Девять жизней частного сыщика - Марина Серова

— Говорят, что по некоторым данным колдунья выехала с территории области. — Геннадий Петрович поморщился, было видно, что он сам не верит в это. — Следователь, который занимается нашим делом, допросил хозяйку съемной квартиры. Вместе мы составляли фоторобот.

— А я знаете что скажу про этот фоторобот, — встрепенулась Светлана, — дерьмо самое натуральное, похожа на негритянку какую-то. Кого можно по такому фотороботу найти?

— У них был штатный художник, но он заболел, — добавил Геннадий Петрович.

— Понятно, — кивнула я. — Они ждут, что баба Люба раскается и явится в отделение с повинной.

— Это вы точно подметили, — усмехнулась Светлана и пригласила нас к столу. — Давайте чаю, что ли, с горя тяпнем.

— Можно и чего покрепче, — сказал Геннадий Петрович, потирая руки.

— Я не пью вообще, — поспешно предупредила я, однако беспокоилась напрасно. Светлана не разделяла стремлений мужа и строго пресекла его поползновения.

— Никаких покрепче! Гена, тебе же нельзя. Твоя поджелудочная. Забыл, что ли?

— Моя поджелудочная в порядке, — пробурчал недовольно Геннадий Петрович и вздохнул.

Я попробовала ложечкой варенье и посмотрела на сушки. Помня, насколько дороги услуги стоматолога, я решила их не трогать.

Светлана опустила свою чашку на блюдце и спросила:

— Евгения Максимовна, и что мы будем делать дальше?

— Во-первых, я посоветовала бы обезопасить жилище, — ответила я. — Независимо от того, будет вас преследовать колдунья или нет, сигнализация не помешает. Поставьте квартиру на пульт вневедомственной охраны. Лихих людей везде полно, а сигнализация отпугнет их.

— А я ведь собиралась поставить сигнализацию, а ты меня отговорил! — накинулась Светлана на мужа. — Бесполезно! Захотят, все равно залезут! Платить еще охране!

— Да делай что хочешь! — повысив голос, сказал Геннадий Петрович в ответ.

— А тебе все равно? — ехидно спросила Светлана.

Чтобы остановить надвигающуюся ссору, я вклинилась в разговор.

— Во-вторых, могу вас научить, как правильно входить в подъезд, подниматься по лестнице, входить в квартиру. Есть ряд простых правил, которые вам не помешает узнать.

— Да на меня с пистолетом пусть только кто рыпнется, — самоуверенно заявил Геннадий Петрович, — сразу в башку.

— Главное, чтобы не себе, — подколола я его. — Понимаете, Геннадий Петрович, все может произойти так быстро, что вы не успеете вытащить пистолет.

— Я успею, — не согласился он, — я тренировался.

— А что, если пистолет в одежде запутается, или даст осечку, или заклинит? Что тогда? — спросила я с нажимом. Про его мастерство в обращении с оружием я вообще решила промолчать, дабы не ущемлять самолюбие. — Знаете, если есть вероятность, что неприятность произойдет, то она обязательно произойдет по закону подлости.

Мои слова заставили Геннадия Петровича задуматься.

— Да что вы его слушаете, — махнула рукой Светлана.

— Поэтому лучше не попадать в неприятную ситуацию, чем искать из нее выход, — продолжала я невозмутимо. — Следующий шаг — это обеспечение вашей личной безопасности в течение ближайших дней. Охранять сразу вас двоих — задача для меня нереальная. Либо наймите второго телохранителя, либо пусть кто-нибудь из вас возьмет отпуск, чтобы побыть это время дома. Опасность не так велика, поэтому я не настаиваю на более радикальных мерах.

— Мне охрана не нужна, — с гордостью произнес Геннадий Петрович.

Я уж думала, что он снова начнет втирать про свой пистолет, но ошиблась. Оказалось, что по должности — Геннадий Петрович являлся техническим директором завода «Эфир» — ему положен автомобиль с шофером за счет предприятия. А его шофер, Станислав, в дополнение к своим водительским обязанностям выполняет функции телохранителя. В прошлом Станислав был десантником, умеет обращаться с оружием, занимался самбо, кандидат в мастера спорта.

— У нас в Ворошиловке инструктора обычно говорили, что объем бицепсов не влияет на скорость пули, — произнесла я с расстановкой. — У вашего охранника есть лицензия на ношение оружия?

— Есть, — кивнул Геннадий Петрович. — У него «макаров» постоянно с собой. Выходит, меня прикрывает около машины, доводит до подъезда.

— Это хорошо, — протянула я, — чисто с психологической точки зрения ваш секьюрити может отпугнуть бандитов. Кстати, а почему он о вас так печется, были прецеденты или из-за проделок колдуньи?

— Нет, ничего не было, — покачал головой Геннадий Петрович, — просто на всякий случай. Ну, знаете, как бывает — уволишь какого-нибудь бузотера, а вечером он пьяный в дупель у подъезда встречает тебя с кирпичом. Такого не было, но некоторые грозились.

— Ясно. Дело упрощается. — Я посмотрела на Светлану. — Тогда, Светлана Андреевна, нам предстоит работать с вами. У вас есть шофер? Спрашиваю это потому, что лучше не совмещать обязанности водителя и телохранителя.

— Да, у меня есть водитель, — ответила Светлана, — но я и сама вожу, поэтому водителя оставляю своему бухгалтеру. Ей ведь приходится перевозить значительные суммы денег.

— Предлагаю с завтрашнего дня ездить исключительно с водителем, — сказала я. — Выходим, я вас прикрываю, садимся в машину. Дело в том, что, когда угрожают, лучше не оставлять свое транспортное средство без присмотра. Объясняю на конкретной ситуации. Вы подъехали к налоговой, вышли, а в ваше отсутствие к машине подвесили взрывное устройство.

— Вы уж совсем меня запугали, — жалобно сказала Светлана. — Кому понадобится меня взрывать?

— Я говорю это вам на будущее, — пояснила я. — От всякого рода наездов никогда нельзя зарекаться.

Я рассказала, как должны планироваться маршруты движения. Одним и тем же путем добираться до работы и обратно никак нельзя. Гипотетический наемный убийца всегда вычисляет в действиях жертвы повторяющиеся моменты, на этом и ловит.

— Вы, Геннадий Петрович, наверняка тоже ездите по наезженной дорожке? — посмотрела я на Лисовского.

— До настоящего момента меня не хотели покалечить, поэтому я и не забивал себе голову этим, — нехотя проговорил Геннадий Петрович.

— Вы представляете, сколько людей думали так же? — спросила я серьезно. — Но пересмотреть свои взгляды они не успели — им помешала смерть.

— Должен сказать, Евгения Максимовна, вы мастер запугивать, — признался Геннадий Петрович.

— Да, точно, у меня даже сердце закололо, — заметила Светлана, закуривая сигарету.

— За это мне и платят, — пояснила я. — Я обязана напоминать людям, насколько хрупка их жизнь.

— Мы поняли, — заверил меня Лисовский.

Светлана поддержала его:

— Хватит ужасов, или я сегодня не усну.

Из прихожей послышался звонок телефона.