вас, мисс Стюарт, и вас, мистер Ройл, либо успокоиться, либо уйти.

— Уйти? Из этого мерзкого места — с превеликим удовольствием! — И Бонни сбросила со своего плеча руку Жака Батчера и кинулась к двери. Тай оттолкнул Алессандро и рванулся за ней. Вундеркинд, естественно, следом. Троица исчезла под аккомпанемент крика и пересудов.

— Нет, игривый мой друг, так шутить было нельзя, — сказал Баскому Квин.

— Согласен, — со вздохом произнес Лью и повернулся к своей брюнетке: — Ну что, дорогуша, пойдем посмотрим, как у них там.

Он оттащил свою подругу от рулетки и повел к выходу.

Что-то заставило Квина оглянуться на Джона Ройла. Он так и сидел за стойкой — неподвижно и бесстрастно, словно не слышал скандала прямо за спиной. Однако в зеркале Эллери увидел на его лице кривую горькую усмешку.